Я, снайпер - Стивен Хантер

— Однако Свэггеру диск достался благодаря обману. Тот парень считал, что Боб представляет службу безопасности Министерства энергетики.

— Верно. Но Свэггер действительно представлял службу безопасности Министерства энергетики, у нас есть документы, подтверждающие это, и я дал Свэггеру задание подготовить официальное заключение, которое переправили в министерство. Уж как с этой бумагой там поступят — скорее всего, никак, — нас не касается; главное, что все было сделано по закону. Больше того, Бобу позволили крутить и вертеть сведениями как угодно.

— Ну хорошо. — Директор откинулся на спинку кресла. — Может, этот вопрос всплывет, а может, и нет. Просто всегда лучше расставить все точки над прежде чем двигаться дальше.

— Полностью с вами согласен, сэр.

За окном стояла поздняя осень, свинцово-серое небо стискивало свинцово-серый купол Капитолия. Этот вид — бонус от пребывания на седьмом этаже, плюс постоянная тревога, что тебя в любой момент могут снять. Но директор, судя по всему, пребывал в хорошем настроении, довольный тем, что Свэггеру удалось вдохнуть свежие силы в оперативную группу «Снайпер», и тем, что теперь у него есть ответ для больших людей, требующих от него результата.

— Итак, какой улов, куда он нас ведет, что мы делаем сейчас? Да, и что Свэггер в конечном счете выяснил об этой штуковине «И-снайпер»?

Ник пролистал свои записи.

— Получается, всего триста сорок шесть человек обучались на курсах, организованных «И-снайпером», еще семьдесят восемь купили устройство, но не были на курсах — частные лица при деньгах, охотники, состоятельные любители оружия. В конце концов, оно ведь не является оружием класса три, это всего лишь прицел с микрокомпьютером. Но в основном клиентами были военные и сотрудники государственных ведомств, профессиональные снайперы. Из общего количества в четыреста двадцать четыре человека мы уже исключили триста девять, поскольку проверили их еще на первом этапе: стрелковые школы, соревнования по стрельбе, представители производителей стрелкового оружия, элитные оружейные магазины, специализирующиеся на оборудовании армейского образца, и тому подобное. Разумеется, я посадил двоих ребят пройтись по второму кругу, на тот случай, если в первый раз мы что-то упустили.

— Значит, у вас осталось…

— Сто пятнадцать новых фамилий. В основном это военные, из них мы вычеркнули двадцать три человека, которые на момент событий находились за пределами страны, в зоне боевых действий. Итого остается…

— Ты хочешь проверить, не разучился ли я считать в уме?

— Нет, сэр, я сам воспользовался калькулятором. Итого получилось девяносто два. То есть девяносто два человека, прошедших обучение и имеющих доступ к «И-снайперу», с которыми мы не столкнулись в первый раз. Сейчас ими усиленно занимаются мои люди, мы работаем круглосуточно, без выходных, но пока ничего нет. Да, нужно добавить четверых сотрудников «И-снайпера». Это Энтони Гроган, Энто, и еще трое: Джимми Саут, Роджер Спид по прозвищу Имбирь и Реймонд Ричардсон-Браун, все граждане Великобритании, которые, возможно, в интересующее нас время находились в Штатах. И еще одна группа изучает «И-снайпер» и его владельца, компанию «Грейвульф», но должен вас предупредить, эти ребята укрылись от окружающего мира за надежным юридическим забором.

— Что говорит Свэггер?

— Что из винтовки Хичкока патронами Хичкока с прицелом «И-снайпер» действительно можно было сделать все четыре выстрела, и только. Больше он ничего не говорит.

— Где он сейчас?

— У себя в номере в Арлингтоне. Я решил сначала узнать ваше мнение по поводу того, что делать дальше.

— Направь двух наших лучших убийц… — Директор подождал, пока на лице у Ника проявится шок. — Нет-нет, Ник, это шутка! Нет, полагаю, лучше заплатить Свэггеру за работу и поблагодарить за блестящий ум; пусть он едет домой, счастливый и довольный. У него есть кое-какие весьма неприятные качества, и очень не хотелось бы, чтобы он тут во все вмешивался, особенно если учесть, что время поджимает.

— Не сомневаюсь, Боб изъявит желание остаться до конца.

— Должен признать, он проделал колоссальную работу. Указал нашим экспертам на частицы краски «И-снайпера», оставшиеся на винтовке Хичкока. Это было гениально. Ты уверял, что Свэггер умен, и ты оказался прав. Однако его очень трудно контролировать. Он провернул это дело, снайпер против снайпера, и результат получился великолепный. Мы дадим ему премию и выразим благодарность. Но это все. Свэггера пора выводить из игры.

— Да, сэр.

— А теперь вернемся в реальный мир. Тебе нужны дополнительные люди? Все к этому идет?

— Боюсь, что да. Мы отпустили следователей из полиции других городов, а проверить девяносто шесть новых человек, если считать ирландцев, — задача очень трудоемкая. Чем больше опытных людей у меня в команде, тем быстрее мы с этим разберемся и придем к заключению и тем скорее вернемся к нормированному рабочему дню.

— Ну хорошо, можешь считать, что люди у тебя уже есть. Я еще не знаю, где их брать, но обязательно найду. А ты, Ник, дай мне что-нибудь такое, что можно слить в газеты. Нас поедом едят, обвиняя в бездействии. Все эти затертые фразы о неповоротливой бюрократической машине, безынициативных трусах, просиживающих штаны в кабинетах, и тихом часе после обеда — если только мы не трахаем своих секретарш. Все уверены, что мы здесь в потолок плюем от безделья. Мне уже жаловались начальники полицейских управлений Чикаго и Кливленда на то, что мы еще не закрыли дело; на них давят собственные политиканы, потому что всем хочется к концу года добиться самых высоких процентов раскрываемости преступлений.

— Да, сэр. А Констебл — он по-прежнему подталкивает вас вперед?

— Он привык действовать чужими руками, меня это нисколько не удивляет. Ты больше не встречался со своим новым приятелем Биллом Феддерсом?

— Нет, сэр, но я почти ожидаю, что случайно наткнусь на него в туалете.

— Ладно, Ник. Ты отлично потрудился, дело крепкое, расколи же его — или отправь на покой.

— Сделаю все возможное, сэр.

— Да, и еще одно, Ник. Меня просили напомнить, что с тобой уже давно хочет связаться наш пресс-секретарь Фил Прайс.

— Просто я был очень занят, сэр.

— Ну так порадуй меня, старого дурня, и позвони ему.