Час рыси - Михаил Зайцев

– Разве ты не убьешь меня?

– Нет… Выведи меня отсюда.

– Я должен встать.

– Вставай.

– Убери автомат.

– Вставай, убрала…

Вампир перевернулся на живот, поднялся на четвереньки, пошатываясь, тяжело встал на ноги и сразу же ощутил давление автоматного ствола под левой лопаткой.

– Иди и помни: я не промахнусь.

– Я должен устранить женщину в палате рядом с твоей, для этого я и убрал охрану. Тебя я не хотел…

– Так я и поняла, – усмехнулась Рысь. – Сразу догадалась, я догадливая. Иди быстрей, на женщину нет времени… Куда мы?

– В лифт.

– А потом?

– На нулевой этаж, в подвал.

– И дальше куда? В канализацию?

– Откуда ты знаешь?

– От тебя говном воняет, вот откуда…

Переговариваясь шепотом, они вошли в лифт. Вампир нажал кнопку с цифрой «0» и притих под дулом автомата.

В гараже-подвале беспорядочно лежали трупы охранников, на бетонном полу валялся пустой автоматный магазин и блестела россыпь гильз. Среди прочих автомобилей, отдыхающих в гараже, Рысь заметила и свою старушку-»копейку». Вот куда, оказывается, загнали ее «Жигули» люди Акелы! Спасибо им за работу, и прощай, верная механическая лошадка.

– Куда идти?

– Во-он там, в углу, люк.

– Пошли. Где ты достал план подземных коммуникаций?

– Диггеры помогли… Ай, черт!

– Что такое?

– Палец заболел, ты мне его сломала.

– Терпи. Кто такие «диггеры»?

– Психи, ползают по подземельям Москвы, романтику ищут.

– Да, кажется, я видела по телевизору.

– Они клянутся, что в любое здание есть ход из-под земли. Я заплатил, они и указали этот путь.

– Хороши романтики… Что у тебя с голосом?

– Охрип десять лет назад.

– Пришли. Полезай в люк первым и помни про автомат.

– Помню. Ты не бойся, Рысь, там, под землей, просторно…

– Я знаю.

– Откуда?

– Ты хоть и воняешь говном, но плащ и брюки чистые… Где фонарь, внизу оставил?

– Откуда ты зна…

– Знаю! Догадалась. Я же предупредила – догадливая… Лезь давай, не тяни…

Комфортно спускаться вниз, в шахту бетонного колодца, Вампиру мешал сломанный палец. Тяжело цепляться одной рукой за металлические ржавые скобы, поэтому спускался он медленно, что Рысь вполне устраивало: можно было помолчать немного, подумать.

Она беседовала с этим хриплым отнюдь не от скуки. Так ее учил Рыжий. Разговор при сопровождении пленного отвлечет его от естественного желания рискнуть и пуститься в бега. Необходимость отвечать вооруженному конвоиру путает мысли, мешает прикинуть план побега или напасть на сопровождающего. К тому же по голосу сопровождаемого (есть еще один косноязычный термин – «доставляемый») конвоир постоянно контролирует его психоэмоциональное состояние. И плюс ко всему никогда не помешает установить с пленником «личный контакт», как при допросе.

Рысь спустилась в колодец следом за Вампиром и приказала коротко:

– А теперь отдай мне фонарь и лезь опять наверх. Крышку люка нужно за собой закрыть.

– Зачем?

– Чтоб нас искали подольше.

– Ладно, полезу, только не стреляй.

– Не буду.

– Правда, не стреляй. Без меня заблудишься в подземелье.

– Сказала же – не буду, лезь быстрее!

Он полез. Рысь старалась постоянно держать его на прицеле, но все-таки успела оглядеться, скользнуть вокруг лучом мощного фонаря.

Просторно. Так просторно, что можно идти во весь рост. Железобетонные стены, железобетонный потолок в ржавых разводах. Удивительно чисто под ногами. Каблуки стучат по камню, их перестук глухо резонирует эхом. И лишь посередине подземной тропы течет по желобу мутный и вонючий ручеек, коричневая мерзкая жижа.

– Все, закрыл… – Вампир спустился, спрыгнул с последних ступенек.

– Пошли отсюда.

– Дай мне фонарь.

– Нет. Фонарь останется у меня.

– Свети тогда на стенку, на правую. Я на ней стрелки мелом рисовал.

– Пойдем, ты впереди, я – сзади.

– Свети на стенки.

– Да поняла я! Поняла! Пошли… И куда же нас выведут твои стрелки?

– В подвал дома в двух кварталах отсюда.

– Долго идти?

– Минут сорок.

– Тогда вон за тем поворотом отдохнем. Я устала.

– Ты меня не убьешь?

– Ты уже спрашивал…

Они свернули, обогнули прямой угол серого бетона. Все углы здесь были прямыми. Математически четкие перекрестки подземного лабиринта, где так просто можно заблудиться.

– Сними плащ.

– Зачем?

– Постели на землю, я сяду… Вот так, хорошо… Устала.

– Пожалуйста, не свети мне в лицо фонарем.

– Потерпишь… Рассказывай.

– Что рассказывать?

– Все. Кто тебя нанял, как и зачем… Все рассказывай.

– Заказчика я не знаю, связью с ним занимается мой менеджер…

– Как зовут? – перебила Рысь.

– Кого? Менеджера?

– Ты глуп как тенор, слышал такое выражение?

– Слыхал…

– Ну, чего голову повесил, рассказывай.

– Как зовут менеджера, я тоже не знаю. Я его ни разу не видел. Мы общаемся через курьеров…

– Курьеров ты, надеюсь, видел?!

– Приходилось.

– Значит, в принципе, можно легко выйти на твоего менеджера?

– Нет. Курьеров он подбирает на Каширке. Там, рядом с метро, больница для раковых больных. Вот там он находит молодых семейных парней с диагнозом, гарантирующим смерть через полгода, а то и раньше. Предлагает им работу за хорошие деньги. Многие соглашаются, хотят обеспечить семьи хоть как-то… Если их прихватывают менты или еще кто, они молчат, терять-то им нечего, некоторые вообще сразу кончают с собой.

– Цинично, но разумно.

– Да, разумно… Больные работают курьерами или участвуют в разовых акциях.

– Что ты называешь «разовой акцией»?

– Ну, когда нужно срочно кого-нибудь грохнуть, времени на подготовку нет. Больной берет гранату, сует в карман и, как камикадзе, подрывает себя вместе с объектом акции.

– С заказчиком твой менеджер тоже общается через курьеров?