Гордость спецназа - Александр Тамоников

Скорее всего, так! Одни загадки кругом и ничего конкретного. Но так долго продолжаться не может. Вокруг усадьбы все явственнее ощущается специфический, почти неуловимый, запах смерти! Чьей смерти? Но не Палача, точно!

Доулетхан вышел из ванной одновременно с тем, как Роман внес в комнату шашлык, аппетитный запах которого сразу заполнил апартаменты Палача. Он поставил блюдо с шампурами на середину стола, рядом выложил несколько пучков разнообразной зелени, положил лаваш.

– Приятного аппетита! Я буду за дверью, на балконе! Как пообедаете, позовите, я все уберу!

– Подожди, Роман, познакомься со своим напарником. Это Доулетхан, заслуженный и достойный человек!

Молодой человек пожал крепкую руку первого помощника своего нового командира.

– Спасибо, Рома! – сказал Мурза. – Жди, мы позовем тебя!

Доулетхан с удовольствием съел шашлык. Положив последний, пустой шампур на блюдо, откинулся в кресле:

– Давно не ел такого мяса! Этот Роман мастер делать шашлык, хоть и не горец! И столько я давно не ел! Полон желудок, живот так и опускает веки!

Мурза предложил:

– Может, отдохнешь? Спальня в твоем распоряжении! А на вечер я тебе таких шлюх закажу, обалдеешь. Заказать?

Доулет не отказался.

Мурза позвал Романа, теперь уже второго своего помощника, распорядился убрать остатки трапезы, принести большой чайник зеленого чая с ханкой, пиалы, а также приказал в семь часов отправиться к Хозе Умарову, забрать и доставить сюда тех троих шлюх, что недавно обслуживали Палача.

– Да пусть эта троица еще пару подружек с собой прихватит. Сегодня мы с другом расслабимся немного, можешь и ты, Роман, заказать себе шлюх, я оплачу!

Молодой человек отказался.

– Дело твое, только, Роман, привези обязательно тех проституток, что уже были здесь, да они и сами, думаю, напросятся на визит ко мне! Ты все понял?

– Понял и сделаю, как вы приказали! Мне, извините, этот вопрос с Шеленгером согласовывать? Ведь придется использовать машину! А они в подчинении хозяина!

Палач ответил категорично:

– Наши дела ни с кем и никогда не согласовывать, а вот насчет машины ты прав. Скажи Шеленгеру, что нам требуется на постоянное пользование машина, лучше джип! Только не говори, что я просил выделить транспорт! Скажи лишь то, что сказал я! Ответ сообщишь мне!

Роман замялся на выходе.

Было видно, что он хочет что-то сказать, но то ли не решается, то ли не находит подходящих слов. Палач помог ему:

– Ты что-то хочешь сказать, Роман?

– Да! Я вот о чем хотел узнать. Когда к хозяину приезжают его друзья, то каждый из них всегда что-то требует от меня. Раньше я исполнял все их требования. Как быть теперь?

К Роману подошел Доулетхан:

– Я первый помощник Мурзы, и если кто-то из этих неверных посмеет что-то приказать мне, то в лучшем для него случае получит в морду, в худшем – кинжал в горло! Ты – второй помощник, и у тебя такие же, как и у меня, полномочия и права. Ну, ножом работать ты не сумеешь и в рог вряд ли въедешь, а вот послать на хер вполне в твоих силах! Так и поступай, я не прав, Палач?

– Прав, Доулет! Только так должен поступать человек самого Палача!

– Слышал? – спросил Романа Доулет.

– Да!

– Не «да», а так точно!

– Так точно! – повторил Роман.

– Ну а если кто из них решится распустить свои клешни, бей сам! Да бей так, чтобы враг встать не мог! Если что, я помогу тебе! Ни одна тварь, нигде, слышишь, не посмеет не то чтобы поднять руку на людей Палача, а и пасть свою раскрыть! Уясни это!

– Я все понял, господин!

Доулет рассмеялся:

– Да какой я тебе господин? Называй меня просто по имени! Договорились?

– Так точно!

– Тогда иди, и про девочек не забудь!

Оставшись вдвоем, Мурза спросил помощника:

– Как тебе напарник?

– С виду слабак, но это впечатление обманчиво. И в этом его преимущество. В нем не видят противника, а он противник сильный!

– Согласен с тобой, Доулет.

Помощник поинтересовался:

– Одно непонятно, как это он оказался в рабах?

– Как оказался у параши? Ты хочешь это знать?

– Конечно, ведь он же мой напарник!

– Тогда слушай.

Сделав несколько глотков чая, перемешанного с наркотиком, Палач поведал другу историю вынужденного, подло подстроенного падения Романа. Не забыв упомянуть и о судьбе его жены. Доулетхан возмутился:

– Но это же полный беспредел? Кажется, я ошибся в нем, мужчина не стал бы служить своим врагам!

– Не торопись с выводами, Доулет! Парень не зря здесь, он ищет правды, чтобы, я уверен, отомстить, но не может ее пока найти. Не знал ее и я, только утром, перед самым твоим приездом, Шеленгер открыл ее мне.

Доулетхан задумался, затем проговорил:

– А ведь банкир не так просто взял и раскрылся перед тобой!

– Это ясно! Но и объяснимо! Этой историей он оправдывает собственное предательство своих компаньонов, которых я предложил ему уничтожить! Всех!

Теперь помощник удивился:

– Ты предложил ему ликвидацию сообщников?

– Да!

– И он согласился?

– Не сразу, но согласился!

Доулетхан поднялся:

– Та же тактика выжженной земли, что и в Чечне? Никаких свидетелей после себя?

– Тактика здесь ни при чем! Ненавижу я этих подонков – предателей. Была бы моя воля, порвал бы их на куски и скормил шакалам! Вот те, кто нас атаковал малыми силами у водопада, те были мужчинами! Они бились до конца, предпочитая плену собственный подрыв на гранате. Вот кто заслуживает уважения! А эти твари ради денег готовы все продать!

Доулет спросил:

– Брат! А мы с тобой разве лучше этих козлов?

– Нет! Не лучше! Но мы воюем! И в боях зарабатываем деньги. Льем чужую кровь, но и своей не жалеем! А эти привыкли чужими руками каштаны из огня таскать! Вот в чем разница между нами и ними!

Доулетхан прошелся по комнате, выглянул в окно. Во дворе Роман о чем-то разговаривал с Шеленгером! О чем Доулет тут же доложил Мурзе. Тот ответил безразлично:

– Ну и что? Мы же сами приказали ему решить вопрос с тачкой! А это он может сделать лишь в контакте с банкиром!

– Может, и так! Роман отошел от Шеленгера, пошел к гаражу.

– Вот видишь? Подожди, парень еще не привык к нам и всей правды не знает. Вот когда пообвыкнет да узнает, кто виноват в его бедах, тогда посмотрим, как он будет разговаривать с гяурами! Уверен, только языком оружия и не иначе!