Честь в огне не горит - Александр Тамоников

– Он согласен работать на нас в обмен на свободу и… при условии, что мы не заблокируем его счета.

– А не много ли хочет Гординец?

– У него куча долгов перед банками.

– Сам-то как думаешь, следует сделать это?

– Да можно, Сергей Леонидович. В конце концов, на руках Гординца крови ни в чем не повинных людей нет, его втянули в преступную организацию хитростью.

– Хорошо, я обдумаю этот вопрос. Что еще?

– А еще, товарищ генерал, неугомонный Тимохин вновь проявляет инициативу.

– В чем она заключается? – спросил начальник Главного управления по борьбе с терроризмом.

– Он сам объяснит, передаю связь ему…

– Здравия желаю, Сергей Леонидович, – поприветствовал генерала Тимохин.

– Здравствуй, Саша! Что у тебя за новые идеи?

Командир группы «Орион» доложил суть замысла по ликвидации банды Дубинина.

– Значит, предлагаешь отработать банду Дуба на рассвете? – уточнил Феофанов.

– Так точно! Иначе…

– Да понял я тебя, понял, – прервал подчиненного начальник управления. – Что ж, ты прав: одновременный удар по двум целям в той обстановке, что сложилась в районе Глумино, вряд ли получится. А рисковать мы не можем. Но где гарантии, что Дуб согласится на сотрудничество с нами? Он не Гординец, ему никакие гарантии не помогут. Дубинину терять нечего.

– Если не считать жизни.

– Жизни, говоришь? Считаешь, будет цепляться за жизнь в камере смертников? Ну, не знаю, не знаю…

– Соловьев может заставить Дуба работать на нас и без согласия бандита.

– Психотропные препараты? А ты уверен, что его организм перенесет действие этих препаратов?

– Товарищ генерал, если заботиться еще и о здоровье бандитов, которые сотнями жгут людей, мы ничего не добьемся. В крайнем случае роль Дубинина может сыграть любой из бойцов «Миража».

– Дробус не узнает голос своего заместителя?

– Долго ли настроить под него спецаппаратуру?

– Хорошо, – согласился Феофанов, – передай трубку Крымову.

– Я все понял, Сергей Леонидович! – ответил, выслушав генерала, руководитель антитеррористической операции. Отключив связь, он повернулся к Тимохину: – Опять твоя взяла. Феофанов утвердил твой вариант.

– Потому что он единственно верный в данной ситуации.

– Ого! Ты «звездную» болезнь таким макаром не поймаешь?.. Ладно, надо поставить задачу Соловьеву.

Крымов по обычной связи вызвал командира группы «Мираж».

– Я – «Мираж»! – ответил Соловьев.

– Я – Крым! Слушай боевой приказ. В 4.30 среды 14 июля провести штурм логова бандитов Дубинина. При оказании сопротивления боевиков уничтожить. Самого Дубинина взять живым! В дальнейшем любыми способами склонить его к сотрудничеству с нами. В случае отказа пригрозить расстрелом на месте без суда и следствия. Разрешаю также применить к Дубинину спецпрепараты в обычной дозировке. Дуб при необходимости должен докладывать Дробусу о том, что его банда готова к проведению диверсии. Поддерживать общение с главарем. Недолгое общение… Как понял меня, «Мираж»?

– Понял тебя, Крым, – ответил Соловьев, – приступаю к подготовке акции.

– Приступай. Уточнение задачи, если таковое потребуется, в 4.00. Штурм по моей команде после доклада о готовности группы. Вопросы?.. Удачи тебе, «Мираж»!

Отключив станцию, Крымов протянул Тимохину пачку сигарет:

– Покурим, и на боковую, часика на три?

– Не торчать же в этом кабинете всю ночь. Да и завтра работы много будет.

В это время в дверь кабинета постучали.

– Открыто! – сказал Крымов.

Вошел капитан Ким – дежурный по группам.

– Прошу прощения, господа полковники, но к вам просится на прием управляющий пансионатом.

– Вот как? Где он?

– У дома.

Крымов, прикурив сигарету, сказал:

– Ну, раз просится, пропусти! Да, Леня, Гординец без охраны?

– Один и без оружия, я сканером проверил.

– Зови! И чего ему надо? – взглянул на Тимохина Крымов.

– Ну, просто пожелать нам спокойной ночи господин управляющий точно не пришел бы.

У входа в кабинет появился Гординец, по-военному спросил:

– Разрешите?

– Проходи, Станислав Владимирович, – кивнул Крымов. – Присаживайся, в ногах правды нет.

– Это когда как…

Но присел на стул.

– Я, собственно, ненадолго. Первое: я получил подтверждение перевода денег.

– Каким образом? Мы слушаем твой телефон.

– Телефон ни при чем. Недавно приезжал мой знакомый на «семерке»; я, как вам известно, использую его втемную. Ему-то в Переславе и передали документы, подтверждающие оплату.

– Так радуйся! Что еще?

– Второе: на городской телефон в 22.30 позвонил Григорий Закладин.

– Это уже интересней!

– Утром в 8.00 он получит «шизы» и сразу поедет сюда. Место встречи прежнее: дорога в лесу у Выдово.

– Так! – проговорил Крым. – Особо спешить господин Закладин не будет, наверняка заедет на пост ДПС к своим бывшим коллегам. От города до поселка восемьдесят четыре километра. От Глумино до Выдово три километра; значит, Закладин подъедет ориентировочно в 9.20–9.40.

– Ровно в 10.00, – сказал Гординец. – Именно на это время мы договорились о встрече.

– Закладин может в обход тебя связаться напрямую с Дробусом?

– Нет!

– А Дробус знает Закладина?

– Он знает, что существует курьер под такой фамилией. Но лично они не знакомы.

– Что представляет собой Закладин?

– В смысле? – На физиономии Гординца отобразилось недоумение.

– Во время задержания он может оказать сопротивление?

– Не думаю. Нет, вряд ли. Скорей поднимет лапы в гору. Он не из тех, кто бьется до конца. Да и какой ему резон сопротивляться? Ему проще на меня все свалить – мол, попросил привезти какие-то петарды, он и привез. Таксист же, это его работа. А то, что петарды – зажигательные шашки, об этом он ничего не знает.

– Это не важно, что он знает, а что нет, – сказал Тимохин. – Главное мы узнали. Еще что передать есть?

– Я бы хотел узнать решение насчет счетов…

– Твоя просьба, – ответил Крым, – передана руководителю управления, только он может решить подобный вопрос.

– Он же может отказать?

– Может, но обещал подумать. А когда генерал обещает подумать, то, как правило, вопрос решается положительно. Но пока ничего конкретно я тебе сказать не могу. Это насчет денег. Остальное остается в силе.