Консервация ненависти - Александр Тамоников

– Нет, господин офицер. К сожалению, Всевышний не дал мне детей.

– Извините.

– Не за что. Вы-то здесь ни при чем!

– Что было дальше? – спросил генерал Губарь.

– Мне рассказать о том, как я жила, или о том, что непременно должно заинтересовать вас? Впрочем, все тесно переплетено. – Нада повернулась к Бакарову: – Можно стакан воды, офицер?

Губарь распорядился принести графин с водой и стакан.

Нада выпила полстакана, поправила пышные волосы и продолжила:

– Мирно мы жили три года. Потом Мусса как-то объявил мне, чтобы готовила дом к приему гостей. Это было накануне праздника, и я думала, что соберутся соседи, родственники. Первым действительно приехал брат. С ним Богдан Попох. А позже заявился Мадьяр со своей Гезой! Пожили бандиты у нас с месяц. За это время к ним дважды приезжал какой-то мужчина, один раз с женщиной. Женщина в последний раз осталась.

– На чем приезжали мужчина с женщиной и кто они?

– Приезжали на большой иномарке, кто мужчина, не знаю, а женщина – Линда Карс. Я запомнила, потому что у нее странные имя и фамилия. У нее был с собой большой чехол, что в нем – не знаю. Я видела только, как в первый раз из машины люди брата выгружали рюкзаки. Что было в них, тоже не знаю. Потом догадалась. В рюкзаках была взрывчатка. После того как вся банда, включая мужа, уехала, в нескольких городах были совершены террористические акты. И везде террористы что-то или кого-то взрывали.

– Вы сразу связали террористические акты с действиями банды в Карбеке?

– Нет. Как-то вечером ко мне приехал мужчина. Он сказал, что от мужа, и оставил небольшой чемодан. Проводив незнакомца, я открыла чемодан, в нем было много денег, очень много денег, доллары, а главное, фотографии. На них – взрывы. На одной хорошо видно, как взрывается автобус, тот, взрыв которого показывали по телевизору.

– Продолжайте.

– Где-то две недели назад вернулся муж. Он был доволен, говорил, неверные получили свое, а мы теперь богатые люди. Что еще одно дело – и мы сможет бросить этот грязный Карбек, уехать в Турцию и купить дом на побережье. Я спросила, какое дело? Мусса накричал на меня – не суй, мол, свой нос, куда не надо. Он был очень груб со мной. Сутки спустя приехали брат и Мадьяр. Вдвоем. Остальных не было. Я вывешивала белье, когда они на топчане что-то обсуждали. Услышала лишь то, что подрыв в Переславе провести несложно. У них была какая-то старая, вся исчерканная карта. А позже, готовя постели, я услышала, как Мадьяр сказал – надо, чтобы на объекте погибло как можно больше людей, потому что Вайт или Вайд какой-то заплатит за каждого убитого или раненого, а не за акцию в целом. Брат усмехнулся и ответил, что, мол, это правильный подход, а объект всегда полон людей. На следующий день они все уехали. Муж запретил мне выходить из дома.

– А вы не подчинились. Направились прямо в Нальчик, в Управление ФСБ, – заметил Бакаров.

– Я никогда бы этого не сделала, но уже утром, когда Мадьяр, муж и брат уезжали, Мадьяр спросил Муссу, зачем ему женщина, которая не может иметь детей. Мусса ответил, что мне недолго оставаться его женой.

– Этот разговор ваш брат слышал?

– Нет!

– Почему вы не сказали ему о нем?

– Он бы не поверил. К тому же Сарак, по-моему, совсем обезумел от крови и жажды денег. Мне кажется, он и пальцем не пошевелил бы, если бы Мусса приказал убить меня. Я испугалась, поехала в Нальчик. Остальное вы знаете. Теперь моя судьба в ваших руках. Возвратиться на Кавказ я не могу. А здесь никого не знаю.

Губарь встал из-за стола:

– Ну, безопасность вашу мы обеспечим. Отсюда вас перевезут на конспиративную квартиру, где вы будете находиться под охраной наших людей.

– Скажите, Нада, как быстро ваш муж может узнать о том, что вы уехали из Карбека? – спросил Павел.

– Думаю, ни он, ни брат, ни Мадьяр не станут интересоваться мной. Я для них никто. Послушная рабыня. Как-то Мусса сказал, что мне без него не жить. Мол, мы повязаны кровно, поэтому, если что, я буду отвечать вместе со всеми. Если русские вообще не убьют меня. Но я никого не убивала, я была в банде, но не по своей воле, к тому же занималась только хозяйством. Я не имею никакого отношения к делам банды.

Нада явно нервничала или хорошо играла свою роль.

– Успокойтесь, – сказал Губарь, – вас не будут судить, вы же сами пришли к нам. А кто помогает нам, тот получает защиту от уголовного преследования. Насчет этого можете быть спокойны. Еще несколько уточняющих вопросов, если вы не устали.

– Нет, не устала, спрашивайте. Что знаю, то скажу.

– Хорошо. Вопрос первый – вы говорили, что у Мадьяра и брата была старая карта?

– Да, очень старая, желтая и не на бумаге, по краям было видно что-то наподобие бахромы.

– Понятно. Вы отчетливо слышали название города Переслав?

– Да. Я раньше и не знала о таком городе.

– А теперь, если можно, подробнее о женщине по имени Линда Карс.

– Она приехала с неизвестным мне мужчиной. У нее был большой чехол, говорила женщина по-русски, но с акцентом. Но говорила только с Мадьяром.

– За время пребывания в Карбеке Мадьяр выходил с кем-нибудь на связь?

– Он говорил по телефону, но с кем, не знаю.

Бакаров неожиданно спросил:

– Вы видели, как был убит прапорщик Штеба?

В глазах женщины мелькнула тревога, но она быстро справилась с собой:

– Как в него стреляли, нет, но слышала, как Мадьяр говорил, что прапорщик им больше не нужен, так как состояние его ухудшилось.

– А куда дели труп Штебы?

– Погрузили в грузовую машину вместе с часовым, которого убили вы.

– И это вы видели.

– Да, но не понимаю, почему вы об этом спрашиваете?

– Труп Штебы не был найден. Как, впрочем, и труп часового.

– А?! Это?! Так их по пути из Боксара в Карбек сняли с грузовой машины и положили в пикап. Тот дальше поехал в горы, а остальные машины к Карбеку. Наверное, тела бросили где-нибудь в ущелье или завалили камнями, об этом мне ничего не известно.

– Значит, вы говорите, женщину, которую привез неизвестный мужчина, боевики называли Линдой Карс?

– Да.

– Хорошо. Валера, зайди! – поднял трубку служебного телефона генерал.

В кабинет вошел капитан:

– Товарищ генерал-майор…

– Бери, Валера, женщину, – не дал ему договорить Губарь, – и вези на конспиративную квартиру. Охрану осуществлять круглосуточно. Из квартиры не выходить. Потребности в продуктах или еще в чем-либо передавать помощнику. Доклад оперативному дежурному в 7.00 и 19.00 ежедневно.

– Есть, товарищ генерал.