Олимпийский спецназ - Александр Тамоников

– Это смотря где и кому служить. Берите, мне ваше барахло не нужно.

Забрав дорожные сумки, а девушка сумочку, солдаты и Ирина пошли к выходу.

Рабулло и Мехмед шагали следом.

Главарь банды приблизился к подчиненному:

– Как сойдут со ступеней, расстреляй всю троицу!

Мехмед кивнул:

– Понял! Это для русских действительно будет хороший подарок.

Рабулло открыл створку дверей:

– Прошу, молодые люди. Я отпускаю вас. Навсегда отпускаю. Помните мою доброту!

Солдаты и девушка спустились по ступеням и хотели побежать к спасительным зарослям, окружавшим привокзальную площадь. Туда, к своим, но в спину им неожиданно ударил автомат Мехмеда. Солдаты и девушка рухнули на асфальт. Под их молодыми телами начали расползаться лужицы алой крови.

Рабулло захлопнул створку.

По залу вновь прошел ропот!

Афганец крикнул:

– Молчать, суки, или всех положу, как этих малолеток!

Люди замолчали.

Затрезвонил телефон.

Рабулло снял трубку. Сказал как ни в чем не бывало:

– Да? Слушаю!

– Что вы делаете, Мохаммед? За что убили молодых людей?

– Я обещал подарок? Я тебе его преподнес! У нас принято держать данное слово. А подарок хороший, не правда ли?

– Но зачем прибегать к излишней жестокости и усложнять переговоры?

Афганец повысил голос:

– Слушай сюда, еврей! Я за свою жизнь столько убил неверных, что давно потерял счет! Так что не вздумай играть со мной. И свое начальство отговори. Эта игра плохо закончится для вас.

– Но если вы убьете заложников, то и вас убьют?!

Рабулло рассмеялся:

– Глупец! Мы не боимся смерти, как вы! Мы воины. А воин должен быть всегда готов умереть за веру. Это высшее благо и смысл жизни. Короче, еврейская твоя душонка, если через три часа ты не передашь деньги и не скажешь, что все наши условия выполнены, я выброшу на площадь головы детей, что находятся на станции. И это не пустая угроза, клянусь, я отрежу головы вашим выродкам и брошу на площадь. Следующими будут головы их матерей. Повторяю, у меня сорок, нет, уже тридцать семь заложников. А нужно двадцать. Остальных я без раздумья убью. Это все!

– Подождите, Мохаммед, подождите!

– Ну что еще?

– Если с вами пожелают поговорить люди, которые прибудут из областного центра или из Москвы, вы выслушаете их?

– Пусть звонят!

Рабулло бросил трубку. Забрал кейс со спутниковой станцией. Прошел в туалет. Достал телефонную трубку с толстой и короткой антенной, набрал номер. Ему тут же ответили:

– Да, Рабулло?

– Я захватил автостанцию!

– Молодец! Как это произошло?

– На редкость спокойно! Возникла, правда, одна проблема при перемещении отряда, но мы быстро решили ее.

– Подробней!

– Действовали по плану. По сигналу вышли из лесополосы. С дороги обстреляли подходы к больнице и само здание.

– Результаты обстрела?

– Человек пятнадцать-двадцать убили, столько же ранили. Сколько завалили выстрелом гранатомета по холлу, а также при обстреле этажей, сказать не могу, но человек десять-пятнадцать было.

– Это хороший результат. А что за проблема возникла?

– Когда пошли к станции, где обстановку контролировали двое моих людей, на нас выскочил милицейский «УАЗ». Расстреляли его!

– Всех ментов убили?

– Да! Машина после обстрела врезалась в сарай и взорвалась.

– Дальше?

– Затем прошли на станцию. Появилась еще одна ментовская машина. Ее тоже обстреляли, но она успела уйти за здание. Потом наблюдатели доложили, что станцию окружает мотострелковое подразделение с тремя БМП. Судя по всему, резервный взвод батальона.

Басмач согласился:

– Похоже! На тебя уже выходили представители местной власти или военные?

– Да! Глава администрации, еврей!

– Почему еврей?

– Так фамилия у него Ценевич!

– Может, и не еврей, впрочем, это не важно. Условия выставил?

– Да! Как и было оговорено.

– Все?

– Нет! На станции оказались два солдата-срочника. Связисты, с ними молодая шлюха, невеста одного из вояк. Так я решил казнить их!

– Зачем?

– Для острастки!

– Тебе мало трупов и раненых у больницы?

– Но солдат я не мог отпустить. Они служили в Чечне, у одного медаль.

– Как ты их расстрелял?

– Сказал еврею, что шутить не намерен, и приготовил ему еще один подарок. А потом вывел солдат и девку, а Мехмед положил их из автомата!

– Напрасно ты сделал это!

– Я не мог оставить в живых тех, кто воевал против наших братьев, убивал их!

– А девчонка при чем?

– Эта шалава спала с одним из них.

– Слушай меня, Рабулло. Больше никаких казней без согласования со мной. Понял?

– Понял!

– Работай! Мы тоже начинаем! До связи!

– До связи, Руслан!

Получив сообщение от Афганца, Басмач взял в руки рацию малого радиуса действия, вызвал Фараона:

– Надрад! Как слышишь меня?

Командир третьего боевого отряда ответил:

– Слышу тебя хорошо!

– Начинай выдвижение к объекту! Как снимешь выносной пост, встанешь в ожидании главного сигнала.

– Понял тебя! Начинаю движение.

Вахидов переключился на Чараи:

– Охотник! Ты готов?

– Да! Мои люди в машине.

– Сколько у тебя гранатометов?

– Пять штук!

– Отлично! Прими сигнал. Солнечное утро!

– Принял! Солнечное утро!

Басмач вызвал Шатра:

– Вампир! Мы начали. Будь в готовности и ты вступить в бой!

– Я готов, Руслан!

– Ожидай сигнала!

Отключив станцию, Вахидов посмотрел на заместителя:

– Вот и пришло наше время. Да поможет нам всевышний.

Пелес усмехнулся:

– Конечно, поможет! Аллах акбар!

В 10.00 из двора усадьбы Акиева выехал тентованный «ГАЗ-66» и пошел по проселочной дороге к шоссе Кожра – Саульская.

Вахидов поднял глаза к потолку, прошептал короткую молитву, перешел в спальню, откуда через окно в бинокль мог видеть происходящее на российском Саульском блокпосту!