Ядерный шантаж - Сергей Москвин

24.05, четверг, 05.00

Да, не зря говорят, что утренний сон самый сладкий. Увы, он был безжалостно прерван настойчивым стуком проводницы в дверь моего купе. Не позволяя себе расслабляться, а также для того, чтобы оказаться одним из первых в очереди на умывание, я спрыгнул со своей верхней полки и вышел в коридор.

Если бы не наша бюрократическая канитель, связанная с выписыванием командировочного предписания, получением командировочных и, наконец, согласованием цели командировки с руководством Управления ФСБ Нижегородской области, я бы мог еще вчера попасть в Арзамас-29. Но что было, то было. Главное, что я в поезде, который подходит к железнодорожному вокзалу города Арзамаса.

Поезд начал притормаживать, и вскоре за окном показался перрон. Судя по договоренности с нашими коллегами из Нижегородского управления ФСБ, на вокзале меня должны встречать. Ладно, посмотрим, какой прием мне организовали. Поезд ощутимо дернулся и остановился. Я подхватил дорожную сумку и вместе с остальными невыспавшимися пассажирами направился к выходу.

На перроне оказалось довольно прохладно, мне даже пришлось достать из сумки и натянуть на себя благоразумно захваченную из Москвы куртку-ветровку. Пока я этим занимался, пассажиры понемногу начали рассасываться, и я смог разглядеть среди немногочисленных встречающих молодого парня с типично оперативной внешностью. Как-то жена моего лучшего друга Олега Муромцева – Лариса сказала мне, что я совершенно не похож на чекиста. Так она называет всех сотрудников ФСБ. Ее слова я воспринял как комплимент, потому что, по моему глубокому убеждению, настоящий оперативник не должен привлекать к себе внимания! Следовательно – ни внешностью, ни манерой держаться он не должен отличаться от окружающих. Судя по всему, отправленный на встречу со мной оперативник пока не познал этой истины. Я перехватил его ищущий взгляд и поощрительно кивнул, мол, подходи, я не кусаюсь. Парень приблизился и осторожно спросил:

– Здравствуйте. Это вы – Ветров Артем Васильевич?

– Верно. – Я энергично кивнул в ответ. – Ветров Артем, а отчество можешь опустить.

– Лейтенант Малинин Юра, Юрий, – поправился мой новый знакомый и, достав из кармана, раскрыл передо мной удостоверение.

– Будем знакомы. – Я протянул Юре руку.

– Простите, а можно взглянуть на ваши документы? – неожиданно попросил он.

Я удовлетворил его просьбу, но для себя решил, что с этого момента мне придется взять над парнем шефство, а то как бы его подозрительность не вышла ему же боком. С другой стороны, ведь не зря Лариса говорила свои слова. Пока мы с Юрой устанавливали наши личности, пассажиры московского поезда окончательно исчезли с перрона. Юра тоже направился к выходу, и я уже собирался последовать за ним, но вдруг заметил трех человек, целенаправленно идущих к бригадирскому вагону. Личность первого из них показалась мне знакомой, и, приглядевшись, я узнал своего старого знакомого – Вовку Суркова из транспортной милиции.

– Юра, задержись, – сказал я оперативнику, а сам, чтобы привлечь внимание Суркова, громко свистнул.

Заметив меня, Вовка удивленно вытаращился. Я подошел к нему и, поздоровавшись, спросил:

– А ты здесь какими судьбами?

– Вчера утром на перегоне Навашино—Муром путевые обходчики обнаружили два трупа. По отпечаткам пальцев удалось установить личности погибших. Ими оказались карточные шулеры Цирк и Вист, промышлявшие в поездах дальнего следования, – объяснил он.

– Попали под поезд?

– Если бы. – Вовка покачал головой. – Обоих зарезали одним и тем же ножом. Одного сзади – ударом в сердце, другому перерезали горло. Судя по всему, трупы сбросили с проходящего поезда. Вот мы сейчас и ищем поезд, где произошло убийство.

– Непростая задача, – заметил я.

– Непростая, – согласился Вовка. – Однако шанс все-таки есть. Убийство могло произойти лишь в поезде, который пришел в Москву в среду утром. Часть наших ребят проверяют поезда, которые остались в отстое на Казанском вокзале, а другие осматривают те, которые уже успели уйти из Москвы.

– И ты предполагаешь, что этих шулеров зарезали именно в арзамасском поезде, – сообразил я.

– С арзамасскими поездами вообще много неясного, – вздохнул Сурков. – Помнишь, я рассказывал тебе про карманников, которые шустрили в этих поездах. Что, если и карточные шулеры тоже на них нацелились?

Определенная логика в словах Суркова, безусловно, была. Ведь странный интерес карманников к арзамасским поездам так и остался невыясненным. Вдруг разгадка этой странности как-то поможет и в нашем расследовании? Я повернулся к ожидающему меня оперу и громко крикнул:

– Юра, давай сюда! Поможем коллегам из транспортной милиции!

– Убить их могли только в тамбуре, – напутствовал нас Сурков, когда мы вместе с Юрой и двумя Вовкиными коллегами из линейного отдела внутренних дел начали обход поезда. – Не тащили же убийцы трупы через весь вагон. В тамбуре наверняка остались следы крови. Судя по характеру ранений, ее было много. Вот эти следы мы и должны искать.

Я мог бы возразить Вовке, что с таким же успехом шулеров могли убить в купе, а затем выбросить трупы из открытого окна, но не стал вмешиваться в ход милицейского расследования…

Следуя Вовкиным указаниям, мы с Юрой осматривали тамбур за тамбуром. Юра, по-моему, недоумевал, какое отношение имеют наши поиски к цели моей командировки, но не решался об этом спросить. Когда мы осмотрели третий или четвертый вагон и собирались перейти в следующий, оттуда навстречу нам выбежал возбужденный оперативник из Вовкиной команды и объявил, что место преступления обнаружено. Мы поспешили за ним и вскоре дошли до тамбура, где при внимательном осмотре действительно можно было заметить характерные бурые пятна на стенах и на полу.

– Возьмите соскобы, позже мы отправим их на экспертизу, – приказал Сурков одному из своих подчиненных.

– Думаешь, их здесь убили? – спросил я у него, еще раз осматриваясь по сторонам.

Окажись здесь сейчас Олег Муромцев, он бы наверняка заявил, что убийца прошел специальную подготовку в обращении с холодным оружием. Одновременно убить двух взрослых, физически крепких мужчин, причем каждого единственным ножевым ударом, в узком пространстве вагонного тамбура способен лишь профессионал.

– Скорее всего, – отвечая на мой вопрос, заметил Сурков. – Но что интересно, бригадир и все проводницы утверждают, что на пути в Москву от поезда не отстал ни один пассажир! Впрочем, это еще ничего не значит. Убитые шулеры могли ехать зайцами или иметь билеты до промежуточной станции.

– Как, по-твоему, это случилось? – задал я новый вопрос.

– Ну как. – Вовка неопределенно пожал плечами. – Наверное, Цирк с Вистом обставили в карты какого-нибудь мужичка. А тот крутым оказался, не захотел отдавать бабки и завалил обоих.