Готовность №1 - Валерий Рощин

— А для чего срок проведения операции строго привязывать именно к этой дате? Если у вас, молодой человек, все идеально продумано, а осталось только завести в тайники взрывчатку и подкупить нужных людей… — не понимая, сыпал вопросами старый аксакал в папахе. — То почему не организовать взрыв раньше? Зачем тянуть время?

Арсен скользнул взглядом по лицу Татаева. Тот сдерживал улыбку и всем своим видом призывал проявить терпение…

— Уважаемый, все дело в том, что на республиканском стадионе Владикавказа подобные футбольные матчи проводятся не каждый день, — спокойно объяснил помощник начштаба прописную истину, о которой пожилой чеченец, проживший долгие годы в горном ауле, не ведал, как, впрочем, ничегошеньки не знал и о самом футболе. — В воскресенье одиннадцатого июля должна состояться единственная в сезоне домашняя игра местной «Алании» с действующим чемпионом России — «ЦСКА». На трибунах ожидается аншлаг — все билеты проданы заранее. На других матчах такого скопления болельщиков не бывает. Поэтому мы, к сожалению, вынуждены дожидаться воскресного матча…

— Можно было бы организовать взрыв стадиона и раньше — во время другой игры «Алании», но имеется еще один немаловажный фактор, говорящий о правильном выборе даты теракта, — решительно поддержал дальнего родственника Шамиль. — На чемпиона — столичную команду, обязательно приедет полюбоваться правительство Северной Осетии, другие высокопоставленные гости, а возможно и главы соседних с ней республик. Согласны?

Участники совещания закивали головами…

— Насколько мощным предполагается взрыв? — последовал еще один вопрос старого чеченца.

— Заряды будут заложены под основную трибуну, где как раз и находится правительственная ложа. Общий тротиловый эквивалент фугасов приравнивается к тысяче килограммов.

— Тонна?! — взметнул мохнатые брови аксакал и удовлетворенно прокомментировал: — Впечатляет…

— Это сравнимо с одиннадцатым сентября в Нью-Йорке!.. — раздался в тишине чей-то изумленный голос.

— Да пожалуй, судя по предполагаемому числу жертв, похлестче будет! — радостно поддержал другой.

Спустя несколько минут, когда белых пятен в организации взрыва у руководства ВС ЧРИ не осталось, а вопросы иссякли, план акции был единогласно утвержден…

— Поздравляю, — обнял молодого родственника Шамиль в опустевшей палатке. — Отлично поработал!

Умаджиев облегченно вздохнул, снимая и сворачивая карту с планом…

— А на предвзятость стариков не обращай внимания — их заедает твоя молодость, образованность, — бодрым голосом вещал бригадный генерал. — Постепенно они привыкнут — никуда не денутся. Сейчас наступают другие времена, требующие отменной выучки, передовых знаний в области тактики, вооружения. В твоей светлой голове все это имеется, а остальное — шелуха. Верно?

— Со старейшинами всегда придется считаться, — без энтузиазма возразил тот.

— Отчасти да. Однако у русских есть такое выражение «свадебный генерал» — слышал?

— Доводилось…

— Вот и мы возьмем это на вооружение, — улыбнулся Татаев и, завершая разговор, справился: — Как твое плечо?

— Нормально. Рана затягивается.

— Не запускай. Если потребуется — навести врача еще раз.

Уже на выходе из палатки его настиг последний вопрос Арсена…

— Шамиль, — окликнул тот. — А что с группой спецназа, орудующей в нашем тылу? Ты предпринимаешь меры противодействия?

Начальник штаба остановился, секунду поразмыслил, вернулся внутрь брезентового помещения и нерешительно молвил:

— Не хотел тебя расстраивать… Но, полагаю, ты должен знать: под четвертым номером в их списке значилась фамилия Умаджиев.

— Ты хочешь сказать… — негромко начал бывший офицер-десантник.

— Да, Арсен. Прошлой ночью они уничтожили дозор твоего бывшего отряда, убили одного наемника — кажется, украинца и прямо из командирской палатки выкрали Джабаева, на месте которого, по их мнению, должен был находиться ты…

Лицо Умаджиева стало серым, на скулах заиграли желваки…

— Позволь мне снарядить отряд в двадцать штыков, и я отыщу этих собак за двое суток!.. — медленно и с нескрываемой злобой проговорил он.

— Не стоит утруждаться, — положив руку на его здоровое плечо, заверил Татаев и усмехнулся: — Мы, как ты выражаешься, предприняли некоторые меры противодействия.

— Могу узнать, какие?

— Конечно… Полагаю, Джабаеву, пришлось им рассказать о твоем переводе в штаб, следовательно, русские теперь знают, где тебя искать. Кроме того, здесь — в лагере Абдул-Малика и без твоей персоны хватает лакомых для них целей. Каков, по-твоему, вывод?

— Рано или поздно они направятся сюда… — тихо, со зловещими нотками отчеканил Арсен, легко угадав намерения именитого родственника.

— Верно мыслишь. Но подступы к базе тщательно заминированы; с сегодняшнего дня вокруг лагеря выставлены дополнительные посты стационарного наблюдения; да плюс к этому возобновлено патрулирование прилегающей местности — в минных заграждениях для мобильных групп Абдул-Маликом были специально оставлены несколько коротких маршрутов. Так что, не волнуйся — здесь они и сложат головы. Нужно просто набраться терпения и ждать.

Немного остыв, тот согласно кивнул.

— Да, а что с публикациями нашей питерской дурочки? Есть что-нибудь новенькое? — внезапно вспомнил о болтливой журналистке Шамиль.

— Я слежу за ее творчеством. После статьи о готовящихся убийствах в Исламабаде и Катаре других новостей не было. Пока молчит…

— О Всевышний, лишь бы ей не заинтересовались спецслужбы!.. Не хотелось бы лишиться такого источника информации. Дай ей Аллах здоровья и успехов в работе…

— Не стоит за нее переживать, — успокоил Арсен, собирая со стола исписанные тетради. — Эта баба, несомненно, имеет выходы на ФСБ — иначе, откуда бы она черпала секретные сведения? А раз так — то и бояться ей некого…

— Да, ты прав, — кивнул Татаев, направляясь к откинутому пологу. Уже снаружи, повеселевшим голосом напомнил: — Тебе надо бы отдохнуть после трех бессонных ночей. Можешь наведаться в Малые Веранды…

Помощник решил, что Шамиль ушел и, порадовавшись скорому свиданию с красавицей Ириной, расплылся в довольной улыбке. Однако тот задержался у большой штабной палатки и, вдруг громко засмеявшись, крикнул с улицы:

— Хотя и там благоверная Амаль тебе, вряд ли позволит выспаться…