Диверсант до востребования - Иван Стрельцов

– Именно это, – торжествующе подтвердил Сосновский и, сообразив, что этот телефонный спарринг он выиграл, неожиданно сорвался, сболтнув свойственную его племени жалобу: – Если б вы только знали, во что мне это обошлось.

Но его стенания магната нисколько не интересовали, он только сказал:

– Вы, Самуил, взяли игру на себя, и в случае проигрыша с вас и спросим…

…На столе были расставлены несколько мелких пластиковых тарелок с грубо нарезанными кружками вареной колбасы, ноздреватого швейцарского сыра, присыпанные крупными кристаллами сахара дольки сочного лимона. В стороне стояла бутылка армянского марочного коньяка, две пустые заняли место под столом.

А за самим столом сидели подполковник Донцов и полковник Зимогляд. Двое офицеров сидели уже третий час.

– Страна у нас, что ли, такая, – разливая по пластиковым стаканчикам коньяк, бормотал Степан Алексеевич Зимогляд. – По любому поводу застолье устраиваем, хоть с радости, хоть с горя.

– Менталитет у нас такой, – берясь за свой стакан, глубокомысленно заметил Олег. – Мы – люди душевные, вот чтобы не скурвиться и не очерстветь душой, ее, эту самую душу, водкой и подпитываем.

– Твою мать, – выругался начальник «особого отдела» и одним махом выпил коньяк, высосав дольку лимона, продолжил: – Я думал, ваш Христофоров бультерьер, этот, как его, как стаффордширский людоед. Уж как вцепится, так только кишки полетят.

– Так и полетели, – пожал плечами Донцов. Выпил, выдохнул и добавил: – За один раз считай, – выставив растопыренную пятерню, стал загибать пальцы. – Канал контрабанды наркотиков накрыли, это раз. В Калмыкии накрыли и ликвидировали банду хорошо законспирированных бандитов, тридцать рыл. Этого тебе мало? В Чечне обнаружили тайную базу боевиков, это три. Четыре, на этой базе был уничтожен отряд «непримиримых» террористов, которые еще долго могли отравлять жизнь нашим парням на Кавказе. И, наконец, пятое – ликвидация «арабского скакуна» Абу Джавса. Американцы от восторга визжат, как бандерлоги в джунглях, мало того, что за них грохнули их кровника, так еще и бабки им сэкономили. Чего уж тут расстраиваться, товарищ полковник, это как во время операции «Перехват» попадается куча мелкой уголовщины. Вроде и мелочовка, а сколько «глухарей» закрывается… Такой шаре только радоваться нужно.

– Ну да, шара, – скептически заметил Зимогляд, – только кому шара? Погранцам, чекистам, воякам и даже ментам. Этим действительно судьба отвалила. Нам же мелочь досталась, а вот крупная рыба, кажись, ускользнула. Как говорится, хвостиком махнула и тю-тю.

– То есть? – не понял Олег и, уставившись на «особиста», для лучшей фокусировки прищурил левый глаз.

– А то и есть, наши эксперты из аналитического отдела считают, что, возможно, информация о ядерном фугасе сплошная деза, засланная одной из разведок НАТО, чтобы узнать тактику наших спецслужб. Вот оттуда и взялись эти «жирные» подставы.

– Выходит, наши корячатся, а их аналитики списывают лучшие эпизоды.

– История знает немало подобных примеров, – разливая остатки коньяка, наставительно произнес Зимогляд. – Например, во время Крымской войны в девятнадцатом веке, когда турки, англичане и французы штурмовали русский Севастополь. В это время в нейтральных водах стоял американский военный корабль. Он не принимал участия в боевых действиях, зато офицеры, находящиеся на борту корабля, фиксировали все происходящее на берегу. Впоследствии собранный материал подробно изучался в Генеральном штабе США, а после в Вест-Пойнте.

– И сильно это им помогло?

– Сильно не сильно, но две мировые войны выиграли они и «холодную» заодно, оставшись на политической карте единственной супердержавой, – полковник Зимогляд говорил ровным голосом, не принижая результатов произошедшего, но и не восхищаясь нынешним заклятым другом. Он просто констатировал факты как настоящий профессионал.

– Но, – опустевшая бутылка оказалась под столом в одной шеренге с остальными, – это не единственное мнение наших архивариусов. В западной прессе проскользнула информация о возможной крупной диверсии на севере Франции. И вот бытует мнение, что это гуляет наш «поросенок».

– Вряд ли, – засомневался Донцов. В чем, в чем, а в оперативных мероприятиях он разбирался достаточно хорошо.

– Вот и наш шеф, Андрей Андреевич, считает, что это подстава, – оживился «особист». – Только никаких доказательств, ни улик, ни одной зацепки. Натуральный бой с тенью в темной комнате. Куда ни бьешь, везде пустота.

– Пустота – это хреново, – мрачно констатировал Олег, выцедив остаток своего коньяка, и поднял вверх указательный палец. – Но одна зацепка все же есть.

– Теперь тебя нужно в командировку отправлять, как Христофорова и Лялькина? – зажав в руке стакан, полковник с подозрительным прищуром уставился на оперативника.

– Нет, мое дело нужно провернуть здесь, в Москве. Правда, потребуется серьезное прикрытие, ну, типа «маски-шоу» в красивых нарядах, румяные следователи, прокурорские и, естественно, серьезные документы на гербовой бумаге.

– Прелюдия замечательная, – тихим, абсолютно трезвым голосом произнес Зимогляд. – Теперь хотелось бы узнать о сути предполагаемого удовольствия.

– Легко, – тряхнул головой Донцов.

Пересказ задуманного старшим оперуполномоченным ГУБОП занял около десяти минут. Потом в комнате повисла тишина. Начальник «особого отдела» по-стариковски пожевал губами, заглянул под стол, но бутылки были пусты.

– Н-да, – качая головой, пробубнил полковник, при этом его взгляд не выпускал из поля зрения лицо сыщика. – Если твой план выгорит, то я тебя не то что румяными следаками обеспечу, самую лучшую бригаду предоставлю во главе с одним из замов Генерального прокурора. Соответствующего уровня будут и «маски-шоу», и гербовые бумаги, и какава с чаем.

– А если вдруг какой-то прокол? – вырвалось у Донцова.

– А если прокол, то это, милый друг, уже чистая уголовщина, и мы тебе ничем помочь не сможем. Так что, прежде чем начнешь воплощать в жизнь свой гениальный план, подыщи заранее щит на свою задницу, – развел руками Зимогляд.

– Дельный совет. – Сыщик замолчал.

Пауза длилась недолго, первым не выдержал Зимогляд:

– Помощь какая нужна?

– Нет, в моем подчинении остались двое стрелков Серванта, мастера своего дела. В общем, для первого этапа вполне этого хватит, а там посмотрим.

– Тогда дерзай и помни про щит на пятую точку, – начальник «особого отдела» пожал руку подполковнику и, поднявшись из-за стола, ровным шагом прошел к выходу…

Уже той же ночью в центре Москвы из неприметного микроавтобуса выбрались двое крепко сложенных молодых людей. Один держал в руках большой пластиковый чемодан, у другого за плечами висел рюкзак.

Весело переговариваясь, парни уверенно набрали код замка, вошли в подъезд. Оказавшись с противоположной стороны стальной двери, они мгновенно преобразились. Молча вошли в кабину лифта и поднялись на девятый этаж.