Зимний котёнок - Кицунэ Миято

Убедившись, что Барх’мраа-ффы крепко стоит на своих двух задних лапах и выдержит путешествие через пустыню, Фырх’муан-мраа решила, что им пора покинуть укрытие, полное враждебно настроенных людей, которые хитростью и подлостью постоянно пытались их разлучить.

«Необходимо экипироваться для перехода? Обмундирование, оружие, вода… эм… провизия?» — выслушав новость о предстоящем поиске другого укрытия, спросил её Зимний котёнок.

После нескольких первых попыток послать ей свою собственную ментальную волну Барх’мраа-ффы больше не орал, а приятно мурлыкал и мяукал.

«Да. Мы уходим, — ответила Фырх’муан-мраа. — Отправимся в человеческий город под названием Берлин. Человек, который создал «Гидру», там специально для меня построил безопасное убежище, о котором никто больше не знает. Чтобы я всегда могла спрятаться. Мы идём туда».

Барх’мраа-ффы только кивнул, а затем выломал железной лапой замок на двери. Приставленная к лаборатории охрана не успела поднять тревогу. Под звуки сирены они прошли к контейнеру, в котором Барх’мраа-ффы доставили на базу. Хранилище тоже сторожили. Справившись с двумя людьми, её котёнок подошёл к контейнеру поменьше и достал человеческую одежду, чтобы закрыть своё уязвимое тело без шерсти, а потом рассовал по карманам и в рюкзак много оружия из железа, пахнущего порохом. Туда же отправилась и плотная верхняя одежда.

Когда они добрались до запасов воды и провизии, Фырх’муан-мраа почувствовала приближение большой группы людей.

«Нас обнаружили», — прислушался и её котёнок.

К выходу пришлось прорываться с боем. В узких коридорах люди только мешали друг другу, зато они действовали слаженно — на одной ментальной волне. Заодно Фырх’муан-мраа хорошо подкрепилась перед долгой дорогой и убедилась, что её детёныш ловко пользуется приспособлениями людей, не пугается громких звуков выстрелов, и метко попадает в жизненно важные органы.

«Включена система самоуничтожения», — предупредил Барх’мраа-ффы, набирая длинный код, в людской технике малыш, как оказалось, тоже хорошо разбирался. Жалко остатков кри, но в том, чтобы их не преследовали в путешествии к Берлину, был свой резон. Они покинули базу и укрылись за скалой, когда прогремел мощный взрыв, сотрясший землю. Вдали в небе удалялся вертолёт, а Фырх’муан-мраа ощущала, что её человек всё ещё жив.

«Фьюри ушёл», — предупредила она.

«Я понесу Фырх-маму в рюкзаке, — предложил Барх’мраа-ффы. — Он защитит от палящего солнца, сильного ветра и песка».

Фырх’муан-мраа лишь фыркнула на эти глупости, хотя и было приятно, что детёныш проявляет о ней заботу.

«Неудобства можно перетерпеть, а вот если с тобой что-то случится, когда я буду прятаться от ветра и песка, меня это не устроит, — ответила она. — Ты пахнешь смертью и опасностью. Но люди не так чувствуют запахи. И всё же, на тебе слишком много железа. Люди обычно скрывают то, что несут опасность».

Барх’мраа-ффы кивнул, достал из рюкзака плотную верхнюю одежду, защищающую от сильных порывов, несущих колючий песок, к тому же, полностью закрыл свою металлическую лапу. Затем сложил большую часть своего оружия на освободившееся место, оставив только одно на спине, спрятав под волосами. Это было правильно — часто люди при захватах просили поднять передние конечности и сложить лапы за шею.

Оценив экипировку детёныша, Фырх’муан-мраа перебралась на металлическое плечо, которое покрывал твёрдый наплечник и плотная ткань, чтобы как следует вцепиться в них когтями, не боясь травмировать нежную кожу.

«Нам туда», — передала направление на Берлин Фырх’муан-мраа, и они двинулись.

* * *

В пустыне встречались в основном пресмыкающиеся, насекомые и членистоногие. От нечего делать, ночью, когда становилось прохладнее и Фырх’муан-мраа лучше видела, то ловила и этих «козявок». Барх’мраа-ффы тоже заколол брошенной железякой двух скорпионов и одну ящерицу, которых она благосклонно приняла, всё равно есть такое необработанным малышу было ещё нельзя.

Вдали завывали местные хищники, но, словно чувствуя угрозу, к ним не приближались. Света звёзд и луны было достаточно, чтобы продолжать путь, так что они делали совсем короткие передышки. В какой-то момент они вышли на дорогу и пошли вдоль трассы.

Рядом затормозила машина.

— Эй, мистер, вас подвезти? — высунулась из окна человеческая самка светлой масти, показав зубы, что у людей свидетельствовало о положительных намерениях.

«Едем с ней», — решила Фырх’муан-мраа, когда Барх’мраа-ффы вопросительно покосился на неё.

Они забрались на переднее сидение и сели рядом с самкой, а на заднем обнаружились ещё пассажиры — два светленьких детёныша, намного мельче её Барх’мраа-ффы — самец и самочка. Всё же раса флэт отличалась силой и выносливостью, наверное поэтому её человеческий котёнок получился крупнее и крепче людей, рождённых традиционным способом.

— Ого! Мистер, а пистолет у вас на шее настоящий? — спросил детёныш.

Самка сразу напряглась и сжала руль.

«Скажи, что ты на учениях и отстал от своих», — придумала объяснение Фырх’муан-мраа, чтобы её успокоить.

— Простите, мэм. В пустыне учения. Мы отстали, — легко перевёл её слова на человеческий Барх’мраа-ффы.

— Это что, какая-то особенная кошка? Боевая? — чуть расслабилась самка.

— Да, особенная, — Барх’мраа-ффы улыбнулся и приятно погладил по спине Фырх’муан-мраа.

— А меня Джессика зовут. Я увидела у вас эту кошку и решила, что вы неплохой человек…

— А почему форма у вас не военная? — вклинился детеныш, который заметил оружие.

— Испытания новых материалов и оружия, — без подсказок сообразил Барх’мраа-ффы.

— Понятно, — совсем успокоилась Джессика.

— Мам! Мам, можно погладить кошечку? А на ручки взять? — загомонила маленькая самочка, полностью отвлекая всех от оружия.

— Это не у меня надо спрашивать. А у мистера?.. — Джессика вопросительно глянула на Барх’мраа-ффы.

«Назовись человеческим именем», — подсказала Фырх’муан-мраа.

— Стив, — подумав, назвался тот.

— Мистер! Мистер Стив, можно? Ну можно подержать вашу кошку? — с новой силой принялась упрашивать маленькая самочка.

«Всё в порядке, пусть погладят. Но предупреди, что если будут дёргать за хвост или неуважительно тискать, то получат лапой», — разрешила Фырх’муан-мраа. Она, как и её потомки кошки, тоже могла бить лапой с втянутыми когтями, тем более, что удара когтями никто из людей бы и не пережил.

«Может не надо?» — забеспокоился её котёнок, и, судя по промелькнувшим мыслям, боялся этот несмышлёныш за маленьких детёнышей.

«Флеркены не едят светлых людей, тем более детёнышей — они ещё не успели нарушить законов мироздания», — это объяснение успокоило Барх’мраа-ффы, и он передал её на заднее сидение.

— Сильно не тискать и не дёргать за хвост.

— Красивая. Пушистая. Рыженькая, — стали в два голоса нахваливать её детёныши, осторожно трогая мех. — Смотри тут написано «Гуся». А по-моему она на тигра больше похожа. Нет, на пуму. Будешь Пумой? Тигрой?!

— Мя, — благосклонно приняла оба новых имени Фырх’муан-мраа.

— Так куда вы