Террор Бешеного - Виктор Доценко

Увидев подполковника Тимошенко, Рокотов-младший вышел из машины и подошел к нему.

- Добрый день, товарищ подполковник!

- Привет, Костик!

Они обменялись рукопожатиями.

- А где я увижу владельца машины?

- Водолазы сообщили, что за рулем труп, - ответил Тимошенко. - Вон, гляди, - кивнул он в сторону висящей на стропах машины.

Тут как раз ее развернуло так, что за передним стеклом стало видно мертвенно-белесое лицо водителя.

- Как ее обнаружили?

- Рыбак один позвонил... У него зацепило леску с какой-то крутой забугорной блесной, которую жалко было потерять. Разделся - и в воду. А блесна за бампер зацепилась. Едва не утонул от страха, бедолага, ему почудилось, что в кабине кто-то шевелится. Операторы на "02" с трудом разобрали, что случилось: зуб на зуб у мужика не попадал.

- Интересно, как он умудрился нырнуть с машиной в реку, что никто и не заметил? - задумчиво проговорил Константин. - И заграждение вроде цело везде...

- Я сделал запрос и уже получил ответ: примерно неделю назад, как раз в этом месте, рабочие производили плановую замену чугунных решеток. Работали четыре дня и однажды не успели поставить целый пролет и оставили на всю ночь пять метров без ограждения: ныряй не хочу.

- Это же надо так подгадать, - недоверчиво заметил Константин. - Интересно бы узнать, отчего откинулся водитель: не помог ли кто?

- Пошли посмотрим, - предложил подполковник, заметив, что стрела автокрана стала медленно поворачиваться, перемещая выловленную в воде машину на тротуар.

- Кто возглавляет бригаду криминалистов?

- А-а-а... блин... - ругнулся Тимошенко. - Капитан Сивоконев.

- Чем же он вас так достал? - улыбнулся Константин: достаточно давно зная подполковника, он был уверен, что его почти невозможно вывести из себя.

- Как пел Высоцкий: это тот капитан, который никогда не станет майором. А ведь ему скоро на пенсию. Мозгов вот столечко, - для убедительности Тимошенко ткнул большим пальцем в середину первой фаланги указательного пальца, - а гонору и самомнения - на четверых хватит. И все-то он знает лучше всех. Никаких советов не слушает. - Он даже сплюнул в сердцах.

- И где же это светило криминалистики?

- Да вон, - кивнул подполковник в сторону невысокого полноватого коротышки в форме капитана.

Ему было явно за пятьдесят, и если судить по наращенным сантиметров на пять каблукам на служебных ботинках, он наверняка страдал синдромом Наполеона.

- Привет, Сивоконев! - бросил Тимошенко, когда они приблизились.

- Здравия желаю, товарищ подполковник, - невозмутимо отозвался тот и вопросительно взглянул на Рокотова.

- Рекомендую, Константин Рокотов, - браво представил его подполковник, потом наклонился и что-то шепнул капитану на ухо.

Капитан сразу заулыбался и протянул Константину руку:

- Очень рад познакомиться, Николай Степанович, - и тут же смутившись, добавил: - Следователь Сивоконев. Скажите, почему вас заинтересовал этот утопленник?

- Кого это "вас"? - не понял Константин и вопросительно взглянул на Тимошенко: интересно, что он нашептал капитану?

- Как кого? ФСБ, конечно. - Следователь даже деликатно понизил голос.

- Так, одну версию проверяем... - укоризненно посмотрев на Тимошенко, ответил Рокотов-младший.

Перехватив этот взгляд, Сивоконев истолковал его по-своему и потому тихо сказал Константину:

- Все понял! Если смогу чем-то помочь, располагайте.

- Спасибо... - кивнул Константин, и тот, изобразив на лице озабоченность, направился к машине.

- Органы, - тихо заметил Тимошенко, - это единственное учреждение, к которому капитан относится с величайшим почтением.

- Тогда понятно... Подойдем поближе?

Заметив, что "товарищ из Органов" направляется к ним, Сивоконев решил расстараться лично. Подойдя к машине со стороны водителя, он резко дернул дверцу на себя. Та легко поддалась, и на бедного следователя хлынул едва ли не куб грязной речной воды, окатив его с головы до ног. На его лице явно прочиталось желание пройтись "по матушке" и вспомнить всех "святых угодников", но, видно, почтение перед Органами пересилило, и он, натянуто рассмеявшись, попытался даже съюморить:

- Сегодня можно уже душ не принимать!

Тут за потоком воды из кабины последовало и тело утопленника, которое ткнулось головой прямо в живот несчастного капитана.

- И обойтись без мясных блюд! - без особого такта подхватил кто-то из толпы, но эта "черная" гастрономическая шутка пришлась не по вкусу бедняге, и он зло приказал стоящим поблизости сотрудникам милиции:

- Очистите место происшествия от посторонних!

- Не обращайте внимания, товарищ следователь, - успокаивающе произнес Рокотов, помогая ему вытащить покойника из машины на асфальт.

- Так точно, - моментально успокоился следователь и, приступив к осмотру трупа, повернулся к молодому помощнику: - Пиши, лейтенант. В результате наружного осмотра установлено следующее: труп водителя, обнаруженный в салоне серебристой "БМВ", поднятой из Москвы-реки в районе Саввинской набережной, принадлежит мужчине, примерно сорока лет. Судя по состоянию тела, оно пробыло в воде не более трех дней, следов насилия не наблюдается. - Сивоконев наклонился, словно желая сделать искусственное дыхание методом "рот в рот", принюхался. Однако явно ощущается алкогольный запах. - Он пошарил в карманах пиджака утопленника и вытащил внушительное портмоне, в котором нашел водительские права и техпаспорт. - Из документов, обнаруженных в кармане трупа, явствует, что труп действительно принадлежит владельцу данной машины, Крепыжникову Александру Дмитриевичу, шестьдесят первого года рождения.

- О, в салоне еще кто-то есть! - сказал подполковник Тимошенко, заглянув внутрь машины.

Через минуту с заднего сиденья вынесли тело женщины лет тридцати-тридцати пяти. В ее сумочке нашли паспорт: женщина оказалась женой владельца машины. Константин хотел попросить следователя ознакомить его с выводами будущей судебно-медицинской экспертизы, но тут ему пришли на ум слова Грицацуевой: "...А еще запомнила трещину на стекле задней дверцы... Запомнила потому, что рисунок был похож на паутину".

Чертыхнувшись про себя: с этого нужно было и начинать, Рокотов-младший обошел машину, взглянул на стекло дверцы - оно оказалось целым. На всякий случай спросил у следователя:

- Николай Степанович, а можно узнать, менялось ли стекло?

- Нужна экспертиза, - ответил он. Но, заметив огорченный взгляд "человека из Органов", тут же заверил: - Я попытаюсь сейчас что-нибудь выяснить.

Сивоконев внимательно исследовал стекло в одной дверце, потом в другой. И вполне уверенно произнес: