На один выстрел больше - Михаил Нестеров

По большей части, Муслим скрывался на Острове, и эта мера была вынужденной. Этот клочок суши в безбрежном море мало чем отличался от «пещеры» Усамы бен Ладена. Экстремальных группировок на свете развелось столько, что буквально образовался затор. Иная группировка считает себя состоявшейся и успешной даже после совершения одного-единственного теракта, в результате которого один человека ранен и еще один погиб, причем погибший – сам террорист-смертник.

– Так вот, – продолжал Муслим, – на этом Острове мне пришлось иметь дело с местными жителями. Их наберется не больше трех сотен, но они миролюбивы, и мне порой кажется, что на Острове их не больше двух десятков.

– Чем они живут?

– Одни перебиваются рыбной ловлей, другие заготавливают сабур – это сушеный сок алоэ. Считается, что на нашем Острове он другого качества. Когда здесь появились пираты, появился и первый бар. Они ограбили судно с электроникой, установили спутниковую связь. С той поры в баре и в некоторых жилых домах появилось телевидение. Лично у меня двусторонний спутниковый Интернет: 2-ваттный приемопередатчик, модем, приемопередающая антенна.

– Впечатляет, – сказал Говоров тоном «ух ты».

– Но главное, – вернулся к теме Муслим, – здесь мне пришлось иметь дело с наемниками, которые промышляли случайными операциями. Каждый из них в свое время потерял своего хозяина, а потом жил в поисках нового. Грек выслушал меня и сказал, что ему нужно обсудить условия со своими людьми. Результат этих переговоров: половина пиратов – это около сорока человек – погрузилась на один из двух материнских кораблей и уплыла с Острова. Дальнейшая их судьба мне неизвестна. Другой половине деваться было некуда. Почти все в розыске, руки по локоть в крови... От поножовщины погибло еще несколько человек.

– На Остров надо было на чем-то приплыть.

– Так и есть. Я со своим отрядом приплыл вон на том баркасе. – Муслим оторвал одну руку от баранки и указал направление.

«Хаммер» к этому времени выехал из-за дюны, которая и скрывала вид на Бухту. Если бы не одно «но», не один ключевой момент, Бухту можно было бы назвать мышеловкой. По форме она походила на бутылку, а собственно вход в Бухту – на бутылочное горлышко. Перекрыв его извне, можно было блокировать выход в море любому судну.

Эта ключевая деталь называлась лиманом. Он соединял Бухту с морем и был судоходен даже в часы отлива. Его фарватер не был секретом для обитателей этого скалистого Острова. Возможно, о нем знали и на материке. Как бы то ни было, он увеличивал шансы обитателей Острова, случись его блокада. Лиман был извилист, и погоня по его водам для противника, не имеющего промеров глубин, шансов не давала.

Муслим остановил машину и вышел первым.

Баркас, на котором его дерзкая исламистская группировка высадилась на этот берег, стоял на якоре – точнее, на приколе – в двух десятках метров от берега. На это судно Сергей обратил внимание еще вчера, когда пираты доставили его на Остров. Сегодня он решил осмотреть его более детально, и если подтвердятся его догадки, он сможет существенно повлиять на расклад сил в пиратском отряде, а также внести «новшество» в технику абордажа.

Что касалось материнского корабля, то он пробкой торчал в бутылочном горле. При внутренней ширине десять и высоте четыре с половиной метра, в длину он не превышал тридцати пяти метров. Мощность его главного двигателя приближалась к полутора тысячам «лошадей», так что даже с полным трюмом он мог идти со скоростью 14 узлов. А порожняком – легко, как будто его машина была снабжена форсажными камерами, – делал все двадцать миль в час.

– Не против, если я осмотрю баркас?

Муслим пожал плечами:

– Зачем он тебе? Я мало что смыслю в мореходстве. По мне так он высоченный, широченный, неповоротливый.

– Высота – не главное его достоинство.

– Но все же достоинство? – удивился Муслим. – Из его настоящих достоинств я бы выделил удобный диванчик в кабине, крашеные полы и шкафчики с таким матовым слоем... А еще раздвижные окна.

– Это прямо будуар какой-то.

Сергей улыбнулся Муслиму, когда тот передал по рации, чтобы с плавбазы на берег прислали лодку. Чуткие антенны, украшающие рубку, как гирлянды на новогодней елке, уловили сигнал с берега.

«Если бы у меня было задание попроще – ликвидировать Муслима, – прикинул Сергей, – я бы сделал это через минуту». Что дальше? Он на скоростной лодке с жестким каркасом, что подходила к берегу, убрался бы отсюда. Что еще? Да, он воспользовался бы рацией Муслима и скоординировал свои действия с экипажем «Неистребимого».

На катере рулевым был земляк доктора Ричарда с незамысловатой кличкой Риппер (Потрошитель), под два метра ростом. Его Сергей вчера среди пиратов не видел. О чем и сказал ему.

– Кажется, вчера мы не встречались.

Муслим поймал взгляд Риппера и кивнул: «Можешь ответить».

– Вчера я встречался с парнем помоложе и покраше тебя.

– Может, вы оставите обмен любезностями до возвращения на берег? – предложил Муслим, глянув сначала на Сантоса, потом на Риппера, настоящее имя которого помнили разве что родственники его жертв. – Отвези нас на баркас.

– «Феникс».

– Что? – не понял Муслим.

– Ему бы подошло название «Феникс», птицы, способной сжигать себя и возрождаться из пепла.

Муслим пожал плечами: «Мне все равно».

На борту баркаса Говоров преобразился.

– Да он просто красавец! Его ширина почти четыре метра. Это при длине всего десять! Осадка при полной загрузке один метр или чуть больше.

– Тебе нравятся габаритные женщины? – ухмыльнулся Риппер.

Сергей не слушал его. Он прошел в машинное отделение через переборку. Вернулся, отряхивая руки, и попенял Муслиму:

– Там же морской дизель «Катерпиллар» и трансмиссия «Твин-диск».

– И что это значит?

– Это значит, что баркас может делать тридцать узлов. А если отполировать винт...

– В него можно будет смотреться под водой. Объясни, к чему ты клонишь?

– Могу объяснить на примере. Но для этого мне нужно завести машину и подойти к плавбазе. Риппер, поможешь мне?

Через полчаса двигатель запустился. Дав ему поработать на холостых, Сергей передал управление Рипперу, сам же встал у левого борта. Поглядывая то на плавбазу, то на связанный с баркасом катер, он ждал соприкосновения бортов. И когда баркас ткнулся в борт материнского судна, Сергей шагнул с планшира на полубак плавбазы, в том месте, где часть борта носила функции прохода.

– И что это значит? – поинтересовался Риппер.

– Для наглядности можно проникнуть на борт с этого плота, – Говоров указал на катер, тершийся о корму баркаса. Но без веревок или трапов не обойтись, верно? И на волнах баркас поустойчивей, чем катер.