Ядерный будильник - Сергей Гайдуков

Когда Дон Педро неуверенной походкой двинулся в сторону клуба, чтобы привести себя в порядок (и в первую очередь восстановить волосяной покров), молодой человек Миша открыл глаза и разочарованно произнёс:

— Разве вы его не замочили?

Алексей, который уже устал удивляться за сегодняшний вечер, просто ответил:

— Нет.

— Напрасно, — сказал Миша и с кряхтением поднялся на четвереньки. — Башка трещит, хотя сегодня практически не пил…

— Это я шарахнул тебя пистолетом по башке.

— А-а-а… Спасибо.

— За то, что шарахнул?

— Нет, за то, что объяснил.

Он поднатужился и принял вертикальное положение.

— Значит, у Данила Лаврентьевича все в порядке… Жаль.

— Что значит — «жаль»? Какого чёрта ты тогда бежал сюда со стволом? Разве не защитить его?

— Его? Защитить?! — Миша издевательски засмеялся. — Если бы стадо орангутангов насиловало его в извращённой форме, я бы только аплодировал. Если бы он тонул в Москве-реке, я бы взял катер напрокат и постарался винтом…

— А с чего вдруг такая ненависть? Разве ты не его… этот самый… ну, типа, близкий друг?

— Если бы у меня не кружилась голова, я бы попытался дать тебе в морду, — ответил Миша. — Хотя, подозреваю, кончилось бы это для меня плохо. Никакой я ему не близкий друг. Вот Валера, тот, что с нами за столом сидел, это Данилин любовник. А я с этим Валерой в школе учился, только и всего.

— Так в чём тогда дело?

— Я этому Даниле денег должен. Валера меня с ним познакомил. Ну и как Валериному приятелю он мне одолжил.

— А ты вернуть не можешь.

— Молодец, сообразил. И я сегодня гляжу, как к Даниле подваливает какой-то чувак с бандитской рожей и уводит Данилу на задворки. Все, думаю, подфартило. Сейчас уроют Данилу, и все долги мои спишутся. А Валера запсиховал, милицию хотел звать, но я его успокоил. Говорю, тут же наверняка целая банда окопалась, куда ты лезешь, на кой тебе за Данилины дела отвечать? Подвожу его к бармену, спрашиваю — что тут был за чувак в кожанке с бандитской харей?

Алексей только со второго раза сообразил, что бандитская харя — это он сам и есть.

— Бармен говорит, что, мол, с Данилы какие-то долги будут взыскивать и что, мол, парень этот тут не один, так что сидите, ребята, и не чирикайте. Валера сразу скис, а я бармену так это шёпотом — что, замочат сейчас Данилу? Бармен говорит — хрен его знает. Раз это долг, то сначала надо бабки взять, а уже потом мочить. А я думаю — второго такого шанса уже не будет.

Надо помочь бандюгам с Данилой разобраться, а то ведь этот хитрожопый вывернется, наобещает с три короба и всех кинет. Сбегал к машине, взял ствол…

— Я думал, ты меня застрелить хочешь.

— А что ты мне плохого сделал? Денег я тебе не должен… Так ты точно не хочешь Данилу замочить? Подумай, а? Заплатить я тебе не могу, но у тебя же, наверное, есть какие-то свои причины не любить этого пидора?

— У нас с ним дела, — уклончиво сказал Алексей.

— Ну вот закончишь дела, и кончай его, ладно? И вообще, поосторожнее с ним, он болтает много, а…

Предупреждение насчёт Дона Педро пришлось в самый раз — Алексей заторопился в «Орхидею», пока посредник не отважился на бегство.

— Если помощь какая нужна… — крикнул в спину Миша. — Вот, возьми визитку…

Алексей остановился и взял визитку. Михаил Розанов. Художник.

— Художник?!

— А что, не похоже? Я просто сегодня мольберт и банку с краской дома оставил, а в следующий раз обязательно на шею себе повешу, чтобы сомнений не было.