Кровь за кровь - Александр Тамоников

– Да, чуть дальше от места гибели Волковых. У пруда. Мы сначала хотели там остановиться, но потом решили, что у озера будет спокойней.

Тимохин поднялся, прошелся по кабинету, потер пальцами виски:

– Дело мутное, как никогда. Без милиции действительно не обойтись. Возможно, полковник Рыбник прояснит ситуацию. К тому же нам необходимо просмотреть записи с камер видеонаблюдения ДПС. Значит, связываемся с местным милицейским начальством.

– Что, прямо сейчас? Полковник наверняка уже спит и видит сны.

– Проснется!

Александр нашел в памяти телефона занесенный туда в Москве номер начальника Блачинского УВД – единственного представителя местных правоохранительных структур, с которым Феофанов разрешил общаться.

Полковник милиции не спал.

– Рыбник, слушаю!

– Это полковник Тимохин, ГУБТ.

– Добрый вечер, Александр Александрович!

– Скорей уже доброй ночи. Я не разбудил вас?

– Нет, да это и неважно. Слушаю вас.

– Нужна встреча!

– Она запланирована на утро завтрашнего дня.

– Назовите место и время встречи.

– В 9.00 вас устроит?

– Вполне!

– Тогда передайте майору Иванову, чтобы к 9.00 вывез вас к известному ему причалу на реке. Я подойду на катере. У причала, на природе, и поговорим. Лады?

– Лады! Но вы должны быть один.

– Я буду один, Александр Александрович.

– Тогда спокойной ночи, Александр Сергеевич!

Начальник УВД выключил телефон. Отключил свой и Тимохин, спросил у Чернова:

– Тебе комендант место выделил?

– Да, но я дождусь его.

– Придется вместе ждать, мои апартаменты он мне так и не показал. Может, поужинаем? В столовой для нас наверняка ужин оставили.

– Я бы водки выпил.

Тимохин повысил голос:

– А вот о водке, пока не разберемся с ублюдками, что убили Волковых, забудь, понял?

– Так точно!

– Ужинаем?

– Если только чаю…

– Да и мне что-то есть не хочется. Пойдем чай пить, все одно Иванова ждать!

Полковник и прапорщик прошли в столовую, где их неожиданно встретила молодая, симпатичная женщина. Неожиданно потому, что в этой достаточно мрачной, хоть и оборудованной по высшему разряду резиденции, женщину они встретить никак не ожидали. Но она присутствовала.

– Здравствуйте, товарищи офицеры!

– И откуда здесь взялось подобное прелестное создание? – воскликнул Тимохин.

Женщина представилась:

– Прапорщик Коломина, Лариса. Прикомандирована вместе со спецохраной для обслуживания группы спецназа антитеррористической спецслужбы «Ураган». Когда-то я закончила кулинарное училище, и на уровне столовой могу работать поваром, в чем вы можете сами убедиться. По крайней мере, ваши подчиненные, товарищ полковник, – она безошибочно определила в Тимохине командира группы, – остались вполне довольны.

– Вот оно что! Но мы, Лариса, извини, ужинать не будем, и тебя задерживать – тоже. Ты только покажи, где здесь чай, и иди отдыхай!

– Я сделаю вам чай!

– Не надо, сами справимся. Отдыхайте, товарищ прапорщик!

– Есть!

Женщина покинула столовую, выставив на стол коробку чая в пакетиках.

Майор Иванов вернулся через 40 минут. Доложил, что передал супругу Чернова двум офицерам УФСБ, дождался отхода поезда, так что прапорщик спецназа может не беспокоиться – жена будет доставлена в Москву в целости и сохранности. После чего комендант показал комнаты Тимохина и Чернова. В своем номере Александр задержал Иванова:

– Я созвонился с Рыбником. Он назначил встречу на 9.00 у какого-то причала, к которому проводить меня должен ты.

– Сделаем! – кивнул Иванов.

– Это далеко отсюда?

– Нет, с километр.

– Что за причал? Кто им пользуется?

– Это наш причал. Там для прикрытия стоит катер водной милиции и дежурит человек из состава караула усадьбы.

– Мы должны встретиться с начальником УВД без свидетелей.

– Какие проблемы? Уберем караульного, да и я отъеду, чтобы не мешать вам.

– Во сколько выезд?

– Выйдем в 8.45, еще останется время на перекур и осмотр местности. Места у реки красивые.

– Тогда до утра. Да, в столовой нас обслуживала довольно молодая и милая женщина. Назвалась прапорщиком.

– Прапорщик Коломина, – уточнил майор.

– Ей можно доверять? Понимаю, что руководство УФСБ не послало бы на объект во время присутствия на нем секретного подразделения абы кого, но мне хотелось бы знать твое мнение, Сергей Сергеевич.

– Коломиной можно доверять.

– А как она попала в ФСБ?

– Вышла замуж за сотрудника конторы, тогда еще лейтенанта, прошла проверку, изъявила желание работать в органах безопасности, закончила спецкурсы. И вот уже шесть лет, как служит. Отличается безупречностью и исполнительностью. Вместе с мужем входила в состав спецподразделения, выполнявшего задачу по Галиму в Чечне.

– Слышал о таком, – кивнул Тимохин. – И о спецподразделении, что налетело на засаду наемников Галима, тоже. Так она что, участвовала в бою у брошенного селения?

– Да. Из того боя вышли пять человек из двадцати, в том числе и раненая Лариса – она была в группе связистом.

– А ее муж?

– Командир подразделения майор Коломин погиб.

– Вот оно как? Дети остались?

– Нет. У Коломиных не было детей.

– С того боя прошло почти два года. Повторно замуж не вышла?

– Нет. Душой вроде отошла, общительна, приветлива, но мужиков к себе не подпускает. Живет одна в городе. Служба стала ее жизнью.

– Понятно. Зря она так… Мужа не вернуть, она молода, красива, надо жить вопреки смерти.

– Разберется…

Тимохин поднялся вместе со всем личным составом группы в 7.00. Шепель, войдя в роль заместителя командира, вывел подразделение на зарядку. Александр со стороны наблюдал за тем, как командует Михаил. И признавал, что это у него получалось неплохо. Перед завтраком, принимая доклад Шепеля о готовности группы к действиям по реализации плана командировки, Тимохин сказал боевому товарищу:

– А тебя, Миша, хоть сейчас можно на группу ставить. Гонял ребят по полной, и никто слова против не сказал.

– У нас боевое подразделение, а не детский сад.

– Смотри, как заговорил! Правильно подмечено: хочешь узнать человека – дай ему власть.