Кремлевское дело Бешеного - Виктор Доценко

Но Константин продолжал упорствовать и давить на него, и Савелий скрепя сердце все-таки уступил его натиску.

— Ну хорошо, — сказал Савелий, протягивая ключи Косте, — только пообещай мне особенно не лихачить и не лезть на рожон. Короче, не строй из себя Джеймса Бонда!

— Обещаю! — с легкостью согласился Костя и вновь широко улыбнулся. Кажется, он так и не поверил в существование реальной опасности.

— И, пожалуйста, проверяй машину почаще, особенно после остановок, даже самых коротких, — видя его бесшабашность, снова «нажал» Савелий, — к ней сейчас всякая гадость так и липнет, а прикрепить «Магнитку» и пары секунд хватит.

— Обязательно, что, я не понимаю? Воспитываешь, как дите малое? Не строй, пожалуйста, из себя заботливую няньку, — снова успокоил Савелия Рокотов.

Друзья, обменявшись машинами, разъехались в разные стороны. Рокотов помчал к Речному вокзалу, уводя от Савелия «хвост», а Говорков направился в Барвиху, где под неусыпным наблюдением проверенных врачей сейчас находился Президент. Савелий надеялся, что ему все-таки удастся встретиться с Фадеевым а предупредить его о том, что за ними следят и поэтому пока телефонами пользоваться не стоит.

Как ни странно, но у Говоркова все прошло гораздо проще, чем он ожидал, и как нельзя лучше: достаточно было попросить офицера, дежурившего у шлагбаума, связаться с Фадеевым и передать, что Мануйлов прибыл и стоит у въезда в президентскую резиденцию. Через минуту офицер вежливо отдал честь Савелию и передал просьбу Фадеева подъехать к центральному входу резиденции.

Им удалось минут пятнадцать пообщаться. Первым делом они обсудили все новости и вроде бы остались довольны. Когда же Савелий сообщил о покушении и изложил свою версию того, как на него вышли, Фадеев зло выругался, коря себя за столь непростительную для работника спецслужбы ошибку, которая могла стоить Савелию жизни.

— Не переживайте так, товарищ генерал! Не ошибается только тот, кто ничего не делает! Да и со мною вроде все в порядке.

— Да, словно сам Господь Бог тебя хранит… — виновато вздохнул Фадеев.

— Эт-то точно! — бодро согласился Савелий, подумав, что генерал не так уж и далек от истины.

— Связь мы будем поддерживать через одного моего офицера, которому я доверяю, как самому себе! Антон! — позвал Фадеев, и в кабинет тут же вошел симпатичный парень едва ли не на голову выше Бешеного. Застенчиво, как показалось Савелию, он остановился посередине кабинета.

— Познакомься, Антон! Это Сергей Мануйлов!

— Майор Косолапое!

— Антон, ты будешь работать с Сергеем и выполнять все его поручения и просьбы, как если бы это был я! Кроме того, именно ты будешь осуществлять его связь со мной! О связи договоритесь отдельно: Сергей введет тебя в курс дела и объяснит что к чему! Вопросы?

— Никак нет, товарищ генерал!

— В таком случае подожди в приемной, сейчас мы закончим!

Тот кивнул и вышел из кабинета.

— А задержал я тебя вот почему, — начал Фадеев, — вчера я общался с Константином Ивановичем. Генерал очень беспокоится за тебя, спрашивал у меня, как ты и что? Позвонил бы ты ему, что ли… Богомолов чудный мужик, не нужно его расстраивать. Да и вообще…

— Да, конечно, — Савелий вспыхнул от стыда — как же он мог с самого отъезда в Швейцарию забыть о своем крестном? — обязательно сегодня же позвоню!

Выйдя из кабинета Фадеева, он несколько минут пообщался с Антоном, и они условились о том, как будут держать между собой связь, чтобы не привлекать к себе постороннего, ненужного внимания, после чего расстались, довольные друг другом. Оказалось, что их связывает не только общая цель, но и прошлое: Антон тоже прошел войну в Афганистане и успел побывать в Чечне-Савелии поехал назад в Москву. Он ругал себя последними словами за то, что в тревогах и заботах у него совсем не нашлось времени для своего «крестного»: а ведь он никогда не забывал о Савелии и всегда помогал ему, чем только можно.

Савелий подкатил к массивному зданию ФСБ на Лубянке и, запарковав машину чуть поодаль, вошел в служебный подъезд. Он набрал по внутреннему телефону номер Богомолова. Тот после второго гудка снял трубку:

— Генерал Богомолов слушает!

— Константин Иванович, у вас найдется для меня полчасика? — спросил Савелий. — Прошу прощения, что в рабочее время вас отрываю…

— А, крестник, наконец-то объявился! У меня как раз есть свободное окно на час, давай, поднимайся ко мне, я заказываю пропуск.

Очутившись в знакомом кабинете генерала, Савелий как-то даже расслабился: здесь не надо было ни от кого таиться, говорить полунамеками. Казалось, что здесь даже мощные, отделанные темным деревом стены придают уверенность всем, кто находится в этом просторном, светлом кабинете.

Он обнялся с Богомоловым и сел напротив его рабочего стола в удобное кожаное кресло.

— Ты, как мне кажется, в курсе того, что приключилось с Президентом? — полувопросительно-полуутвердительно сказал генерал.

— Более чем, — не вдаваясь в подробности, подтвердил Савелий.

— Вот и хорошо. — Богомолов понял, что ни о чем расспрашивать «крестника» не нужно: если бы тот мог, то сам бы рассказал. — Сейчас наши оперативники, совместно со Службой безопасности Президента, выясняют, что. же случилось на самом деле? И кто за всем этим стоит? Уже нашли тело Зинаиды Андрейченко, той медсестры, которая сделала Президенту укол какого-то непонятного препарата — ей сломали шею в ее собственной квартире. Свидетелей и следов, как ты догадываешься, нет. — Богомолов огорченно вздохнул. — Этот укол вызвал у Президента осложнения с сердцем. К сожалению, вещество полностью растворилось в крови и мы так и не смогли установить его принадлежность к какой-нибудь конкретной химической группе. Но, в принципе, план покушения обрисовался достаточно четко: у собственного дома найден убитым в машине профессор Лейбин, заведующий кардиологическим отделением ЦКБ. Он убит двумя выстрелами в голову (очевидна рука киллера-профессионала), видимо, именно ему и предназначалась важная роль на последней стадии покушения на жизнь Президента. Здесь сначала нам вроде бы крупно повезло: нашелся очевидец убийства и помог составить неплохой фоторобот, но им воспользоваться не пришлось. Через квартал от дома профессора Лейбина, во дворе был обнаружен труп предполагаемого убийцы — тоже убит двумя выстрелами в голову.

— Круто! Высокие профессионалы, умно заметают следы… — заметил Савелий.

— Безусловно! — продолжил Богомолов. — Конечно, за медиками стояли какие-то очень влиятельные и мощные структуры, иначе эти пока до конца неясные нам силы не смогли бы все так ловко организовать, а затем, почувствовав надвигающийся провал, так ловко убрать свидетелей.

В кабинет зашел мрачный Рокотов-старший, помощник Богомолова.

— Константин Иванович, разрешите мне уйти, у меня беда: Костик в аварию попал, только что жена звонила из «Склифа». — Полковник был встревожен.