Жарким кровавым летом - Стивен Хантер

— Когда мы захотим поговорить с вами, — предупредил он, — мы вам скажем. А пока что можете сосать цветочек вместо леденца и смотреть, как мы разгромим ваш притон. Потом сможете сказать Оуни Мэддоксу, что в этом городе его дела закончились.

В этот момент все услышали автоматную очередь.

* * *

— Вот, они пошли, — сказал Карло.

Но из-за дома, из-под прикрытия деревьев двум молодым полицейским не было видно ровно ничего. Они слышали звон разбитых стекол, треск вышибаемых дверей и другие звуки, производимые группой сильных мужчин, настойчиво двигающихся к определенной цели. Впрочем, звуки смолкли очень быстро.

— Что, уже все? — осведомился Френчи.

— Полагаю, что да, — ответил Карло.

— Ну, тогда пойдем туда.

Но Карло не был уверен, что надо поступить именно так. Он вдруг понял, что не получил никаких четких инструкций о том, что и когда должен делать.

— По-моему, мы должны сидеть здесь, пока нам не скажут, что можно уходить.

— Перестань, уже все кончено. Ты же сам это понимаешь не хуже меня. Пошли, я не хочу пропустить главное веселье.

— Ничего, не опоздаем. Давай просто посидим здесь еще немного.

— Что за дерьмо — сидеть здесь в темноте, пока другие оттягиваются по полной программе! Это же несусветная глупость. Может, кто-то помер и оставил тебя за начальника? Там мы наверняка нужны, а ты хочешь, чтобы мы сидели здесь в темноте, словно пара начинающих бойскаутов.

Карло больше не реагировал на возмущение напарника. Вместо того чтобы спорить, он лишь покрепче привалился к дереву и стоял молча, совершенно неподвижно, всем своим видом показывая, что разговор окончен.

— Ну посуди сам, — не унимался Френчи. — Нас поставили сюда, чтобы мы охраняли черный ход. Ни одна собака оттуда не выскочила. Вот и получается, что мы только тратим время попусту.

В конце концов и Карло начало казаться, что его неугомонный напарник прав. В кухне больше не было и намека на суматоху, никакого впечатления, что кто-то пытался укрыться там или сбежать через кухонную дверь.

— Ладно, — сказал Карло, — пойдем.

Они вышли из своего укрытия.

— Поставь на предохранитель, — сказал Карло. — Я вовсе не хочу, чтобы ты шлялся здесь с оружием на боевом взводе.

— Уже поставил, — ответил Френчи, хотя, конечно, он этого не делал и вовсе не собирался ставить автомат на предохранитель до тех пор, пока веселье не закончится.

Два молодых человека подошли к двери, ощущая всеми чувствами, как громада, имитирующая дом богатого плантатора, приближается и словно нависает над ними. Карло пригнулся, отпер замок, свернул цепь, открыл дверь и шагнул внутрь.

Френчи последовал за ним и...

Что это?

Краем глаза он уловил движение слева от себя, а затем уже ясно увидел, как из окна бесшумно выпрыгнула вторая фигура. Человек выпрямился, присоединился к поджидавшему его первому, и оба приготовились кинуться наутек.

Френчи бросился за ними и нагнал их на полпути к деревьям.

— Стоять! — закричал он. — Руки вверх!

Он стоял на расстоянии не более тридцати футов от беглецов, направив на них дуло «томпсона»; его палец опасно прильнул к спусковому крючку, который уже чуть заметно подался, повинуясь нажиму фаланги.

Но ни один из двух мужчин не выказал особой озабоченности при виде грозного оружия, нацеленного на них.

— Эй, эй, малый, ты поосторожнее, эти штуки опасны.

Второй рассмеялся:

— Я бы сказал, что он не человек, а ходячая пушка.

Они расступились на шаг.

— Не двигаться! — гаркнул Френчи.

— А мы и не двигаемся! Разве мы двигаемся? Я не вижу, чтобы мы двигались. А тебе что, кажется, будто мы двигаемся?

— Я не двигаюсь, — подхватил другой. — Если законник говорит мне, чтобы я не двигался, то я и не подумаю двигаться, уверяю вас, сэр.

— Руки! Покажите руки!

Но ни один из двоих даже не подумал поднять руки.

Перед Френчи стояли двое крепких на вид мужчин в костюмах, в шляпах, надвинутых на глаза, оба лет тридцати пяти или немного старше, оба красивые грубоватой красотой. И оба были совершенно спокойны. Тот, что справа, даже улыбался. Их поведение пугало его и сбивало с толку.

— Послушай, малыш, почему бы тебе не опустить пушку и не уйти внутрь, пока никто не пострадал? — сказал тот, который улыбался. — Ведь ты же не хочешь наделать глупостей, правда? Чего-нибудь такого, о чем потом будешь сожалеть всю жизнь. Я имею в виду, черт возьми, что это всего лишь поганая облава, которой вообще не должно быть, и когда все выяснится...

Френчи выстрелил. Оружие дергалось у него в руках, норовило отползти в сторону, изрыгало огонь и дым, выбрасывало направо, ему в плечо, пустые горячие гильзы. Очереди по три выстрела? А вот им всем! Он поливал наглецов свинцом так, что их обоих отшвырнуло назад, как кегли при десятиочковом ударе в боулинге, и они рухнули на землю среди клубов поднятой пыли и опускавшегося порохового дыма.

— Я не делаю глупостей, сволочи! — выкрикнул он.

И тут же выпустил еще одну очередь, чтобы быть уверенным в том, что они уже точно не поднимутся.

* * *

Карло, успевший преодолеть полпути через кухню, прибежал к нему первым. Френчи стоял в тридцати с лишним футах от двух тел и истерично кричал:

— Сволочи! Сволочи! Придурки чертовы!

Из дула «томми» все еще тянулась струйка дыма, а под ногами валялось множество медных гильз. Запах порохового дыма напрочь забил все ночные ароматы.

— Что случилось?

— Эти гады стали дергаться. Я их сделал. Проклятье, я сделал их. Сделал их обоих, черт возьми!

— Ты в порядке?

Ясное дело, Френчи был далеко не в порядке. Его глаза были широко раскрыты, а на лице застыло выражение, больше всего напоминавшее панику. Он жадно хватал ртом воздух, потом пошатнулся и опустился на одно колено.

— Что, черт возьми, случилось? — рявкнул Эрл, появившийся в следующую секунду.

Френчи молчал.

— Он заметил этих двоих парней, когда они пытались удрать. Он остановил их, они не послушались, и тогда он открыл стрельбу. Похоже, что прикончил обоих.

Эрл подошел к телам, и тут появился Ди-Эй в сопровождении двух ребят из своего отряда. После него в одиночестве прибыл Беккер.

— Ради бога, что за чертовщина здесь происходит? У меня перед главным входом два фотографа и два репортера из Литл-Рока, и они хотят знать, что, черт возьми, творится.

— Офицер застрелил двоих, попытавшихся сбежать во время облавы, — ответил Ди-Эй. — Они оказали сопротивление, да, сынок?