Пленных не брать - Сергей Соболев

— Оставим это, — недовольно поморщился Кук. — Перечислите всех, от кого вы получали информацию о Щербакове, затем изложите вкратце суть этих сведений.

Брэдли прикурил новую сигарету, затем принялся перечислять по памяти фамилии, время и обстоятельства встреч, после чего выдал список фирм, агентств, СБ и ЧОПов, которые, по мнению информаторов, входили в состав тайной корпорации Щербакова. Соотечественники слушали его словесный поток с неослабевающим вниманием, лишь церэушник Гартнер время от времени досадливо морщился.

— Ассорти, — так прокомментировал его выступление Кук. — Вы все смешали в одну кучу, а правдивой информации мизер.

— Моей вины здесь нет, — огрызнулся Брэдли. — Русские сами любят слагать небылицы, а перепроверить их данные нет никакой возможности, фонд отказывается сотрудничать с журналистами.

— Хорошо, мы отфильтруем вашу информацию, — после паузы сказал Кук. — Будем надеяться, что на дне лотка останется несколько золотых крупиц… А теперь внимание, Майкл. Скажите, вы уже встречались с генералом Щербаковым? Хорошо, сформулируем вопрос по-другому. До вчерашней встречи с генералом Щербаковым вам доводилось уже с ним видеться?

Брэдли давно был готов к такому повороту, поэтому он ответил без малейшей запинки и даже сумел изобразить на лице удивление:

— Ответ будет такой — нет. Ни вчера, ни когда-либо прежде я не имел чести встречаться с господином Щербаковым.

Он обратил внимание, как сквозь южный загар на лице Кука проявились багровые пятна.

— Нет? — зловещим полушепотом переспросил Кук. — Вы уверены? Джо, покажите ему снимки.

Гартнер опять забрался в карман, похоже, у него там хранилась целая кипа фотографий, две из них он передал Брэдли.

— Это генерал Щербаков.

Брэдли положил один из снимков на стол.

— Его карточку я видел в архиве ФБР. А вот второй… Либо сам Щербаков в молодости, либо на фото запечатлен его сын. Его зовут Дмитрий, служит в ФСБ. Нет, ни с тем, ни с другим я не встречался.

— Может, вы и с дочерью генерала не знакомы? — с кривой ухмылкой поинтересовался Гартнер.

— Ах вот оно что…

Брэдли позволил себе расслабиться и даже улыбнулся.

— Конечно же, знаком. Нас связывают профессиональные отношения. Одно время я даже был ее агентом на рынке информационных услуг.

Он не стал распространяться, что с Викой его связывают теплые человеческие отношения. Он не хотел, чтобы они узнали, что они близкие друзья, и о том, как он дорожил своим знакомством с Викторией. Брэдли никогда не простит себе, если из-за него у Вики начнутся неприятности. Он не забыл также о предупреждении Щербакова — ни в коем случае не втягивать его дочь в эти грязные игрища.

— Она в ссоре с отцом. Причины размолвки мне неизвестны, но они уже давно не общаются друг с другом.

— Мы в курсе, — коротко обронил Гартнер.

— Можете не распространяться на эту тему, — поддержал церэушника Кук. — А теперь настала очередь блиц-опроса. На каждый заданный вопрос отвечайте коротко: «да» или «нет».

На протяжении последующих пятнадцати минут Брэдли изворачивался как только мог. Вопросы сыпались как из рога изобилия. В допросе участвовали только Гартнер и Кук. Чедвик сохранял молчание, зато его глаза цепко следили за реакцией журналиста. На этот раз их интересовал не только Щербаков, но и другие лица. Как ни странно, событий вчерашнего дня они пока не касались. Его не раз пытались поймать на противоречиях, но он все же отбился. К концу импровизированного допроса, во время которого допрашивающая сторона искусно нагнетала напряжение, в горле у него пересохло, а язык напоминал кусок изношенного протектора. Наконец наступил момент, когда град вопросов окончательно иссяк.

Эрвин Кук поправил узел галстука, устроился поудобнее в кресле и вновь уставился немигающим взглядом на репортера.

— Как вы уже поняли, Майкл, мы с мистером Чедвиком прибыли в Москву не для того, чтобы любоваться местными достопримечательностями. Американское правительство крайне обеспокоено положением дел в России. Речь идет о негативных процессах, набирающих силу в этой стране. В определенных кругах, близких к Кремлю, появились опасные для нас настроения.

Это было вступление, мистер Брэдли, а теперь слушайте внимательно и постарайтесь сделать должные выводы.

Пункт первый. Американские интересы в России находятся под угрозой. Урон ожидается существенный. Предпосылки для этого уже созданы. Угроза носит весьма серьезный характер, и мы не вправе с этим не считаться.

Пункт второй. Угроза нашим интересам в первую голову исходит от фонда Щербакова и ассоциации тайных организаций. Генералу Щербакову оказывает помощь определенная часть предпринимателей и промышленников. На его стороне влиятельные чиновники правоохранительных органов и секретных служб, в первую очередь ФСБ и Службы внешней разведки. Ему удалось заручиться поддержкой некоторых лиц из числа кремлевских сановников и выйти на прямой контакт с президентом.

Пункт третий. Основные цели, которые ставят перед собой организация Щербакова и примыкающие к ней круги: перераспределение власти в России, коррекция реформ с последующим отказом от демократии, свободы печати, обеспечения прав и свобод личности, частного предпринимательства, другими словами, «железный занавес», закрытое тоталитарное общество с последующим возрождением империи.

Пункт четвертый. Основные средства, при помощи которых он собирается достичь своих целей: создание тайных, хорошо законспирированных организаций и обществ, интриги, шантаж, запугивание, вплоть до физического устранения неугодных ему людей.

Пункт пятый. Особую ненависть Щербаков и его друзья питают к Америке и нашим стратегическим союзникам, иными словами, к тем странам, благодаря титаническим усилиям которых Россия постепенно возвращается в лоно цивилизации.

Пункт шестой и, пожалуй, основной для сидящих здесь людей. Ситуация сложилась таким образом, что вы, мистер Брэдли, можете оказать неоценимую помощь правительству и народу Соединенных Штатов. И наоборот, ваши неосторожные действия либо нежелание сотрудничать с нами могут причинить нашей стране существенный ущерб.

Именно об этом, Майкл, мы и хотели сегодня с вами поговорить.