Финишная кривая - Альберт Байкалов

– Значит, в номере отеля жили киллеры, а найденные там трупы – ликвидаторы.

– Ты думаешь, киллеры мужчина и женщина? – сощурившись, спросил Данила.

– Уверен, – сворачивая к проходной больницы, ответил Антон. – А эти двое лохов решили их после всего встретить. Те что-то заподозрили и подстраховались.

– Если они знали о приехавших за их душами людях, почему выполнили заказ? – задумчиво спросил Данила и сам же на него ответил: – Либо теперь будут шантажировать заказчика, либо погибшие в номере не имели отношения к устранению Самлиева. Просто этих Максимовых уже давно вычислил кто-то из прежних, выживших, клиентов или их близких, которые решили разобраться.

– У второй версии мало шансов на существование, – выходя из машины, возразил Антон. – Совпадений много. А вообще, – поставив машину на сигнализацию и направляясь к проходной, продолжил он, – нужно дождаться материалов из Турции. Может, там есть ответ на эти вопросы.

– «Датчанина» только что перевели из реанимации в палату интенсивной терапии, – не заглядывая в журнал, сообщила на посту медсестра и, попросив надеть белые халаты и синие бахилы на обувь, направилась по коридору. Офицеры устремились следом.

Несмотря на то что в палате, рассчитанной на четыре койки, все места были заняты, стояла кладбищенская тишина. Из-под одеял виднелись лишь забинтованные головы пациентов. Когда они вошли, только один из них открыл глаза, и Антон по едва уловимой в их глубине тревоге понял – это и есть тот самый «датчанин». Медсестра указала рукой на этого человека, посмотрела на маленькие часики, украшавшие тонкое запястье, и перевела строгий взгляд на офицеров:

– Не больше пяти минут, и потише, пожалуйста. Здесь, кроме него, еще люди, а им покой нужен.

– Здравствуйте, – беря стул и усаживаясь в изголовье, Данила умышленно не назвал имени пострадавшего. – Майор Линев. ФСБ. – Он показал взглядом на стоящего рядом Антона: – Один из наших сотрудников. Вам не тяжело говорить?

Антон с Линевым переглянулись.

– Он что, не слышит? – Данила растерялся.

– В принципе его показания уже не так важны, – неожиданно выпалил Антон. – Главное, Дукузов с Бушаловым разговорились.

Он решил, что если этот человек действительно встречался с террористами, то сейчас известие об их задержании, да еще в таком состоянии, и вовсе деморализует его. В противном случае попросту подумает, что речь идет о напавших на него бандитах, которых удалось задержать. Ведь он сам, давая показания, говорил о двоих парнях.

Данила, уже давно привыкший к неординарным подходам в решении различных вопросов спецназовцами, быстро принял условия игры:

– Тогда придем в другой раз. – И поднялся со стула.

– Погодите, – неожиданно прошептал больной. Его глаза уже были открыты, а взгляд стал осмысленным.

– Чего годить? – усмехнулся Филиппов, почувствовав, что попал в самую точку. – Нам дали пять минут с тобой говорить, прошло две.

– Какие ваши настоящие имя и фамилия? – заторопился Данила.

– Олешкевич Константин Михайлович, – медленно проговорил мужчина.

– С какой целью в Москве? – Контрразведчик с опаской покосился на двери.

– Оказание помощи диверсионной группе из Чечни в переезде на Байкал.

– Кличка есть?

– Хохол.

– Чье поручение выполняешь?

– Беспалова.

– Я другого ответа и не ожидал, – пробормотал Данила. – Последний вопрос: цель группы и какой вид транспорта они намереваются использовать?

Антон про себя чертыхнулся. Если этому прихвостню Беспалова не до конца отбили мозги, он поймет, что его «развели» и никакие чеченцы не разговорились.

Так оно и вышло. Несколько секунд Олешкевич переваривал короткий диалог, затем в его глазах появилась некая смесь досады и отчаяния.

– У какой группы? – Он часто заморгал глазами.

Двери открылись, и вошла медсестра:

– Время вышло…

– Ничего, – попытался успокоить Данилу Антон, когда они, сидя на установленных в коридоре жестких диванах, снимали с обуви бахилы. – За ниточку, даже за кончик веревочки ухватились. Теперь дело пойдет.

– Антон, мы время теряем! – Данила посмотрел в сторону усевшейся на свое место медсестры. – Надо срочно у палаты организовать охрану.

– Там, куда эти уроды собираются, – имея в виду террористов, едва слышно заговорил Антон, – наверняка ваши уже меры приняли.

– Само собой, – подтвердил Данила. – Все объекты на участке взяты под строгий контроль.

Антон понимал, как ни охраняй тот же мост или тоннель, если за дело берется специалист, их ничто не спасет. Усиление караулов и постов через определенное время, как правило, начинает играть на руку диверсантам. При большой численности часовых, охранников, сторожей они начинают терять бдительность, надеясь друг на друга. Есть и другие варианты. Чего стоит где-нибудь на небольшой остановке закинуть в тот же полувагон, груженный лесом, ящик тротила с радиовзрывателем, а привести его в действие с расстояния пять-семь километров, едва состав достигнет заданной точки? Еще лучше подвесить снизу.

– Слушай, – Антона осенила идея. – А как бы ты сейчас поступил на месте Олешкевича? Бежать невозможно. Одежда под замком, в коридоре дежурная, внизу охрана. Ко всему он, судя по стоящему рядом с кроватью судну, даже в туалет самостоятельно выйти не может.

– Переходи к нам работать, – полушутя предложил Данила и не без восхищения посмотрел на друга. – Как я сразу не подумал!

Поднявшись, он устремился к медсестре:

– Еще раз извините за беспокойство, – дождавшись, когда девушка оторвется от заполнения какого-то журнала, выдохнул он. – Как я могу переговорить с начальником отделения, лечащим врачом и вами одновременно?

– Доктор сейчас в ординаторской, там же наверняка и Евгений Николаевич, – задумчиво глядя на Данилу, принялась рассуждать она. – А как сказать?

– Так и скажите, майор ФСБ Линев с коллегой, желают обсудить ряд вопросов, связанных с иностранным гражданином, который находится у вас на лечении. Кстати, – спохватился он, когда медсестра уже вышла из-за стола, и показал рукой на стоящий у нее аппарат, – а этот телефон могут использовать больные?

– Вообще-то запрещено, но, – она замялась, – у людей разные ситуации бывают. Иногда родные не знают, где они находятся. У кого-то жена сердечница. Успокоить надо, что все нормально. В общем, исключения делаем.

Разговор продолжили в просторном, светлом кабинете с единственным окном. Несколько человек в белых халатах, расположившись за офисными столами, занимались бумагами. Вдоль стен стояли шкафы с книгами, огромных размеров фикус и небольшой диван.

– Вы хотели меня видеть? – из-за стола поднялся пожилой мужчина в очках и с бородкой.