Сюрприз для оборотня - Борис Бабкин

– Господи! – Матрена вскочила с кровати. – Да кого ж на ночь глядя принесло-то?

Перекрестившись, она шагнула к двери. Увидела стоявшую с карабином в руках Машу. Снова перекрестилась.

– Кто там? – негромко спросила она.

– Да я это, – послышался голос Тургунова. Матрена открыла дверь. В прихожую ввалился старик.

– Фу-у! – длинно выдохнул он и поставил к стене карабин. – Не пройти нам к геологам, – сказал он Маше. – Обложили хунхузы эти хреновы. Завари чайку, – попросил он Матрену, – а то устал дьявольски. Как заяц скакал. – Матрена ушла на кухню. – Надобно что-то другое придумать, – обратился старик к Маше. – Не проскочить нам. Меня Севка, можно сказать, спас. Если б не он, там бы я и остался. Видать, ты что-то очень важное про этих гадов знаешь. Прямо как на чернобурку по первому снегу охотятся. Как же нам выбираться-то отсель?

– Послушайте, Семен Федорович, – тихо сказала Маша, – неужели в райотделе или прокуратуре нет…

– Слышь, девка, не начинай сызнова. Я не знаю, есть в этих самых делах нормальные али нет. Но точно знаю другое – начальника здешнего сняли, потом под арест сунули. Однако выпустили, сердце у него, видите ли, прихватило. Он в больницу лег, а когда вышел, его машина сбила. Больше никого не взяли за горло. Его убили, и тишина сызнова. А тут и нового подорвать хотели. Прислали его недавно, и, видать, чем-то он не угодил. Поэтому, чтобы говорить про этих оборотней, на– 161 добно по крайней мере в Магадан попасть. А тут заместо правды пулю поймаешь али нож в пузо. И больно, и помрешь. А я уж ежели начал помогать те, то до безопасного места доведу.

– А позвонить отсюда в Москву можно? – спросила Маша.

– А чего ж нельзя? Только для энтого на почту идти надобно. А там тебя наверняка высматривают. Не зря же они твою морду нарисовали.

– Действительно, фоторобот сделали.

– Я те про то и говорю. Все тут связано одной веревочкой. Так что за помощью обращаться в милицию не стоит, там и пришибут.

– Похоже, это действительно так, – вздохнула Мария.

– А ты, значится, еще сомневалась? – усмехнулся Тургунов.

– Просто не хочется верить, что здесь все так плохо.

– Да везде дерьма хватает. Например, я давно уж разуверился во всех этих службах. Ну, в общем, сделаем так… Севка, выходит, не курва, как я мыслил. Надобно с им разговор вести. Ты, Матрена, сходишь к ему и позовешь. Но чтоб пришел незаметным ходом. А тут мы с им и обмозгуем все.

– Парина нигде нет, – сказал Оленев. – Как сквозь землю провалился. И Гуркина никто не видел. Выходит, с ним ушел.

– Вряд ли, – возразил Честных. – По словам Марины Ивановны, они о чем-то спорили. И Парин, догнав Гуркина, уговорил его поехать с ним. Я думаю, Гуркин мертв. Ну что ж, будем разбираться с его купленными помощниками. Два участковых, дэпээсник Морозов и внештатный сотрудник Ломов. Берите всех – и ко мне. Завтра приедет сотрудник службы внутренней безопасности.

– Знаете, Сигизмунд Карлович, – сказал Павел, – вам надо поехать со мной к начальнику…

– Вы лучше, господин майор, пристрелите меня сразу, – отозвался Пицкевич, – не так мучительно умирать буду, а родственникам жизнь сохраню. – Он всхлипнул и вытер глаза.

Павел взглянул на усмехавшегося Альберта и попробовал еще раз:

– Я ответственно заявляю – с вашей головы не упадет…

– Вы уже доложили обо мне? – испуганно перебил его Пицкевич.

– Нет. Хотя следовало бы это сделать. Сейчас, я уверен, вам ничто не угрожает. По крайней мере один из…

– Да вы все ахнете, – горячо заговорил Пицкевич, – когда узнаете, кто именно стоит за всем этим. Поверьте, если бы дело было только в Парине и Лепине, я давно бы все рассказал. Давайте наконец решим, помогаете вы мне или нет. Я сразу предупредил, что буду давать показания только в ФСБ Магадана. Другого варианта нет.