Мы не мафия, мы хуже - Борис Бабкин

Ксения, часто оглядываясь, словно ожидая, что ее попытаются остановить, быстро пошла по улице. Свернув за угол, побежала.

— Ты чего? — зло спросил Мот вернувшегося парня.

— Он в пивбаре, — ответил тот. — Пива две кружки взял. Мот вытащил сотовый телефон.

— Отлично, — довольно улыбнулся Шакал. — Значит, нашли. Так, узнай адресок пивбара и скажи мне. Пусть твои там и будут, пока этого крутого менты не возьмут, и сматываются. Это точно он?

— Она узнала его.

* * *

— Что с тобой? — открыв дверь, спросила стремительно проскочившую мимо нее Ксению пожилая женщина.

— Мама, — Ксения захлопнула дверь и накинула цепочку, — мне надо уехать. Дай денег.

— Да что случилось-то?

— У меня неприятности, могут убить.

Мать, ахнув, прижала руки к лицу.

— Мне нужно уехать. У меня сейчас, как назло, нет денег.

— Я вчера получила пенсию, — вспомнила мать и торопливо прошла в комнату.

— Вот, — она протянула дочери деньги, — бери. Да что же случилось-то? Почему…

— Мама, — схватив деньги, заторопилась Ксения, — все потом расскажу. Я тебе верну, обязательно. А сейчас мне пора. — Шагнув к двери, повернулась. — Если меня будут спрашивать, ты меня не видела.

— Кто будет спрашивать? — заволновалась мать.

— Кто бы ни спрашивал. — Чмокнув мать, Ксения выскочила.

Мот, широко раскрыв рот, сдавленно промычал.

— Гнида поганая. — Шакал снова ударил его в живот. — Кто же так делает? На кой ты отпустил ее? Падаль. — Мощным крюком он отбросил Мота с окровавленным лицом к стене. — А ты… — Шакал ожег яростным взглядом стоявшего позади Атамана. — Строишь из себя блатного, а на деле шваль.

— Ты! — Вырвав из-за пояса пистолет, Анатолий щелкнул курком. — Думай, что базаришь!

— Ты меня пугать вздумал? — шагнул к нему Шакал. — Да я тебя сейчас…

— Тормози, — отступив на шаг назад, предупредил Атаман. — Шмалять буду.

Уловив движение слева, нажал на курок. Рванувшийся к нему парень метнулся назад и упал. Степан еще дважды выстрелил. Упал второй боевик. Разин, направив ствол в его сторону, выстрелил, но Шакал успел выпрыгнуть в дверь.

Пуля взвизгнула над его головой.

— Пес! — заорал Атаман, бросаясь к двери.

Шакал, перекатившись через голову, выпрыгнул в раскрытое кухонное окно.

Снова грохнул выстрел. Пуля, расщепив подоконник, впилась в стену. Атаман выстрелом в упор уложил вбежавшего в прихожую парня с пистолетом. Бросился назад, в комнату, подскочил к стенке. Сунув пистолет впереди за ремень, достал спортивную сумку, повесив на плечо, выхватил пистолет и прыгнул к двери.

Осторожно подошел к приоткрытой входной двери. Прислушавшись, выскочил. Ахнув, от двери отскочили три женщины.

— Ша, бабы. — Он приложил к губам ствол пистолета. — Кто обо мне шепнет хоть полслова, дня не проживет. — И бросился вниз по лестнице.

— Звони Сыщику, — буркнул вскочивший в «вольво» Шакал. — Пусть Атамана берут.

— А вот и они, — усмехнулся сидевший за рулем мускулистый мужчина.

Шакал увидел две идущие на скорости милицейские машины и два микроавтобуса.

— Вот сволота, — усмехнулся Шакал, — чуть не пристрелил. Парней, похоже, он сделал всех.

— А чего он завелся-то? — поинтересовался водитель.

— Ты, Дан, — сказал Шакал, — стал любопытным. Видно, дело к старости.

— Что случилось? — испуганно спросила молодая женщина.

— Ша, — прошипел Атаман. — Меня у тебя нет. Лучше бы ты вышла, послушаешь, что там базарят. А потом прогуляйся куда-нибудь.

— Ладно.

— И обо мне молчи.

— Да уж поняла, — ответила переодевающаяся в спальне женщина. — Вон их сколько, — кивнула она на окно.

— Понаехали уже, суки.

— Внимание, — услышал сидевший в патрульной машине старший сержант. — Объявлен перехват! Разыскивается опасный преступник. Разин Степан Иванович. Кличка Атаман. Преступник вооружен и окажет активное сопротивление. У него огнестрельное ранение правого плеча трехдневной давности. Приметы разыскиваемого преступника…

— Один билет, — отдала деньги Ксения.

— Паспорт, девушка, — сказала кассир. Ксения отдала паспорт, с волнением посматривая на вход.

— Спасибо. — Кивнув кассиру, взяв паспорт с вложенным в него билетом, она быстро пошла к третьей стойке, у которой шла посадка на самолет.

Услышав звук отпираемого замка, Атаман, неслышно шагнув за старый шкаф, вскинул руку с пистолетом. — Это я, — узнал он голос женщины.

— Заходи медленно, — не опуская руку с «ТТ», буркнул он. Женщина, испуганно глядя на него, осторожно вошла в прихожую.

— Ну, — опустив пистолет, спросил он, — что слышно?

— Там, — мотнула она головой вверх, — двое убиты и один ранен. Сейчас прочесывают все…

— Здесь они есть? — перебил он ее.

— Только у тебя в квартире, а так вроде все уехали.

— Из парней кто был? — спросил он.

— Приезжали Моряк, Днепр и Косой. С ними были парни. Милиционер в штатском подошел к ним и о чем-то разговаривал.

— Сучары, — процедил Степан. Вздохнув, положил пистолет на столик и осторожно погладил раненое плечо.

— Что случилось? — спросила женщина.

— Да Шакал, пес комолый, — огрызнулся Атаман, — буробить начал. Расчувствовался, сучара. Забыл, гребень, с кем базарит.

— Зря ты, Степан, — вздохнула она. — Им сейчас все можно. И Кардинал не за тебя будет.

— Это мы еще посмотрим, — буркнул он и велел:

— Приволоки чего-нибудь выпить. И еще… — остановил он шагнувшую к двери кухни женщину. — От тебя мне линять нужно. Ты меня к каким-нибудь знакомым отведи. До Кардинала я у них побуду. Он рамс быстро разберет. Кардинал — мужик правильный. А Шакал, он шакал и есть.

— Глеб себе такое прозвище взял, — сказала женщина, — после того как прочитал какой-то роман. Там Шакал на президента Франции де Голля покушение готовил…

— Да в гробу я его видел, — бросил Атаман. — Просто с левой стрелять неудобно. А так бы завалил я эту псину. Ну ничего, Кардинал приедет, я с этого шакаленка свое один хрен получу. Милка, так мы что-нибудь придумаем? Ну, насчет знакомых?

— Конечно. У меня есть подруга, на Варшавке живет. Вот к ней и поедем.

— Скоро привезем, — усмехнулся в сотовый телефон сидевший рядом с водителем парень.

— Жду, — сказал Шакал.

Отключив телефон, взглянул на сидевшего перед ним молодого, исколотого татуировкой парня.