Облава на волка - Михаил Серегин

– Что? – проговорил Семен, уже уставший от бесконечных экивоков Капитоновой торжествующей речи.

– То, что в этой квартире сейчас находятся мужик какой-то и телка! – радостно взвизгнул Капитон, – понял? Мужик и телка! Это явно то, что вам надо. Еще я знаю, что к этой квартире то и дело подъезжают тачки какие-то непонятные и из них выходят люди тоже непонятные. В общем, я их нашел. Понял? Засек, хоть это и почти невозможно было. Случайность, ты скажешь, а я скажу – в нашем деле случайностей не бывает. А бывает только хорошая работа, опыт и нужные связи. И смекалка! Когда возьмешь обратно свою телку и отвезешь Седому, не забудь, Сеня, сказать, что если бы не я, хрена лысого вы телку вернули бы.

– Адрес, – проговорил Семен, – диктуй адрес!

– Айн момент! – весело откликнулся Капитон и через минуту уже диктовал адрес. – Только осторожно, – добавил он, – за этой квартирой слежка – мне мой человечек говорил, который Матроса засек. Его самого едва не засекли, но он у меня тертый калач – враз понял, в чем дело, и свалил по-быстрому. А? Только профессионал так может! У меня все люди такие – других не держим!

– Понял, – сказал Семен, – выезжаем.

И отключил связь.

Мгновенно снова включив телефон, он набрал номер мобильника Сивого и прокричал в трубку слова приказа, потом вызвал таким же образом и вторую группу «братков». Филина и Петю он, конечно, не собирался брать на перехват.

Семен сунул телефон в карман и, возбужденно передергивая плечами, зашагал по комнате. Через несколько минут должны были подъехать «братки», и тогда они все вместе двинут к той квартире. Слежка, не слежка – плевать. Если действовать быстро и слаженно, легко можно пробиться через все заслоны, влететь в квартиру, взять Лильку и исчезнуть. А Капитон потом поможет перебраться через границу города. Три дня – и они будут дома. Жалко, нет времени как следует разобраться с этими уродами, которые устроили похищение. Ну, ничего – если кто-то из них попадется в руки Семена живым при захвате квартиры, тогда этого гада можно с собой захватить. Чтобы Седой мог спустить с него шкуру.

Подумав об этом, Семен рассмеялся.

«Вот и заканчивается все, – подумал он, – еще немного, последний рывок – и Лилька будет у нас. И домой. Достал этот чертов чужой город, достали непонятные происшествия и неизвестность впереди. Все-таки хорошо, что есть Капитон, который тут как рыба в воде. Без него вряд ли что-нибудь получилось бы».

Семен достал из кобуры пистолет, проверил предохранитель и сунул обратно. И подошел к окну, чтобы не пропустить момента, когда «братки» подъедут к дому. Чтобы не терять ни секунды.

* * *

Когда раздался телефонный звонок, Щукин подошел к аппарату, но трубка ответила ему длинным гудком.

– Что за черт? – поморщился Щукин, но телефонный звонок раздался снова.

Николай положил трубку и сообразил, что звонок исходит из кухни – это сотовый Матроса, лежащий на столе, разражался трелями. Щукин направился на кухню, но внезапно очнувшийся Санька его опередил. Смертельно бледный, но, кажется, вменяемый Матрос поднялся с пола и подошел к столу. Не глядя на остановившегося в проеме двери Щукина, он взял телефон и поднес его к уху.

– Алло… – выговорил Матрос и надолго замолчал. Потом, когда звонивший закончил свою речь, Санька обернулся к Николаю и проговорил глухим надтреснутым голосом: – Все, абзац…

– Что? – осведомился Щукин. – Новости от Недремлющего Князя?

– Какого еще князя? – поморщился Матрос. – Ляжечка звонил… Накрыли нас. Какой-то хмырь шнырял возле этой квартиры… Как ты сам понимаешь, за нами присматривают, так что этого хмыря быстро вычислили и слежку за ним установили. А он, пропадлина, привел следящих к Капитону… Слышал о таком?

– Приходилось, – сказал Щукин.

– Капитон на стороне противника играет, как оказалось, – сообщил Матрос, – и он только что выслал к нам каких-то ребят. Так что валить нам надо отсюда как можно быстрее. Собирай девчонку, и поехали.

– Куда? – прищурился Щукин. – С тобой я никуда не поеду. Мне цирка и по телевизору хватает…

– Какой цирк еще?! – ощерился Матрос, очевидно, совсем ничего не помнящий из того, что было. – Чего ты плетешь? Собирайся быстрее! Если через пять минут не свалим – нас по частям собирать будут. А это не так-то легко, наверное… Если я правильно Ляжечку понимаю, за телкой этой очень серьезные ребята гоняются, да ты, я слышал, с ними уже сталкивался – поэтому меня к тебе и приставили…

– Тебя ко мне приставили потому, что Ляжечка – кретин, – сквозь зубы проговорил Щукин. – Я со всем прекрасно справлюсь один, мне помощь нарика на хрен не нужна…

– Без личностей, – мрачно предупредил Матрос и дотронулся до сизого и обширного синяка у себя под глазом. – Дурь мне продали неправильную – это верно. Но теперь я в порядке, так что не брыкайся, а поехали…

Николай не ответил ему. Он подошел к телефону и набрал номер Ляжечкиного мобильного.

– Да! – послышался в трубке хриплый Ляжечкин голос. – Кто говорит?

– Папа Римский, – откликнулся Щукин и сразу, не давая Ляжечке ни секунды на то, чтобы возразить, продолжил: – Короче, Толик, слушай сюда! С этим кренделем, которого ты мне прислал, я никуда не поеду. Точка. Он ширевой, если ты не знал, и надо быть полным мудаком, чтобы ему какое-нибудь более или менее серьезное дело доверять… Понял меня?

Щукин на мгновение замолчал, искоса бросив взгляд на Матроса. К удивлению своему, он увидел, что Санька нисколько не протестует против таких нелестных о нем отзывов – просто стоит, уперев руки в боки, и посмеивается.

– Не дури, – раздался в трубке голос Ляжечки, – ты же знаешь, что кандидатура Саньки уже утверждена. Я не могу так просто взять и все отменить… Ну, балуется пацан ширевом – так чего же? Я же сейчас с ним разговаривал – он в порядке. Да и вообще, никак нельзя, чтобы он не поехал. Я его инструктировал, что делать на случай экстренного отхода, он знает и место, где вас встретят, и людей, которые встретят. А если Матроса с тобой не будет, пацаны могут не разобраться и…

– Звони, – твердо сказал Щукин, – звони, отменяй, говори, что я буду один. Или Матрос будет один. Я с ним не поеду. Я с психами не работаю.

– Нет времени на базары пустые! – почти закричал Ляжечка. – Колян, пойми, не я тут решаю все, а… Короче, ясно. А ехать тебе придется. И именно с Матросом: план, который, как ты понимаешь, тоже не я разрабатывал, предполагает, чтобы квартиру покинули три человека – ты, Санька и Лилька. За вами следят, понял? Каждый ваш шаг просматривают – и если что-то пойдет не по плану… Я даже не знаю, что в таком случае будет.

Щукин едва не застонал от бессильной злобы. Он оглянулся на Матроса – тот, ухмыляясь, поднес зажигалку к сигарете, зажатой в тонких губах.

«А на кого злиться-то? – подумал Николай. – На себя и надо злиться… Зачем ввязался в это дерьмо? Прекрасно ведь знал, что с Ляжечкой только дурак, псих или лох связываться будет. Как-нибудь вышел бы из создавшегося тогда положения, и не было бы этой дурацкой ситуации. А теперь у меня выход один – подчиниться. Ч-черт… как фраер веду себя. Что я хвост поджал? Сейчас один выход, значит, потом будет несколько. Да и счет, который я готов предъявить Ляжечке и его непонятным хозяевам, растет. Ладно, где наша не пропадала… Посмотрим, что будет дальше…»