Боец 2. Лихие 90-е - Валерий Гуров

И поэтому, конечно, приключения кареновских — это были еще не все новости.

— Так вот прикинь, Боец, говорят, что Демид в тот же день поехал на зону Михалыча проведать, чтобы по ситуации ему доложить, — рассказал Рябой, допивая пиво. — Не по звонку, а лично поехал.

— А где он сидит?

— В Абакане, вроде как, в ИК.

Далековато. С дорогой туда-сюда, Демид не раньше чем через неделю вернется. Я молча кивнул, поблагодарил пацанов, что заглянули и поинтересовались моим самочувствием. Да еще и не с пустыми руками заглянули, а с таким шикарным подгоном, который, правда, сами же утилизировали в желудках. Ну, зато мне их не угощать.

— Как понятно станет, скину на пейджер по дальнейшим делам, — обозначил я, у Заура я еще не был.

Когда Муха и Рябой ушли, я весь оставшийся вечер анализировал ситуацию вокруг наметившейся войны преступных группировок. Тут все выглядело логичным и очевидным, хоть фигурки расставляй да передачу снимай.

На поляну к бандитам старой школы пришли бандиты новой формации. Условные новички и старички располагались, выразимся так, на диаметрально противоположных полюсах. Одни и те же вещи они оценивали совершенно по-разному. Старички придерживались старых воровских правил и законов, ориентируясь на авторитет законников и поставленных ими смотрящих. Новички, напротив, никаких законов и правил не признавали, считая, что прав тот, за кем сила. В начале девяностых, когда черный рынок рос как на дрожжах, в доступности появилось много чего запрещенного. Это раньше найти какой-нибудь схрон с оружием — скандал на государственном уровне. А сейчас стволами едва ли не в открытую торговали. Работы нет, денег нет, а желание жить по-людски — у многих имеется. Поэтому куча всяких бывших трактористов в криминал подались, некоторые из них даже собственные криминальные империи выстраивали. Да и криминал оставался единственным местом, где сохранилась возможность вертикального взлета по карьерной лестнице. Причем в кратчайший срок и без кучи условностей старого воровского мира, где своеобразные касты буквально связывали по рукам и ногам.

И вот такие ребята, как Яшка Кривой и Карен, уставшие сидеть в вальтах, захотели в дамки выбиться. И если по старым нормам и правилам ни у того, ни у другого для этого не было должной «биографии», ходками помеченной, и они годами оставались в ранге стремящихся, то в новой формации, с их бабками, перед ними оказались открыты все дороги. И очевидно, что ни Карен, ни Яшка не собирались садиться на нары только для того, чтобы поставить галочку напротив нужного пункта в своей биографии стремящегося.

Поэтому предложение из Москвы, где шурудили такие же «случайные», но дерзкие бандиты новой касты, Карен и Яшка восприняли на ура. И если Карен, метя в апельсины, все же старался в старой схеме двигаться, то Яшке Кривому было откровенно на все плевать… В общем, как ни крути, Ростов не резиновый, а королем горы может стать только один. В ближайшее время станет понятно, кто прав и за кем сила. Вариант, что кто-то из сторон отступит добровольно — если вспомнить всё, что я знаю о девяностых, просто не существует. Как только адвокаты Кривого и Карена угомонят непокорных следователя и опера, конфликт вспыхнет с новой силой. В том, что менты по итогу сдадутся, у меня не было сомнений. Сейчас же на несколько дней наступило затишье перед бурей — стороны готовились к эскалации конфликта.

Когда на следующее утро я пришел к Зауру на летучку за заданием, тот вложил недостающий фрагмент мозаики в мою голову.

— До конца недели сидишь на жопе ровно и не высовываешься, — процедил он. — По бабкам не колоти, по пятаку буду тебе давать и столько же Мухе и Рябому на двоих, — выдал мне Заур директиву на несколько ближайших дней.

— Почему так? — я бровь приподнял, подозревая, что в чем-то провинился.

Хотя, вроде бы, в ресторане я старался держать в уме всю обстановку, да и в отделении не сплоховал.

— Демид поехал на зону к Михалычу в Абакан. Мы ждем решения, а пока он не вернулся, велено всех участников сходки «приберечь», — пояснил Заур.

Он был напряжен, как и все в «Спартанце», когда я туда пришел. Озвучив указание, Заур тотчас переключился на свои дела, роясь в ворохе бумаг на столе своего кабинета.

— Иди, чего встал, — раздраженно бросил он, давая понять, что разговор окончен.

Я пожал плечами и вышел. Ну а чего, меня подобный расклад устраивал даже более чем. Наконец, смогу уделить полноценно время тренировкам, что я и сделал. Только сперва оповестил Муху и Рябого, что до конца недели они свободны. Пацаны тоже новость восприняли на ура — конечно, работать не надо, а бабки платят.

После уговорил Владимира Степаныча дать мне разрешение ходить в зал, по две тренировки в день. Первую — с утра, с теми, кто готовится к турниру. Вторую в общей группе, где бойцы кладбищенских занимаются, чтобы форму не терять.

— Не перегоришь, Боец? — строго спросил тренер.

— Неа, надо так, Владимир Степаныч, — настоял я. — Организм требует нагрузок.

— Ходи, раз требует, запрещать не буду, — согласился тогда он.

Неделя полноценных тренировок пошла на пользу. Я подтянул физику, стал лучше понимать собственное тело и его реакции под нагрузкой. Лишний раз убедился, что здоровое тело, оно как пластилин — податливое. Лепи что хочешь, и при должном усердии тебе обязательно воздастся. И получалось — те незначительные прослойки жира, которые были у меня, теперь ушли в небытие. Я видел, как проступают кубики пресса, как появляются на мышцах вены. Заодно каждый раз кайфовал, лежа на кровати в своем номере в «Туристе» и чувствуя усталость после тренировочного процесса.

На своей хате на Северном я был всего один раз за это время — решил на всякий пожарный документы забрать. Тогда же, повстречавшись со своими старыми знакомыми алкашами, сделал мужикам деловое предложение. Новизной не подкупающее, но все же.

— Слушай сюда, братва, — начал я, оглядывая граждан алкоголиков. — Мне надо до конца недели по делам отскочить. А вам есть партийное задание, не забесплатно, ясен перец.

— Выкладывай, Боец, — заинтересовался тут же Макс. — Нам тебе по кайфу помогать.

Еще бы, я им вполне понятные бабки плачу.

— Короче, надо на хате у меня пересидеть, подежурить, так сказать, — продолжил я и пояснил сразу: — На трезвую, конечно.

У мужиков сразу лица будто сдулись — туфту Боец предлагает. Кто ж на трезвую по хатам сидит.

— Так скажу, мужики, что приезжать и вас обнюхивать я не смогу, да и желания такого нет. Надо на доверии работать, я на вашу порядочность рассчитываю. Но когда вернусь, хата должна быть