Без Надежды - Борис Седов

– Жди! – хмыкнула Наталья. Подошла ко мне, легким движением навела беспорядок у меня в волосах, прижалась животиком к моему плечу. – Мы не в Америке и не в Европе, где, написав хорошую книгу, можно разбогатеть.

– Ты права, ты умная девчонка…

И у меня в голове мелькнула мысль, что Наташке и не надо никаких мотиваций или правдоподобных объяснений моему повышенному интересу к тому месту, где она работает. Это была своего рода игра, где по условию – каждый из ее участников соблюдал некие правила – не интересоваться до конца… Как в детской забытой игре: барыня прислала сто рублей, что хотите – то купите, белое и черное не берите, «да» и «нет» не говорите…

– Я легонько шлепнул Наташку по попке и решился на довольно нахальную просьбу: – Покажи лучше, где находится этот депозитарий. Хочу посмотреть.

– Вообще, милый, депозитарий и хранилище – это разные понятия, потому как в настоящем большом банке могут храниться не только деньги, но и ценные бумаги – акции, облигации… и даже личные драгоценности клиентов банка. Но в нашей небогатой конторе эти понятия смешались. Так что, особо там и нечего смотреть… Чего там смотреть? Все равно закрыто. Или хочешь глянуть на запертую дверь?

– Хотя бы на дверь.

– Зачем тебе?!

– Для романа. Действительно, для романа! И не смотри на меня как на психа, подверженного приступам графомании, – я оставил игривый тон и начал с серьезнейшим видом вешать Наташке на уши очередную лапшу. – Я что подумал: хорошие идеи приходят в голову почти всегда неожиданно. Вот и сейчас. Чем эта идея с романом про ограбление банка плоха? Есть готовый сюжет, есть куча свободного времени, которое не знаю куда и девать, есть тихая избушка под Вырицей – садись и строчи. Чего еще надо?

– Талант.

– Да брось ты! Для производства дешевого ширпотреба таланта не требуется. Здесь главное – угодить в струю, прочухать, что сейчас востребовано на рынке, а дерзкие ограбления всегда пользовались повышенным спросом. Замученным серенькой безрадостной бытовухой людишкам приятно хотя бы на время отвлечься от неустроенности и нищеты и представить себя этакими удачливыми авантюристами, буквально за два часа рисковой работы обогащающимися на круглую сумму. Потому-то ограбления банков всегда нарасхват. Что в книжном бизнесе, что в киноиндустрии, что на телевидении. Избитая, но зато беспроигрышная тема. Или ты со мной не согласна?

– Согласна, – равнодушно пожала плечами Наталья. Ей мои разглагольствования о том, как это супер – писать криминальное чтиво, явно были неинтересны. Ее волновали куда более земные проблемы: например, как доказать ишаку-управляющему, что она тоже чего-то там стоит? Или: переться ли после работы в далекую Вырицу вместо того, чтобы, не мудрствуя, затащить меня к себе в маленькую двухкомнатную квартирку?

– Так, как? Покажешь мне депозитарий? – напомнил я.

– Пошли, – безразлично кивнула Наташка на дверь. И через пять минут я знал расположение комнаты, где сейчас лежал рюкзачок, набитый деньгами. Неторопливо прогулялся по коридору, строя из себя вынашивающего очередной шедевр прославленного прозаика, и при этом легко насчитал девять с половиной шагов от металлической двери хранилища до одной из стен, которая была явно несущей, а потому, воздвигнутая еще в прошлом веке, не должна была быть потревожена во время перепланировки. Теперь у меня была довольно надежная привязка к старым планам подвала и помещения детского садика, которые, я был уверен, без особых проблем сумею раздобыть в Метрострое.

– Ну что, насмотрелся? – усмехнулась Наталья, с иронией наблюдавшая, как я прогуливался по коридору. – Писатель…

– Оно хоть большое, это хранилище?

– Вот отсюда и досюда, – показала мне на стене приблизительные границы депозитария Наташа. – Это в ширину. А в глубину оно до внешней стены.

– Что, и окно есть? – удивился я.

– Нет, – округлила Наталья глаза от такого, по ее мнению, несуразного вопроса. – Его никогда там и не было. – И расхохоталась: – Чего не хватало! Депозитарий с окном! Это был бы предел, за который идти дальше некуда! Впрочем, от наших командиров можно ожидать и такого… Хотим ограбить хранилище, – любезно объяснила она наше топтание в коридоре охраннику, уже, наверное, с минуту подозрительно наблюдавшему за нами из другого конца коридора. – Вот только не знаем, как туда влезть. Плохо, что там нет окна.

«Зато внизу есть подвал, из которого несложно проникнуть в это хранилище. И есть железобетонный короб с трубами отопления, вдоль которых можно легко проползти в подвал. И я не страдаю клаустрофобией, которая помешала бы мне сунуться в этот железобетонный короб с трубами отопления, вдоль которых можно легко проползти в подвал, из которого несложно проникнуть в хранилище, – размышлял я, наблюдая за тем, как Наташка, наконец, надумав завершить сегодняшний рабочий день, подкрашивает рожицу. – Цепочка, как в английском стишке о доме, который построил Джек. Все складненько. Все идеально. Остается лишь претворить идею в жизнь».

– Все, пошли отсюда. – Наталья засунула в сумочку косметичку. – Ты готов, Денис?

– Всегда готов! Как пионер! – четко отрапортовал я и продолжил уже не вслух:

«…Потому что мне не приходится регулярно поправлять макияж.

Потому что мне всего-навсего надо срочно забраться в депозитарий.

Уж не знаю, что проще: иногда грабить банки или постоянно подкрашивать рожу, да к тому же еще ежемесячно… Впрочем не буду вдаваться в такие подробности».