Команда Бешеного - Виктор Доценко

— Сто пятьдесят тысяч долларов проиграл из-за этого проклятого Рэкса!

— Сто пятьдесят тысяч? — Только эти слова Красавчик-Стив сумел разобрать из длинной тирады. — Нет-нет, мы уговаривались только на пятьдесят тысяч и ни центом больше! — резко возразил он.

— Да-да, пятьдесят тысяч долларов! — быстро закивал головой Хитрован, словно боясь, что иностранец передумает. — Я говорю о другом, о юбилее клуба «Виктория».

— А, бой Рэкса с Роботом Смерти? Я тоже проиграл, — хмыкнул Красавчик-Стив. Он подошел к раненому, наклонился над ним и с улыбкой повернулся к Хитровану. — Да, это Рэкс!

— Естественно, — пожал плечами Хитрован. — Только не понимаю, зачем он вам понадобился? После таких ранений он вряд ли сможет снова оказаться на татами.

— Очень хорошо! — не слушая его, улыбнулся Красавчик-Стив. — Вот тебе двадцать пять тысяч.

— Мы же договаривались… — хмуро начал тот, но Красавчик-Стив перебил его.

— Три-четыре дня… — Он даже поднял пальцы вверх, чтобы тому стало понятней.

— Три-четыре дня? — переспросил Хитрован. — Почему?

— Почему? Так нужно! — сказал Стив по-английски, потом сунул руку в карман и, вытащив разговорник, быстро полистал его. — Хороший врач, хорошее питание, хороший покой…

— Но… — Хитрован поморщился и выразительно потер пальцами — жест, известный во всем мире.

— Какой ты… — Красавчик-Стив брезгливо покачал головой. — Вот тебе еще пять тысяч на уход за ним.

— Все будет в самом лучшем виде: уход будет, как за Президентом. — Тон Хитрована мгновенно стал подобострастным.

— Вот именно, как за Президентом! — бросил Стив, затем снова полистал разговорник. — Сейчас давай переводчика, но пойдем в другую комнату.

— Переводчика? Хорошо… — Хитрован быстро направился к двери, но Красавчик-Стив перехватил его.

— Он должен быть с замком на языке! — тихо и внятно сказал Стив и дополнил свою речь выразительным жестом.

— Я все понял: парень будет нем как рыба. Я с ним много лет работаю и доверяю ему, как себе.

— Это твои проблемы. — Красавчик-Стив улыбнулся по-змеиному, отпустил руку Хитрована и поправил пиджак. — Если что… — Он выразительно провел рукой по горлу.

— Не беспокойся, если что, то я его сам… — Хитрован повторил жест.

Они прошли в другую комнату, и Хитрован громко крикнул:

— Серый, давай сюда толмача! — Сей момент, шеф! — откликнулся молодой голос, и через минуту вошел худощавый парень лет тридцати. Его можно было назвать непримечательным, если бы не шрам довольно жутковатого вида: рубец пересекал лицо со лба до нижней губы и чудом не повредил глаз. Если смотреть на его профиль со стороны шрама, можно было подумать, что он улыбается, но при прямом взгляде возникало жуткое ощущение: одна сторона постоянно улыбалась, а другая, серьезная, — отдавала холодом. Но его голос был приятен, и это немного сглаживало первое впечатление.

Он вошел и молча уставился в одну точку, словно давая присутствующим получше рассмотреть себя.

— Альберт… Стив… — представил их Хитрован друг другу.

Оба молча кивнули, а Хитрован, понизив голос до шепота, сказал:

— Альберт, я не буду предупреждать, что все здесь услышанное должно сразу же исчезнуть из твоей памяти. Тот невозмутимо кивнул.

— А теперь спроси, чего хочет Красавчик-Стив. — Господин Хитрован хотел бы знать, что вы хотите. — У Альберта было удивительно чистое произношение, словно он всю свою жизнь прожил на земле туманного Альбиона, а голос настолько благороден, что было непонятно, почему он не играет на сцене.

— Надеюсь, вы умеете держать язык за зубами? — спросил Стив.

— Надеюсь, это не единственное мое достоинство, — невозмутимо ответил Альберт. — От скромности вы не умрете! — Лучше бы вообще остаться в живых… — Интересное замечание. — Красавчик-Стив едва не рассмеялся. — Ладно, вы меня устраиваете, но прошу ответить еще на один вопрос… — Он сделал паузу и внимательно посмотрел на переводчика. Тот спокойно выдержал взгляд. — Вы достаточно смелый человек?

— Смотря что вы имеете в виду. Если смелость поддержана любовью, то я — смелый человек! — Он хитро взглянул в глаза Красавчика-Стива.

Хитрован, ничего не понимая, смотрел то па одного, то на другого, однако в разговор предпочитал не вмешиваться.

— Достойный ответ, мой друг. Очень достойный! — улыбнулся Красавчик-Стив. — В понятие «любовь» вы включаете не только женщину? — Он выжидающе уставился на Альберта.

— Любовь к женщине — сильное чувство, ради нее совершаются всякие безрассудства, но любовь к деньгам гораздо серьезнее, потому что она расчетлива и благоразумна, не так ли?

— О, я вижу, вы философ. И это мне весьма импонирует. — Что я должен делать?

— Нет, вы мне определенно нравитесь! — Красавчик-Стив дружески похлопал его по плечу, затем повернулся к Хитровану и сказал: — Мне подходит этот парень. А еще мне нужно два человека для охраны. Выслушав перевод, Хитрован спросил: — Охрана серьезная или так, видимость? — Видимость, — усмехнулся Красавчик-Стив и тут же добавил:

— Но серьезная! — Без проблем! За отдельную плату. — Разумеется! — поморщился от его занудства Красавчик-Стив. — Когда нужны ребята?

— С этого момента они должны круглосуточно находиться у кровати нашего больного, а дальше… дальше я скажу, что нужно делать.

— Сейчас будут! — Хитрован встал и быстро вышел.

— А ты, дорогой друг, — обратился Стив к Альберту, — можешь быть спокоен: твою любовь я сумею достойно поддержать. — Достойно? Это как?

— Не как, а сколько. Две тысячи долларов, а если все пройдет без проблем, то пять. Достаточно?

— Более чем! — Было заметно, что Альберт рассчитывал на гораздо меньшую сумму. — Итак, что я должен делать?