Мобильный свидетель - Михаил Нестеров

— Мне жаль, что так вышло с Сашей. — Кейн развел руками и покачал головой. — Это мы убили его — ты и я. И еще эта женщина.

— О какой женщине ты говоришь? О той, что запомнилась тебе в деловом костюме или без него?

— Что это значит? — нахмурился Кейн.

Да, он пару раз воспроизвел в голове образ обнаженной Аллы, но он видел столько обнаженных тел, женских и мужских, что ее тело растворилось в этой голой толпе. Другое дело — то первое впечатление, указывающее на жертву с ее стороны, и этим все было сказано. Так чего же добивается Карпов своим непрозрачным намеком?

И только теперь до Кейна стало доходить. Конечно, этот проныра Карпов обвел его вокруг пальца; но какой грязный прием он использовал для достижения цели! Он и она, эта парочка белых, поимели его. А может быть, они поимели и Сашу тоже? Рональд отчетливо представил себе натурально постельную сцену: Алла раздевается и ложится голой на кровать; фотоаппарат в руках Карпова чуть слышно щелкает; чуть громче щелкает его язык: «Какая же ты красивая, сука!»

Кейн был готов простить им и эту сцену, но он предвидел настоящую трагедию.

Он вдруг почувствовал оборвавшуюся было связь с Котиком, и его вопрос родился помимо его воли:

— Где Саша?

Карпов улыбнулся.

— Ты верно подумал: команда с катера береговой охраны обнаружила на косе другого человека. Саша в это время гостил на военно-морской базе США… Он сам рвался поговорить с тобой по душам, но я убедил его не делать этого. Он бы узнал много нового, что помешало бы его работе и жизни вообще. Он стал думать, что мешает ему нормально работать и жить.

Карпов, забрасывая Кейна откровениями, незаметно подобрался к нему на пару шагов. Он был деловым человеком, но в этой ситуации позволил себе больше слов. И его можно было понять: он нервничал . Он сильно нервничал. Котик не смог понять его логики — почему Кейна нужно убрать. Потому что на этом настояла Алла. При встрече с Сашей Кейн мог рассказать пикантные подробности вербовки хореографа. Хотя тот и обещал молчать, но береженого бог бережет.

Кейн отработал на опережение. Гибкий, растянутый, как гимнаст, сильный, как тяжелоатлет, он оттолкнулся от стола и в стиле Ван Дамма нанес Карпову удар в голову. Его нога, описавшая широкую дугу, лишь по касательной задела Карпова. Но и этого хватило, чтобы Сергей отступил. И — вооружился ножом, выщелкнул лезвие большим пальцем. Мельком он бросил взгляд в зеркало, и оно на миг показало ему кадр из боевика: русский и американец, белый и черный, сошлись в смертельном поединке.

Кейн снова пошел вперед, словно не видел ножа в руке противника. Карпов двумя рассекающими ударами изнутри наружу и обратно удержал Кейна на расстоянии и продолжил наработанную до автоматизма связку: сделал выпад таким же рассекающим ударом. Казалось, этот тройной удар завершен, но Карпов нанес колющий удар вперед из крайне неудобного для такого приема положения: его вооруженная рука находилась под мышкой другой, поднятой и согнутой руки, и что называется — не с ноги: он отработал как рапирист, делая выпад правой рукой и правой ногой. Он целился в шею Кейна, но довольствовался бы попаданием в лицо, верхнюю часть груди; а следующим ударом он прикончил бы его. Рука Карпова выпрямилась, как складной нож, и как развитие атаки — туше. Кейн не мог прочитать или предугадать действия противника, он отрабатывал свою связку, и лучшей тактики он выбрать не мог, иначе проиграл бы на раз-два-три. Он резко опустился и в круговом движении ногой под колено отправил Карпова на пол. И первым оказался на ногах, не рискнув атаковать вооруженного ножом противника в нижнем партере; он был хорош в верхней стойке. Он был мощнее Карпова, но он привык к честным поединкам.

Карпов поднялся на ноги, эффектно бросив их вперед. Мгновение, и он, разогнув колени, поднял вооруженную руку над головой. Кейн принял боевую стойку, а Карпов метнул в него нож. Кейн не успел среагировать, и острое, как осока, лезвие пропороло ему щеку и вышло под ухом. Он схватился за рукоятку и выдернул нож из раны. Тотчас увидел близко лицо настоящего противника. Карпов нанес ему рассекающий удар, выпрямляя во время движения руки пальцы. Жесткое ребро ладони врезалось в шею Кейна, и тот рухнул на колени. Карпов подпрыгнул и добил его сокрушительным ударом ноги. Теперь чернокожий полностью оказался в его власти. Чтобы не испачкаться в крови, Сергей задрал плотную рубашку Кейна ему на голову и перевернул его на живот. Оседлав его, он запрокинул его голову назад, а правым коленом нажал на шею. Не сразу, а как согнутая коленом палка, сломались шейные позвонки Джиттербага. Он умер мгновенно. Повиснув на руках убийцы. Карпов подержал его голову, чувствуя, как наливается она свинцом, и отпустил. Раздался глухой стук, который напомнил Карпову звук упавшей на крышку гроба земли.

Он забрал из безвольных пальцев Кейна нож и, вытерев его, положил обратно в чехол. Затем снял с трупа часы, печатку, тяжелую золотую цепь. Открыв его шкаф, освободил карманы летней куртки от бумажника, набитого фотографиями, кредитками, наличными. Сложив все это в модную сумочку на длинном ремешке, Карпов, не оборачиваясь, вышел из гримерной. И подумал о закономерности как о судьбе, как о «пункте назначения»: Рональд Кейн должен был умереть в гримерной, соседствующей с тюремной прачечной, — и все-таки нашел свою смерть в раздевалке, к специфическому запаху которой примешался пряный запах крови. Такой острый, что даже призрачная кошка фыркнула носом.

Ночь. Дом с тактическим определением «свой-чужой». Саша встретил Карпова вопросом: «Он что-нибудь сказал?» Он даже не поинтересовался — как прошла встреча Карпова и Кейна, реализовал ли Карпов свой план, непривычно отдающий прямотой. Он был уверен в товарище, что тоже отдавало данью уважения к коллеге по работе.

Карпов покачал головой:

— Нет. Мы с ним не говорили.

Он решил поэкспериментировать:

— Рассказать, как умер Кейн?

Саша сузил глаза и подался вперед:

— Расскажи.

— Да пошел ты!..

Он по-настоящему становится опасен, покачал головой Карпов. Он начал думать. Он стал анализировать, и у него есть пример для подражания. Разумеется, это последний контракт с Сашей… на глазах превращавшегося в Александра.

Карпов развел огонь в жаровне, бросил в него одну пластиковую карту, другую; одну фотографию, другую… задержав взгляд на третьей. На ней Рональд Кейн был изображен так, как многим запомнился его образ: он в черном, и только белый символ выделяется на нем. Его ноги вместе, руки вниз и в стороны. Он в паре мгновений от первого шага в своей знаменитой постановке на тему песни короля поп-музыки… Огонь съел его образ, не дав ему двинуться с места; жаровня приняла его прах…

…«Сегодня утром в своей гримерной в ледовом дворце был найден мертвым популярный постановщик танцев Рональд Кейн, известный как Джиттербаг. По предварительной информации, следствие выдвинуло несколько версий, но отрабатывает одну: убийство с целью ограбления. Напомним, что Рональд Кейн являлся популяризатором танцевальных постановок Майкла Джексона…»