Фартовые - Эльмира Нетесова

— У меня в Охе ему не обломится никто. Это заметано. Вся зелень и та моя, — говорил Привидение.

— К тому ж без общака остался. А без «кислорода» кого сфалует? — согласился Берендей.

— Лучшего кента моего загробил. Шило. Самого надежного! Ох, и отплачу за него! Тот и на том свете не успокоится, покуда не словлю Кляпа, — погрустнел Привидение.

— Недолго ему кайфовать, — откликнулся Берендей.

— Одно не могу усечь. Я четко уловил шаги одного. Откуда же второй — Кляп взялся? Почему я его не слыхал? — удивлялся Привидение.

— Хозяин всегда впереди себя пса посылает. Чтоб на случай засыпки самому выжить. Свою дорогу всяк выверяет по-своему. И я так делал. Но ему не иначе, как Удав такое давно присоветовал. Так оно вернее. Пса можно найти, сфаловать. Свою жизнь без него уберечь труднее. Да и для надежи лучше, — объяснял Берендей.

— Я не про сявку. Я про шаги. Как я Кляпа не усек?

— А как ты мог его засечь, если в дело путный фартовый никогда громыхалки не наденет. Это для пацанов, шестерок. Настоящий фартовый на дело в мягкой обувке из натуральной кожи «шевро» пойдет. Ее не слыхать. И следа почти не оставляет. Так — пятна и все. Лягавые да и прокураторы слепок с такой размазни не возьмут. А с жесткой — как два пальца обоссать. Тут же изобразят… И размер, и особенности приметят. Узнают, в какую степь косолапишь, на какую ногу хромаешь, и даже рост вычислят, проклятые…

Привидение, вздохнув, глянул на свои пропыленные, потрескавшиеся полуботинки. Их оп не снимал давно. А пора бы. И впрямь, громыхали они так, что только теперь Привидение понял, от чего его жизнь столько раз едва не оборвалась.

— Куда же теперь его черт потащит? Прокунда треклятая! Считай, меж пальцев просклизнул. Пушкой у самого уха бухнул. А глянул, и ни хрена не увидел. Как провалился, стерва! — ругался Привидение.

— Теперь умотает из Охи.

— На какие шаньки? Мотать с пустой мошной?

— Так он с Тунгора. Что-то снял там?

— Этим только карман запылил. Я думаю, вернется он к коряге, — говорил Привидение.

— Судьбу свою два раза только дурак испытывает. Кляпа ты таким не назовешь. Этот не попрется. Смекнет, что мы и общак накрыли, и Боксера его ожмурили. Зачем же переть туда, где навара нет, — не соглашался Берендей.

— Фартовые! А как со мной? — решился подать голос Гнида, трусивший сзади.

Берендей остановился. Привидение рукой махнул остальным:

— Погоди,

— Кент, а и верно. Ведь ухлопать фрайера этот беспрсдельщик помог. Вовремя вякнул, — подал голос Берендей.

— И общак засветил. Полным. Дал опередить Кляпа, — спешил набить себе цену Гнида.

Скинув с плеч мешок, Привидение сел на пень. За ним кенты, решив отдохнуть, растянулись на траве.

Берендей, положив пиджак, набитый по карманам и за подкладкой доверху пачками купюр, оседлал его.

— Послушай, кент, — впервые обратился Привидение к Гниде, как к равному: — Что ты — без «малины»? Гнида да и только. Любой лягавый тебя в шоры возьмет. Ну что ты — в отколе? Фрайер? Будешь тянуть резину до конца, греметь пятаками, выгадывать, что купить, махорку иль пиво? А хазу где сыщешь? Без нее тебя мусора загребут на первой лее лавке. Жаль мне тебя. А потому — беру! Хоть ты и Гнида. Еще не вошь, но в фартовые годишься. Кликуху тебе дадим путевую. Шустряк, к примеру, — подсказывал Привидению его могучий интеллект.

— Не надо. Послужил я вам. Отпустите, Сам хочу. Уж как сладится, так и будет. Не гож я в «малине». Страху во мне много, помирать боюсь. Я пристроюсь куда-то втихаря. Много ли Гниде надо? — лопотал беспределыцик.

— Да пусть отвалит, — надоело Берендею,

— С гниды вошь получается. А она, стерва, кусать умеет без разбору. И фартовых, — не соглашался Привидение.

— Я отработал вам свое, — канючил Гнида.

Привидение смотрел на него, усмехаясь:

— Заметано. Отваливай. Ну, а чтоб не клял нас, возьми на первый случай, — протянул Гниде несколько пачек червонцев и внимательно наблюдал за беспределыциком.

Тот не торопился взять. Не веря в услышанное, твердил:

— У меня ксивы заготовлены давно. Я с ними — куда хочу.

— Хватит трандеть. Бери и смывайся. Но помни, засыплешься — забудь про нас. А заложишь — вытяну хоть из-под земли и утворю, как с Удавом. Усек?

— Усек, — сгреб Гнида купюры за пазуху.

— Дура! Так фрайера деньги прячут. Глянь, как пузо топорщится. В клифт положи. В подклад. То тебе напослед. И постарайся не попадаться нам на глаза, — предупредил Привидение.

Гнида переминался с ноги на ногу. Не знал, как уйти.

— Чего топчешься, как усравшись? Отваливай! — отвернулся Привидение, впервые в жизни отпускавший по доброй воле в откол фрайера.

Не хотелось. Но что делать? Держать его силой? Вон Кляп держал, а он его и заложил при первом удобном случае. И не

просто заложил, а и общак высветил… Не вспомнил, что из рук Кляпа жрал и пил. Вот так с любым, коль под припугиванием держать станешь. Да и на что битого бить? Пусть дышит. «Пусть свою удачу ищет сам», — решил Привидение.

— Без хвоста отпускаешь? — удивился один из кентов, глядя вслед уходящему Гниде.

— На что он нам?

— На хозяина может вывести.

— Он Кляпа пуще смерти боится. Тот его заприметил. Да и как иначе мы взяли бы общак без Гниды? Коли свидятся, Кляп этого фрайера пришьет враз. А нам зачем лишний грех? Да и Кляп, чтоб отделаться от Гниды, стал бы нас пасти. Из страха. Теперь же впрямь смоется, — неискренне рассмеялся Привидение, добавив: — Он на шкуре Гниды все зло выместит. За провал на нем оторвется.

— Да как он его встретит? — удивился Берендей.

— Гниду он искать не станет. Тот сам выплывет, как говно из проруби. Не веришь? А зря! Я когда башли ему отдавал, усек, что он не поторопился их брать. Канителился. Хотя ломаться вроде бы без проку. Ведь мы ему его долю дали из общака. А коли в откол собрался, купюры нужны дозарезу. Он же, гад, скорей смыться спешил. О деньгах не ботал. А как дышать стал бы? Значит, имеет заначник, курва облезлая. Либо от «малины» спер, либо еще общак имеется. Иначе о деньгах ботал бы враз, а уж потом — об отколе. Я таких паскуд насквозь вижу, — убеждал всех Привидение.

— Так тот общак Кляп накрыть постарается раньше Гниды, — рассмеялся один из кентов.

— Верно, — согласился Берендей.

— Пусть и делят его промеж собой, — ответил Привидение.

— Так если бы хвост за Гнидой повесить — мы на Кляпа выйдем. Там и пришьем, — спохватился Берендей.

— О том и я соображал, кент. Но теперь Гнида не настропалится к общаку. Светает. Дождется ночи.

— Так где ждать он ее будет? — не выдержал один из фартовых.