Кремлевский эндшпиль. Ликвидация Иблиса - Александр Полюхов

Внешне апартамент-отель выглядел не супер, а внутри Ксении понравился. Небольшая квартирка из гостиной-кухни-спальни вполне подойдет, пока Степан не выберет место для офиса, а там можно будет не спеша присматривать и домик поблизости. Жилья много, хотя и недешевого: Силикон-Бич расположился на четырех милях побережья к западу от шоссе 405.

Входя в метрополию Лос-Анджелеса, зона простирается от Санта-Моники до Плая Виста. Здесь базируются сотни и тысячи компаний, связанных с интернетом: Google, Facebook, Microsoft, YouTube.

Именно здесь решила развернуть бизнес и «Лаборатория Вяземского». Что, естественно, не прошло незамеченным для ФБР, пристально наблюдающего, а порой и направляющего деятельность высокотехнологичных корпораций. Региональное управление нацбезопасности сразу по приезду семьи Алехина-младшего поставило её на компьютерный учет, хотя не ожидало от Вашингтона реакции на это уже в тот же день. Когда два спецагента прибыли в гостиницу опросить россиян, Ксюша занервничала, Степа оставался спокоен, ибо Матвей упоминал о подобной возможности.

– Так вы утверждаете, что ваш отец не состоит на службе у правительства, – в который раз, хотя в разных формулировках, интересовались фэбээровцы.

– Последние лет двадцать. Хотя с ним мало общаюсь.

– Так вы говорите, что он серьезно болен?

– У него рак легких.

– В какой стадии?

– Я – не врач. Он прошел курс химиотерапии, а нынче проходит курс лучевой терапии, – терпеливо объяснял русский, знавший, что лучше однажды исчерпать любопытство ФБР, чем регулярно подвергаться визитам его агентов.

– Каково его душевное состояние? – один «гость» ставил вопросы, заглядывая в блокнот, где записал обозначенные Вашингтоном темы; второй – наблюдал за реакцией интервьюируемого.

– Подавлен и раздражен, как любой онкологический пациент.

– Что можете сказать о его политических взглядах? Он поддерживает кремлевский режим?

– У него нет взглядов, во всяком случае, таких, которыми бы он делился со мной. А Кремль ему несимпатичен. Вот вы, если заболеете раком, будете лечиться по страховке от вашего ведомства?

– Правительство – мы его зовем «дядя Сэм» – заботится о федеральных служащих. Разве в России не так? – впервые проявил человеческие чувства визитер.

– Мой отец вынужден лечиться за свои кровные.

– Это ж, сколько может стоить? Сотни тысяч! – оперативники оживились, тронутые важной новостью.

Фишман возвращался из Москвы другим человеком. Нет, внешне не изменился: разве что спина стала прямее, а плечи развернулись вширь. И это – хорошо, ибо перед выпуском из академии медосмотр выявил «первичные нарушения осанки в сагиттальной плоскости», видимо, из-за слишком усердных занятий со спецлитературой. Изменения произошли внутри: почувствовал поддержку Центра и приобрел уверенность в собственных силах. Что удивительно, ибо и раньше был не робкого десятка. Но когда направлялся на Родину, отсутствовало убеждение, что верно действовал в оперативном плане, что его поймут старшие товарищи.

Театральная проверка в Шереметьево лишь усилила сомнения. Ненастоящий следователь, псевдоарест. Странный oldfart (старпёр, англ.) в пиджаке от Brioni и золотых часах Ulysse Nardin вещал на улично-киношном жаргоне из дешевого детективного сериала, являя собой карикатуру на контрразведчика. А Чудов считает его masterspy (супершпион, англ.). «Или ветеран умышленно хотел так выглядеть? – наконец, осенила догадка. – Наблюдал, как отреагирую! Судя по дальнейшим событиям, мою реакцию одобрил. Кстати, хронометр был на правой руке, похоже, любитель дорогой экипировки – левша».