Команда. Тайна опустевшего причала - Максим Шахов

– Сами же говорите, что обычный.

– Но проистекал он из совсем необычного места! Раньше лампочка горела только в будке у сторожих, а этот свет шел как будто из-под земли. Как раз оттуда, где располагался бетонный саркофаг реактора! Я решил присмотреться поближе, но неожиданно наткнулся на заграждение из колючей проволоки. Его точно не было здесь раньше. А дальше совсем интересно: из освещенного изнутри отверстия, как по вертикальному трапу, наверх выбрался вооруженный охранник. Не сторожиха, а именно военный! Я узнал форму Эстбата – элитной части эстонских сил обороны, принимавшей участие в операциях НАТО. Дело в том, что эта часть располагалась в «Пентагоне», наверно, года с 2002-го. На развалинах «оккупационных» сооружений обучали своих курсантов. Причем под присмотром инструкторов из НАТО.

Круус так и эдак прокрутил в голове странное наблюдение.

– Не вижу в этом ничего криминального. Возможно, из-за повышенной… э… опасности объекта решили поручить его охрану профессионалам…

– Ага, почти два десятка лет все было в порядке и всех устраивало, а тут «повышенная опасность». Не смешите меня!

Журналист лишь пожал плечами, а старый моряк разгорячился:

– Послушайте дальше! На другой день я решил во всем разобраться. Как бы не так! Мне не дали подойти и на сотню метров к объекту. Невесть откуда появился военный патруль из двух сержантов и приказал мне убираться подальше. Единственным их объяснением была «забота о сохранении моего драгоценного здоровья на территории со значительно повышенным уровнем радиации».

– Так, может…

– Нет, не может! – отрезал Сычев. – Я несколько ночей тайно наблюдал за объектом. Там определенно шла какая-то работа. Даже приезжал грузовой автомобиль и что-то увозил. А может, и привозил. Правда, кроме охранников и грузчиков, мне никого увидеть не удалось.

Оба собеседника замолчали. Теперь пиво заказал журналист. Обдумав явно заинтересовавшие его сведения, он решил окончательно уточнить главный вопрос.

– У вас, Юрий Петрович, я чувствую, имеются свои объяснения этим событиям. Вы не прошли, так сказать, мимо, не оставили их без внимания, но и не стали самостоятельно осуществлять какие-либо действия. Вы обратились ко мне. Тогда уж делитесь честно и своими догадками!

Сычев уважительно посмотрел на Тойво. А журналист-то не промах! Поначалу ведь чуть не засыпал, а почувствовал «жареное», тут же сделал стойку. Вон глазки-то как заискрились! Чует, нюхом чует сенсацию. Что ж, с таким можно дело иметь.

– Никаких догадок нет. Я точно ЗНАЮ, что там происходит!

Моряк с заговорщицким видом огляделся по сторонам, потом низко склонился над столом, вынуждая то же самое сделать и Крууса, и выдал:

– Они «реанимируют» ядерный реактор!

Тойво ошалело уставился на собеседника:

– Ре… анимируют?!

Сычев утвердительно кивнул.

– Зачем?!

Теперь взгляд Юрия Петровича стал победоносным и покровительским. Вот-вот еще по-отечески похлопает Тойво по плечу! Но он объяснил коротко и просто, не акцентируя внимание на своем превосходстве в области специальных знаний:

– Действующий реактор позволит получать радиоактивные элементы, необходимые для создания ядерного оружия.

Вот так! И не меньше.

По тому, как логично и последовательно продолжил свои выводы старый моряк, было понятно: он все продумал досконально.

– Главное, изначально безошибочно определить, кто за этим стоит. От этого будет зависеть вся тактика предстоящей борьбы. Если это государственный уровень, тут надо привлекать международные силы. Ну хотя бы начиная с России и Евросоюза. А вот если это полная «нелегальщина»… – задумался Сычев, – придется, наверно, в Эстонскую службу безопасности обращаться, в КаПо.

– Неслабый уровень в любом случае.

– Поэтому я к тебе и пришел!

Моряк даже не обратил внимания, что перешел на «ты». Впрочем, и журналист тоже:

– Железная у тебя логика! Значит, если ты прав, то предлагаешь мне организовать и направить этакий маленький «крестовый поход»?

– А ты что, – в тон ему ответил Юрий Петрович, – предлагаешь сделать это «русскому оккупанту»?! Меня же никто даже слушать не станет! Выдворят на фиг в два счета. А скорее посадят.

Да-а-а… Ветеран-подводник, безусловно, был прав. Круус только раздосадованно крякнул и покачал головой. Над столом повисла напряженная тишина. Потом заговорил журналист:

– Вы, Юрий Петрович, человек военный и наверняка предпочитаете прямой ответ. – Моряк кивнул. – Что ж… Ваш рассказ меня заинтересовал… – последовал еще один одобрительный кивок, – но ни в чем не убедил. Постойте возражать! Слишком мало фактов. Вы делаете определенные выводы, опираясь… как бы это выразиться… на свои технические знания и большой личный опыт работы на подобных объектах, а истина может лежать совсем в другой плоскости.

– Например?

– Ну… может, военные решили использовать свободный участок под какой-нибудь свой склад…

– Нашли бы что-то более подходящее, чем бывший действующий ядерный объект, на котором до сих пор полным-полно радиоактивных отходов!

– Так вот, может, и занимаются вывозом этих отходов!

Сычев посмотрел на журналиста, как на неразумного ребенка:

– Я не буду утомлять вас описанием целого комплекса крупномасштабных мероприятий, которые обязательно сопутствовали бы подобной акции. Нет! Это нереально.

– В конце концов, военные могут просто отрабатывать какие-то свои задачи или готовить объект к предстоящим учениям… Короче! – Чуть повысив голос, Круус прервал попытку Сычева вновь перебить его. – Теперь поверьте моему специальному опыту. Когда фактов недостаточно, я их стараюсь раздобыть. И это – единственный реальный и надежный путь. Мне потребуется определенное время, чтобы по своим каналам собрать максимум материала. И только потом можно будет организовать… э… «выезд на натуру». Вы меня понимаете?

– Да. Если говорить честно, это самый лучший ответ, на который я рассчитывал. Возможно, по своим каналам вам удастся получить какие-то новые сведения. Я буду ждать. Постараюсь теперь не выпускать наш объект из поля зрения…

– А вот этого не стоит делать! Если ваши подозрения обоснованны, то и повышенный интерес не останется без внимания. Ни к чему раньше времени никого настораживать.

Юрий Петрович неохотно согласился.

– Просто возвращайтесь домой и продолжайте свое размеренное пенсионное существование. Оставьте мне телефон, по которому я смогу с вами связаться.

– Да, конечно. Только… мобильники у нас в Палдиски сильно «капризничают», редко удается дозвониться в любую сторону. Так что лучше пользоваться стационаром.

Они еще минут пять посидели в кафе, допивая пиво и обмениваясь ничего не значащими фразами. Затем расплатились, вышли из подвальчика на узкий тротуар и разошлись в разные стороны: Юрий Петрович Сычев направился на железнодорожный вокзал, чтобы на электричке уехать в Палдиски, а Тойво Круус поспешил на свою съемную квартиру. Он действительно был заинтересован, ему не терпелось добраться до своего компьютера и погрузиться в бездонные пучины Всемирной паутины Интернета…