Московская бойня - Альберт Байкалов

– Как вы думаете, – взгляд Левы вдруг сделался хитрым, – что это за вино?

– По всей видимости, Франция. – Дэви не удержался, отпил еще, потом посмотрел бокал на свет. – Точно не могу назвать сорт.

Он даже растерялся. Действительно, Дэви не приходилось пить его раньше, хотя он считал себя знатоком в этих делах. Обязывала работа. Это один из способов завязать знакомство.

– Не ломайте голову. – Лева расплылся в слащавой улыбке. – Россия. Беслан...

– Не может быть. – Дэви был потрясен. – Неужели?

– Вот так, мой друг. – Лева откинулся на спинку стула. – Умеют и у нас удивить, только не могут подать как следует.

Некоторое время еще говорили о пустяках. Дэви разделался с рыбой, похвалил куропатку. Пора было переходить к главной цели.

– Я бы хотел знать, какие сейчас настроения среди бизнесменов? – Дэви вопросительно уставился на Леву.

– В этой стране вас всегда будет ждать один и тот же ответ. – Лева сделал еще один глоток вина и задумчиво посмотрел на Дэви. – Все замерли в ожидании кризиса.

– Он уже давно идет, – заметил Дэви.

– В России это пока не сильно ощущается, – возразил Лева.

– Я с вами не согласен, – покачал головой Дэви. – Как раз наоборот.

– Возможно, в других сферах бизнеса да. Но что касается меня, то все еще впереди.

– Все-таки вы признаете, что потрясения неизбежны? – Дэви понравилось, что собеседник не глуп.

– Наше руководство непредсказуемо. – Лева вздохнул. – В большей степени от него зависит, насколько страшными они будут.

– Знаю, – кивнул Дэви. – Именно оно инициировало первый толчок. В мае, после избрания нового президента, начались атаки на российский и зарубежный бизнес. Сильно пострадали английские компании. Некоторые представители деловых кругов были вынуждены вовсе покинуть вашу страну.

Соглашаясь, Лева задумчиво кивнул.

– Я следил за ситуацией. Именно в конце весны началась паника среди инвесторов и отток капитала, – продолжал развивать свою мысль Дэви. – Начавшееся в тот период времени снижение котировок стало перерастать в конце июля в обвал. Ну и война в Грузии. – Дэви развел руками. – Российская фондовая биржа пережила одно из самых мощных падений котировок за последние десять лет. Инвесторов пугает возможная военная конфронтация вашей страны со своими соседями. Мы ждем еще большего обвала в октябре.

– Этот сценарий нам известен, – согласился с ним Лева. – Мы опасаемся давления со стороны государства. Уже намекают, чтобы владельцы крупных компаний вернули деньги из-за границы в российскую экономику.

Дэви понял, о чем хотел сказать его собеседник. Лева участвовал в претворении разработанного на Западе плана по обескровливанию России. Через него прошли в свое время огромные суммы для лоббирования закона, по которому подоходный налог для самого нуждающегося бедняка и богача стал одинаковый – тринадцать процентов. Были сняты все ограничения на выплату дивидендов. Венцом можно считать создание системы, по которой владельцами крупнейших компаний и месторождений получили возможность становиться никому не известные маленькие, зарегистрированные в офшорах фирмы. В России до сих пор неизвестны реальные хозяева крупных банков и предприятий! Отмытые за границей деньги возвращаются в виде инвестиций. Получалось, что олигархи вкладывались сами в себя. Разграбление страны шло полным ходом. Цивилизованный мир очень надеялся на кризис и ожидал, что он станет причиной социального взрыва и смены власти в России. Лева же и те, кто стоял за ним, рассчитывали использовать ситуацию в своих интересах, а они совпадали с интересами Запада. Поэтому Дэви здесь.

– Я вижу, на этом направлении с вашей стороны все нормально. – Дэви отодвинул от себя тарелку и внимательно посмотрел на Леву. – И все же, чтобы создать в стране благоприятный для смены власти климат, необходим еще один фактор, это активизация военных действий на Кавказе.

– Вы же знаете, – Лева взял салфетку и промокнул ей губы, – я не касаюсь этих вопросов.

– Но вы имеете возможность организовать мне встречу с людьми, которые заинтересованы в этом.

– У нас все заинтересованы только в том, как быстрее заработать. – Лева отложил салфетку на стол. – Кто именно вас интересует?

– Ахмед Якубов, – на секунду задумавшись, назвал имя Дэви.

– Я знаю этого человека, – кивнул Лева. – Кстати, сейчас он в Москве.

– Очень хорошо, – оживился Дэви. – Я могу рассчитывать на вашу помощь?

– Конечно, – подтвердил Лева. – А почему сами не позвоните ему? Ведь, насколько мне известно, вы хорошо знакомы.

– У меня в Москве только один человек, которому я могу доверять, и он сильно загружен, чтобы взвалить на него еще и организацию встречи. К тому же Ахмед достаточно известен спецслужбам русских. Надо подойти к этому вопросу осторожно, через третьи лица.

– Хорошо, – вздохнул Лева, – я все устрою. Как с вами связаться?

– Звоните по любому из этих телефонов. – Дэви протянул ему через стол визитку.

– Только номера? – удивленно хмыкнул Лева, покрутил прямоугольный кусочек пластика в руках и убрал его в карман.

– По второму вам ответит Евгений, – пояснил Дэви. – Можете передать все через него. Но маленькая просьба, такая связь только для того, чтобы договориться о встрече. Ничего лишнего.

– Я знаю, – успокоил Лева.

Человек, которому принадлежал один из телефонов на визитной карточке, числился в компании водителем и был закреплен за машиной Дэви. Звали его Евгений Голиков. Рослый, с оттопыренными ушами молодой мужчина поджидал Дэви в машине в Борисоглебском переулке. В компании он появился летом. Дэви знал, что на самом деле этого человека зовут Сергей. Фамилия тоже не настоящая. Несколько лет назад мужчина приехал в Россию на заработки с Украины.

– Куда? – Евгений завел двигатель и внимательно посмотрел на Дэви.

– Домой, – пожал он плечами.

* * *

Звонок в дверь застал Антона за завтраком.

– Я открою. – Регина встала из-за стола и направилась в прихожую.

Антон знал, это приехал Линев. Они уже общались по телефону. Весь остаток вчерашнего дня контрразведчик пытался выяснить, кто в настоящее время занимает должность заместителя директора фармацевтической компании «Ciboz», Орвин или все-таки Дэви. Проверка списков пассажиров в аэропорту Шереметьево сразу поставила его в тупик. Как оказалось, в указанное время рейсом из Лондона не прилетали ни Дэви, ни его брат. Это не говорило о том, что никто из них с самолета не сходил. Попросту он был зарегистрирован по чужим документам. Опрос жильцов дома, где компания снимала для Орвина квартиру, результатов не принес. Даже прибавил новых вопросов. Жившая с ним по соседству женщина видела Орвина несколько раз, когда возвращалась с работы и выводила на прогулку собаку. Сталкивался с ним и сосед. Если распределить это по времени, можно с уверенностью сказать, что Орвин не покидал пределов столицы. Оставался последний вариант, это попытаться выяснить все через сотрудников компании. Как раз в этом случае нужно было действовать осторожно. Большая часть работавших там людей – москвичи. Стабильная и достаточно высокая даже по московским меркам зарплата обязывала относиться к работе с отдачей и ответственностью. Требования, которые предъявлялись к сотрудникам, были жесткие. Большое внимание уделялось вопросам экономической безопасности. Опасаясь конкурентов, всех тщательно проверяли и инструктировали. Сам управленческий аппарат состоял из граждан Великобритании.