Далекий звон монет - Андрей Дышев

– Какой разговор? – равнодушно спросила она, шаря глазами по столу и прикидывая, чем бы еще закусить.

– Твой разговор с Жоржем. Когда он целовал твою попочку.

– Не понимаю, о чем ты, – отмахнулась Вика и соскребла пальцем красную икру с бутерброда.

– Ты говорила: «Он нажрется и поедет ночевать в Бирюлево, потому что на даче нет свежих рубашек и запасного костюма». И еще про золотой антиквариат, который пообещал тебе на Рождество Тарасов.

Вика облизывала палец с налипшей на него икрой, словно веточку облепихи.

– Да, – ответила она, рассеянно глядя на стену, украшенную пейзажем с лошадьми. – Такой разговор был. Но ты все неправильно понял. Тарасов прожужжал мне все уши насчет того, что Жорж неровно поделил золото, конфискованное у твоей бабы. Я решила разобраться. Жорж при мне открыл свой сейф, и мы взвесили все до грамма. Оставалось проверить золото Тарасова, которое тот хранил в бильярдной. Но мы хотели сделать это незаметно от Тарасова…

Я напрасно пил водку. Мысли мои путались, и я уже забыл, на чем основывались мои обвинения.

– Значит, ты не убивала? – задал я совершенно глупый вопрос.

– Кого?! Жоржа?! Зачем?

– Чтобы вернуть Тарасову вторую половину золота, – наобум ответил я.

– Ненормальный! Я с Тарасовым буду разводиться! Это он убил Жоржа. А у нас с Жоржем были прекрасные отношения…

– Все, – сказал я. – Больше не пью! Башка уже ничего не соображает.

– Нет! – повела рукой Вика и повисла у меня на шее. – Еще по рюмашке – и баста!

– Ты хочешь меня напоить и выкинуть голого на мороз, – спрогнозировал я.

– У меня не хватит сил поднять тебя с постели, – серьезно ответила Вика. – И вообще, ты мне не мешаешь. Напротив, такой симпатичный мужичишка. Я давно хочу тебя…

– А ты не выстрелишь мне в затылок? – на всякий случай спросил я.

Вика отшатнулась от меня, посмотрела мне в глаза плывущим взглядом и скривила рот.

– А ты, оказывается, трусишка. Маленький, жалкий трусишка. А казался таким храбрым и сексуальным мужичишкой…

– Сама ты дура, – ответил я, схватил Вику за ляжки и поднял на руки. Меня слегка занесло в сторону, стол скрипнул, звякнул посудой. Какая-то открытая бутылка упала на скатерть, тихо забулькала жидкость. Вике увиделось в этом нечто символическое, и она жадно припала к моим губам. Открыв ногой дверь, я вышел в коридор и стал подниматься по лестнице. Вика охала и вздыхала, кусая меня за губы, нос и уши. «Черт с тобой, – думал я, – если ты надумала меня грохнуть, то лучше умереть в постели с женщиной, чем в сугробе от пули бывшего друга».

Рядом с бильярдной находилась спальня, в которую я вошел с третьей попытки, открывая дверь то своей головой, то круглым задом Вики. Широкая кровать, казалось, сама подъехала под меня и сбила с ног. Не выпуская совершенно обезумевшую от желания женщину, я рухнул с ней на кровать и принялся стаскивать с нее платье. Сначала я пытался стащить его книзу, но бретельки застряли на крутых бедрах. Тогда я попытался снять его через голову. В итоге платье широким кушаком затормозилось на талии Вики, ни на йоту не сдвигаясь ни вверх, ни вниз. Плюнув на это занятие, я посвятил себя другому, которого так долго ждала моя дама.

В прохладной спальне я вскоре взмок, как в бане, и ладони Вики скользили по моей вспотевшей спине, как серфинги по морской глади. Она так кричала, что мне пришлось заткнуть ее рот рукой, иначе бы к дому сбежались сторожа со всей округи. Бедняжка дошла до кондиции очень быстро, сделала глубокий вздох, зачем-то ударила меня кулаком по затылку, раскрыла рот и с протяжным стоном закинула ноги мне на поясницу, еще сильнее прижимая меня к себе, отчего я на мгновение почувствовал себя героем скульптурной композиции «Лаокоон».

Я продолжал стараться в поте лица до тех пор, пока Вика не почувствовала дискомфорт и ее мордашка скривилась от боли.

– Хватит, – попросила она, упираясь мне в грудь руками. – Ты не сможешь кончить, ты слишком много выпил… Так бывает… Отдохни…

Я откинулся на спину. Мне казалось, что кровать продолжает качаться из стороны в сторону, словно это была лодка и мы попали в шторм в открытом море. В висках стучала кровь, и каждый удар отзывался тупой болью. Мне стало не хватать воздуха, и я привстал.

– Не переживай, – зачем-то стала утешать меня Вика и провела рукой у меня внизу живота. – Кобель! У тебя все в порядке. Просто ты много выпил.

– Я понимаю, – ответил я, тряся головой, словно мне после купания в ухо попала вода. – Ты считаешь, что три рюмки водки – это много?

– Не знаю, – ответила она. – И я вроде выпила немного, а в голове вертолетная атака.

– Откуда ты взяла эту водку?

– Из буфета.

– Я понимаю, что продукты ты достаешь из холодильника, а деньги – из шкафа. Где ты ее купила?

Мои вопросы и тон взволновали Вику.

– Это Тарасов, – оправдывающимся голосом сказала она. – Он обычно закупает продукты. Но никаких рынков, все в супермаркете!

– Он не мог ничего подсыпать в бутылку? Ведь он сам не пил! Ты обратила внимание, что он не выпил ни глотка!

– Господи, что ты на меня орешь! Да ты же сам свинчивал пробку!

– Да, пробка была нормальная, – ответил я, прислушиваясь к своим ощущениям. И добавил, успокаивая самого себя: – И откуда Тарасов мог знать, что тебе взбредет в голову накрывать стол и в моем присутствии праздновать Рождество? Значит, заранее он не стал бы подсыпать в водку отраву.

– Нормальная водка, – не на шутку перепугавшись, открестилась Вика. – Может быть, не самая удачная. Но все ее пьют и не умирают. Мы просто переволновались сегодня, и она дала нам по мозгам.

– Да, скорее всего так, – ответил я, вытирая простыней совершенно мокрое лицо. – Если сердце не выскочит из груди, значит, водка нормальная. Но на всякий случай давай пока не будем спать. Если кому-нибудь станет очень плохо – позвоним в «Скорую».

– Давай, – согласилась Вика. – Обними меня покрепче. А руку положи сюда. И поласкай пальчиком…

– Погоди! Так ты уснешь. Лучше давай поговорим.

– О чем?

– Кто твой муж? Кем он работает?

– А ты разве не знаешь?

– Нет.

– Он полковник милиции. Начальник совета… то есть отдела координационного совета по борьбе… Слушай, название его должности я до сих пор выучить не смогла. В общем, он координирует по СНГ работу ментов, связанную с ценностями бывшего СССР.

– Не слышал о таком совете.

– Он недавно создан.

– А этот… Жорж? Кто он ему?

– Вроде как друг. Учились в одном классе… Жорж несколько лет возглавлял российско-американскую фармацевтическую фирму, за границу гнал лес и металл, а оттуда привозил какие-то бальзамы. – Голос Вики становился все более тихим и вялым. – Тарасов его хорошо прикрывал и получал за это монетку… Потом у них там все развалилось, но Жоржик остался при деньгах. Он был щедрый мужик… В постели так себе, но зато мог наполнить ванну шампанским. В общем, «новый русский» без определенного рода занятий… Я так спать хочу…