Вторжение - Михаил Серегин

Вообще-то шар они обсудили за завтраком и пришли к выводу, что ничего мистического в нем быть не могло. Грачев категорически заявил, что это всего лишь атмосферное явление, возможно, связанное с близостью болота. Выброс каких-то газов или что-то в этом роде. Спорить с ним никто не стал. Энтузиастов-уфологов среди них не наблюдалось, кроме все того же Кузовкова, а он был не в форме.

Но, когда тронулись в путь, Величко вдруг обнаружил, что у него стоят часы. И встали они, судя по положению стрелок, именно в то время, когда над поляной пролетал тот самый чертов шар. Такое открытие заставило всех остановиться и проверить свои часы.

Выяснилось, что часы остановились также у Мачколяна, Конюхова, Кузовкова и Гессера. Макс был без часов, а у Грачева были электронные, и они шли. У прочих же они остановились примерно в то же время, что и у Величко.

Этот удивительный факт словно влил новые силы в измученный организм Кузовкова. Он ожил и, сверкая глазами, провозгласил:

– Вот! Видите? И как вы думаете, что это значит?

– Это значит, что мы тут все счастливые, – невозмутимо ответил Грачев. – Счастливые, как известно, часов не наблюдают. Прошло полтора часа, как мы встали, и только сейчас Величко догадался посмотреть на циферблат. Один из всех! Я-то, по правде говоря, смотрел, но мои, как видите, идут, поэтому ничего особенного я не заметил.

– Ну, положим, я тоже смотрел, – возразил Мачколян. – Но как-то рассеянно.

– И я смотрел, – вспомнил Кузовков. – Но, видимо, не сообразил. Только дело ведь не в этом!

– А в чем же?

– Мы с вами стали свидетелями настоящего аномального явления! Не рискну заявлять здесь, что мы столкнулись с деятельностью пришельцев – мне известен ваш скепсис по этому поводу, – но вы не сможете отрицать, что этот случай выходит за рамки заурядности. Вот еще проявим пленку…

– Все это прекрасно, – сказал Грачев. – Но меня лично нисколько не трогает, тем более что мои часы в порядке. Хочу напомнить, что мы сюда явились искать группу Хамлясова, а не группу пришельцев. Попробуйте все-таки завести свои хронометры и давайте продолжим поиски. Часы, допустим, стоят, но время-то уходит!

Они двинулись дальше. Однако Кузовков успел еще благоговейно объявить:

– Лично я до своих часов теперь и пальцем не дотронусь. Это будет вещественное свидетельство того, что с нами случилось. В будущем, когда в нашем городе откроется музей, этот экспонат займет там подобающее место.

– Тогда, Станислав Сергеевич, вам придется взять с нас письменное подтверждение достоверности этого экспоната, – невозмутимо заметил на это Гессер. – Потому что с виду эти часы ничем от себе подобных не отличаются. Некоторые могут даже подумать, что часы остановились сами по себе.

– Это правильно! – озабоченно отозвался Кузовков. – Я непременно оформлю все документально, как только мы вернемся в город, и вы все распишетесь. Вы вовремя меня предупредили. Я как-то не подумал.

Но вскоре феномен остановившихся часов уже никого не интересовал, потому что примерно через полчаса Граф заметно заволновался, свернул с тропы и с деловым видом повел всех куда-то в сторону.

– Взял след, – объяснил Величко. – Не скажу, что тот, который нам нужен, но, судя по всему, где-то рядом должны быть люди.

Через минуту они вышли на освещенную солнцем поляну. Граф вырвался вперед и сосредоточенно обежал поляну, останавливаясь в местах, которые считал ключевыми. Люди молча следили за ним, провожая взглядом каждое его перемещение. Им было над чем подумать.

Несомненно, на этой поляне останавливалась какая-то компания. На траве валялись окурки, обрывки промасленной бумаги, консервные банки и пластиковые бутылки из-под кока-колы. Пришельцы явно не заботились о том, чтобы сохранять природу в первозданной чистоте. Но не это было самым шокирующим – на дальнем конце поляны Граф нашел вместительный добротный рюкзак, распотрошенный и смятый. Вещи, которые в нем хранились, были разбросаны в разные стороны – одежда, продукты, туристическое снаряжение, туалетные принадлежности.

– Интересно! – звучно сказал Конюхов, присаживаясь около рюкзака. – Судя по набору предметов, хозяин рюкзака намечал себе длительную прогулку. У меня возникает подозрение, что прогулка не получилась.

– Только не говорите, что его похитили инопланетяне, – проворчал Грачев. – Судя по объедкам и мусору, здесь останавливалось несколько человек.

– Верно, – кивнул головой Конюхов, поднимаясь и переходя к тому месту, где проходило пиршество. – Водки не пили, консервы в пищу употребляли дорогие. Однако вели себя как свиньи, что наводит на размышления.

– Вы что имеете в виду? – ревниво поинтересовался Кузовков.

– Я имею в виду, что здесь, вероятнее всего, был осуществлен акт насилия, – сказал Конюхов. – Старательно собранный рюкзак сам высыпаться не мог, согласны? Тем более глупо бросать такую вещь. Ни один человек в здравом уме так не поступил бы. Остается одно – некий турист нарвался в лесу на группу какой-то урлы, и это вышло ему боком. Одно радует – я не вижу следов борьбы. Возможно, обошлось без кровопролития. Однако кто знает?… Ваша собачка может взять след?

– Без проблем, – ответил Величко, давая Графу хорошенько обнюхать брошенный рюкзак. – Только есть одна закавыка, старлей. Это явно не сегодняшняя была встреча. Участники давно разошлись.

– Если они все разошлись, это просто здорово, – заметил Конюхов. – Если я удостоверюсь, что они все разошлись, я буду просто счастлив.

– Не знаю, – сердито сказал Грачев. – Наверное, это важно, но, по-моему, вся эта история не имеет никакого отношения к Хамлясову.

– Как знать? – возразил Величко. – Не так уж много народу тут бродит. Между этим рюкзаком и Хамлясовым может быть какая-то связь.

– Скорее уж с тем шаром, который мы видели ночью, – заявил Грачев. – Но будь по-вашему. Все равно у нас нет пока другого следа. Но учтите, если Граф повернет сейчас назад, все тут же и закончится.

Граф не стал поворачивать назад, но он потащил спасателей через такие дебри, что даже добродушный Мачколян вскоре не выдержал и принялся ругаться как сапожник.

– Потерпите, – увещевал своих спутников Конюхов. – Вот увидите, этот след приведет нас куда нужно. Я это нутром чую.

Вначале след привел их в неглубокий овражек, на дне которого неожиданно обнаружились следы грубых ботинок, а также обрезок толстой палки, явно обструганной ножом. Никаких комментариев по этому поводу Конюхов давать не стал и просто двинулся дальше за Графом, который неутомимо мчался вперед.

Через некоторое время он привел всех еще на одну поляну, где также обнаружились следы чьего-то лагеря. Однако на сей раз все выглядело совершенно иначе – на траве не валялось никакого мусора, место, на котором разводили костер, было аккуратно присыпано землей. А около кострища Конюхов обнаружил отпечаток того же ботинка, что и в овраге.