Кровь за кровь - Александр Тамоников

– Подбери. Нож в костер – и уходим.

Убийцы поднялись к внедорожнику, сели в салон. Кожан завел двигатель, сдал «Тойоту» назад, развернул автомобиль и повел его в сторону Блачинска – точнее, к месту, где их ждал Демьян. Авдотьева закурила. Кожан посмотрел на ее руки. Они не дрожали. Бандит произнес:

– А ты, Верка, сука! Не думал, что сможешь убить ребенка.

– Я и тебя замочу, если что, без всяких эмоций, и всех тех, кто встанет у меня на пути.

– Пути куда?

– Куда надо! И заткнись, позвони лучше Демьяну.

– А чего звонить? Вот его «Форд» справа на обочине стоит. Да и сам он рядом.

Авдотьева выбросила окурок. Кожанов остановил «Тойоту», не доезжая «Форда», вместе с Веркой подошел к главарю банды.

– Ну и как акция? – спросил Демьян.

– Все о’кей! – ответил Кожанов. – Утром здесь столпотворение будет. И из проезжающих, и из ментов.

– Верка не подвела?

– Она и одна уделала бы всю семью. Видел бы ты, как она работала! Даже для меня это было неожиданно.

Демьянов приобнял любовницу:

– Молодец, крошка! Тебя ждет хорошее вознаграждение.

– Я тебя хочу. Кровь возбудила меня. Готова прямо сейчас на тебя залезть.

– Потерпи. Дома получишь все, что захочешь. – Главарь повернулся к Кожанову: —Ствол, Слава!

Бандит передал ему пистолет с глушителем. Спросил:

– Лысый не звонил?

– Он должен был с тобой связаться!

– Значит, все еще разводит ментов. Не долго ли?

И Реньков словно услышал подельника. Сотовый телефон Кожанова издал сигнал вызова.

– Это я! Мы ушли из деревни. Вы успели провести акцию?

– Успели. А что так долго торчал в Бакатово?

– Так мент попался принципиальный. Протокол долго писал.

– Бабки предлагал ему?

– Само собой! Не взял, придурок…

– Ладно. Значит, вы идете в Решту? Хорошо, мы уходим домой. С Демьяном говорить будешь?

– Давай!

Но Демьянов сказал:

– Утром поговорим, выключай трубу, и сваливаем в Блачинск.

Верка села в «Форд», и Кузнеченко повел его в сторону города. Выдержав паузу, за ними пошел Кожан. Подумав, он решил позвонить Ачилу. Набрал номер. Несмотря на позднее время, ему ответили почти сразу же – Хасан.

– Да, Кожан?

– Ачил спит?

– Нет. Дать ему трубку?

– Да.

– Хоп! Передаю!

Кожанов услышал голос Адаева:

– Слушаю тебя, Слава!

– Акцию на дороге провели. Сделали все в лучшем виде. Как рассветет, много людей увидят на поляне у кювета тела семьи Антоненко.

– Ты с ними познакомился?

– Пришлось.

– Подробности акции?

– Все прошло тихо, быстро и без проблем. Мужика с бабой пристрелили, детей порезали.

– Ты гарантируешь, что все убиты?

– Да, проверил!

– Как вела себя шлюха Демьяна?

– Это страшная женщина, Ачил. Мало того что она спокойно пристрелила бабу, она девчонку чуть ли не на куски порезала. Верка опасна. Она способна на многое. Раньше я недооценивал ее…

– Бабы всегда проявляют бо́льшую жестокость, нежели мужчины. Если дерутся, не разнять. При этом все же остаются бабами. Это хорошо, что Верка безжалостна и лишена эмоций. Такая она нам и нужна. А убрать ее мы уберем. Она уехала с Демьяном?

– Да.

– А «Нива»?

– После разборок с гаишниками, как и договаривались, пошла в Решту. Гусь с Лысым вернутся утром.

– Хорошо, Кожан! Я доволен твоей работой. До завтра отдыхай, но будь постоянно на связи и в нормальном состоянии. Ты понял, что я имею в виду?

– Понял!

– Да, еще вопрос. «Тойоту» Демьян куда велел поставить?

– В сервис к Гиви.

Отключив номер Ачила, Кожан набрал другой номер. И на этот раз ему ответили сразу – молодая женщина:

– Алло?

– Муха? Это Славик!

– О, дорогой, привет, чего так поздно звонишь?

– Только что из района приехал. Ты пашешь или отдыхаешь сегодня?

Женщина наигранно вздохнула:

– Пашу, дорогой. Только что от клиента.

– Я хочу, чтобы ты приехала ко мне!

– Позвони «мамочке». Без нее, сам знаешь, я из салона уехать не могу!

– Ты сама ей скажи, что я беру тебя, на сутки.

– Но завтра с утра у меня выходной!

– Значит, бабки все себе оставишь за выходной!

– Договорились. Со старой курвой я вопрос решу; скажи, куда подъехать, что взять?

Кожанов посмотрел на часы:

– Подъезжай к двум часам. Что взять, сама знаешь; спиртное и закусон на мне.

– Тариф завтра днем как ночью, лады?

– Больше дам, если будешь стараться.

– Когда я не старалась?

– Ладно! Все! Если не застанешь меня дома, подожди в подъезде; по двору не шарахайся, а то тебя молодняк безбашенный так оттрахает безо всякой оплаты, что в реанимации окажешься.

– Я всегда осторожна, Славик! И потом, до твоего приезда меня не оставят одну мальчики «мамочки».

– А, ну да! Ладно, до встречи!

Отключив телефон, Кожанов въехал в город. Сейчас он думал о том, как быстрее поставить внедорожник к Гиви, заказать такси, заехать в супермаркет, затариться пойлом и закуской, а потом завалить в постель шлюшку Муху, двадцатидвухлетнюю проститутку из салона «Весна» – одну из немногих шлюх, услугами которых пользовался бандит. Об убитой семье Антоненко Кожан не думал. В свои 38 лет он убил много людей – и мужчин, и женщин, и детей. Четырьмя больше или меньше – уже неважно. Важно другое: он получит за убийство хорошие деньги, укрепив перспективу в недалеком будущем возглавить банду. Вот что для Кожана было важнее всего. А остальное – ерунда. Цель оправдывала средства, в понимании Кожана – любые средства!