Тень прошлого - Андрей Воронин

Мещеряков неловко выбрался из машины (дверца в «жигуленке» была поуже, а крыша пониже, чем в служебной «Волге»), запер дверцу и, разминая затекшие ноги, двинулся через дорогу к столику, за которым в позе богатого курортника сидел Илларион. Заметив этот его маневр, Забродов небрежно поднял вверх руку с зажатой в пальцах сигаретой. Полковник подумал, что это у него образовалась такая манера приветствовать старых друзей, но тот, оказывается, просто подзывал официанта – здесь, оказывается, уже завелись официанты! – и официант немедленно возник возле его левого плеча, почтительно склоненный и весь внимание. Вот же черт, с привычным уколом зависти подумал о Забродове полковник. Все у него как в кино. Как в голливудском боевике про супермена…

К тому моменту, когда Мещеряков опустился на пластиковое сиденье стула, перед ним уже стояла запотевшая кружка, накрытая шапкой пузырящейся желтоватой пены. Он вдруг понял, что, оказывается, до смерти хочет пить, и не просто пить, а именно пиво, схватил кружку и дунул на пенную шапку.

– Ждите отстоя пены, – сварливо проворчал Забродов, стряхивая с груди пенные брызги.

– Стиральный порошок они туда добавляют, что ли? – пробормотал Мещеряков и сделал первый глоток.

Пиво было отменным, и он удовлетворенно кивнул Забродову, который наблюдал за ним с живым интересом.

Илларион улыбнулся, затянулся сигаретой и тоже глотнул из кружки.

«Истукан непробиваемый, – подумал Мещеряков. – Все ему как с гуся вода.»

– Так и будем молчать? – спросил он.

– Я думал, ты хочешь попить пива, – невозмутимо ответил Забродов. – Кстати, спасибо за машину.

– Не за что, – буркнул полковник, отдавая ключи от «шестерки».

– Жена-то в курсе? – поинтересовался Илларион.

– А то как же, – полковник невольно ухмыльнулся. – Она после прошлого раза все ключи на себе таскает – и основные, и запасные. И от машины, и от гаража.

Очень она тогда впечатлилась. Так что пришлось, сам понимаешь, идти на поклон.

– Могу себе представить, – с фальшивым сочувствием сказал Забродов.

– А вот и не можешь, – вдруг рассмеялся полковник. – Знаешь, как было? Я ей говорю: нужна, мол, машина. Она мне говорит.., ну, это неважно, ты все равно не поверишь, что она такие слова знает.

– Конечно, не поверю, – кивнул Илларион. – Она у тебя воспитанная дама, не то что ты. Полковница.

– Вот, вот, – Мещеряков горько покивал головой. – Полковница… Генералиссимус в юбке. Так вот, я ей говорю: это, говорю, все, конечно, очень хорошо, но машина нужна до зарезу. Кому, спрашивает, нужна? Ну, я поджался, помялся и говорю: Забродову. Сейчас, думаю, убьет она меня. Что под руку подвернется, тем и убьет…

А она… Вот спорим, не угадаешь, что она сказала?

– На что спорим? – быстро спросил Илларион.

Мещеряков подозрительно посмотрел на него и так, не сводя с Забродова скошенных глаз, отхлебнул из кружки.

– Пошел ты к черту, сатана, – сказал он. – Доведете вы меня, намажусь сапожным кремом и пойду всех душить направо и налево…

– А все-таки, – настаивал Илларион, – что сказала госпожа полковница?

Мещеряков пожал плечами и снова отхлебнул из кружки.

– Иллариону? – удивленно сказал он, удачно имитируя глубокое грудное контральто жены. – Что же ты молчал? Возьми ключи в сумочке! Ну, каково это тебе?

Забродов расхохотался.

– Нет, Андрей, – сказал он сквозь смех, – твоя жена все-таки разбирается в людях лучше, чем ты!

Мещеряков в три больших глотка допил пиво и проворчал, утирая пенные усы тыльной стороной ладони:

– Если бы я разбирался в людях хуже своей жены, давно послал бы тебя к черту. От тебя же одни неприятности.

– Знаю, – сразу становясь серьезным, сказал Илларион. – Знаю и ценю. Не знаю, что бы я без тебя делал.

– Ладно, – глядя в сторону, буркнул Мещеряков. – О деле мы говорить будем или нет?

– Обязательно, – сказал Илларион. – Вот только пивка еще возьмем.

Он помахал официанту, и через минуту прибыло пиво.

– Итак, – поднимая кружку, сказал Забродов, – чем порадуешь?

Полковник сделал неопределенное движение нижней челюстью, полез в нагрудный карман своей белоснежной рубашки и развернул на столике одинокий листок компьютерной распечатки.

– Так, – сказал он. – Давай по порядку… Значит, так. Номерочек сотового телефона, который ты мне дал, числится за неким Медвякиным Юрием Георгиевичем, одним из учредителей коммерческого банка «Стрела»…

– Интересное кино, – сказал Илларион. – Еще и банк какой-то… Сроду про такой не слышал, И при чем тут какой-то Медвякин? Это телефон.., гм.., одной интересной дамы.

– Не перебивай, – сказал Мещеряков. – Я навел справки. Один из лидеров люберецкой группировки Медвякин по кличке Бяка был убит три года назад, а банк «Стрела» лопнул буквально через месяц после этого печального события. Абонентскую плату за трубочку кто-то аккуратно вносил все это время, так что связисты и ухом не вели – им-то, сам понимаешь, глубоко плевать, жив этот Медвякин или помер, лишь бы денежки шли. Так что телефон – это пустой номер.

– Похоже, – вздохнул Илларион. – Валяй дальше!

– Дальше будет так, – сказал Мещеряков. – Темно-серый «Фольксваген-гольф» с указанным тобой номером был угнан со стоянки перед домом утром в субботу, а вчера вечером обнаружен где-то у черта на рогах, в Бутово, что ли… Хозяин – торгаш с Рижского рынка.

– Мимо, – сказал Илларион, словно они играли в морской бой. Он закурил новую сигарету и с силой выпустил дым через ноздри.

– Не расстраивайся, – утешил его Мещеряков, – дальше будет гораздо интереснее. Насчет красного джипа…

– Ну-ну, – разглядывая прохожих, сказал Забродов. – Что там насчет джипа?

– Джип принадлежит интересной личности, – сказал Мещеряков – Некто Александр Сивцов, в прошлом году условно-досрочно освобожден из мест лишения свободы. Джип купил в начале этого года.

– Головокружительная карьера, – заметил Илларион.

– Ага… А знаешь, где он сделал эту карьеру? – спросил Мещеряков.

– Не может быть! – выдохнул Илларион.

– Еще как может, – уверил его полковник. – Частное охранное агентство «Борей», лицензия номер такой-то от такого-то дерьмового числа… Я посмотрел, что у нас есть по этому агентству, и обнаружил любопытные вещи.

Во-первых, обслуживает оно в основном господина Агапова – личность, как ты знаешь, весьма известную и, я бы сказал, одиозную…

– Не знаю и знать не хочу, – вставил Илларион.

– Ну и дурак, – спокойно заметил Мещеряков. – Учение – свет…