Сквозной удар - Виктор Степанычев

Веклемишев встал из-за стола и, заложив руки за спину, прошелся по кабинету. Генеральские апартаменты простором не баловали, места для маневра было немного. Семь шагов вперед, шесть в сторону и опять семь шагов до стенки. А тут еще Гордеев сидел у приставного столика, его нужно было обойти.

– Ничего я не смог сделать, Станислав. Уж извини! Генералы нынче не в чести. Их слово ничего не значит. Вот сволочь сынок майор при штабе и папе функционере – это сила!

– Да ладно, Вадим Александрович. Не переживайте за меня, не пропаду. Хоть и с волчьим билетом увольняют, да кто на него сейчас на гражданке особо смотрит. Как-нибудь устроюсь…

– Что не пропадешь, знаю. Жалко, что хорошие люди, спецы уходят, а гниды остаются, – удрученно качнул головой генерал.

– Что сделано, то сделано, не стоит перемывать уже мытое, – поморщился Гордеев.

– Не стоит, значит, не стоит, – согласился Веклемишев. – А пригласил я тебя, Станислав, не только для того, чтобы высказать сожаление по поводу твоего увольнения, а о деле переговорить.

– И какие у меня сейчас могут быть дела? – усмехнулся Стас. – Я нынче птица вольная. Погоны с плеч долой, гуляй, босота, от рубля и выше!

– А дела у нас серьезные, – не обращая внимания на ерничанье Гордеева, произнес генерал и опять прошелся по кабинету. – Даже – очень серьезные. И напрямую касаются тебя.

– Не понял, Вадим Александрович, уточните, – удивленно посмотрел на Веклемишева Стас. – Меня сейчас в этом ведомстве уже ничего не касается. После того, что со мной сделали…

– Касается, голубчик, еще как касается, – резко оборвал его Веклемишев. – А что не женились после того, что сделали, так не ты первый, не ты последний. Лучше помолчи, капитан, и послушай!

Генерал остановился у кресла, будто раздумывая, присесть ему или нет. Не сел. Легонько ударив кулаком по спинке кресла, Веклемишев отошел к окну, постоял, видимо, собираясь с мыслями, и повернулся к Станиславу:

– А дело, о котором я тебя хочу проинформировать, состоит вот в чем. Четыре месяца назад в пригороде Рима был обнаружен труп неизвестного мужчины возрастом лет примерно сорока, может, чуть больше. Он был убит ударом ножа в шею. Документов при убитом не оказалось. Случай не из ряда вон выходящий, можно сказать, рядовой для окраины итальянской столицы, где это произошло. Там проживает большая диаспора выходцев из Румынии, в большей части нелегалов. Криминал цветет пышным цветом. Убитый так бы и остался неопознанным, если бы следователь оказался не столь дотошным. Более того, он служил когда-то в спецназе и знал, что убить человека подобным способом непросто, навыки нужны. По его убеждению, работал профессионал. При вскрытии на предплечье и под мышкой были обнаружены следы уничтоженной татуировки. Кое-что сумели восстановить…

– Догадываюсь – жмур нашим оказался, – со смешком предположил Стас. – Потому что тату гласило: «Не забуду мать родную!»

– Примерно так и было, – согласился Веклемишев. – Только на плече смогли разобрать не мать родную, а очертания, похожие то ли на птицу, то ли на самолет, и буквы, которые идентифицировали как «би-ди-би», что по-русски читается, как и пишется: ВДВ. Небрежно, на скорую руку снимали татуировку, потому и сумели прочитать.

– На плече ВДВ, а под мышкой, надо полагать, выколота группа крови, – догадался посерьезневший Гордеев.

– Ты прав, – кивнул в ответ генерал. – Установив по этим признакам, что убитый может быть нашим соотечественником, итальянский следователь организовал запрос в российское отделение Интерпола. По линии международной полиции убитый не числился, оттуда запрос переправили в органы внутренних дел. Так, на всякий случай, особенно не надеясь на успех. Удивительно для российской действительности, но это сработало. В списках пропавших без вести по Тульской области числился некто Панченко Павел Петрович, подполковник запаса, бывший командир разведбатальона Тульской дивизии ВДВ. Фото убитого в Риме и описание татуировок на теле подтвердили, что это именно он. Заявление на розыски в милицию поступило от сослуживца. С женой Панченко был давно в разводе, из ближайших родственников имелась только сестра, и та жила на Украине где-то под Винницей.