Разведывательно-диверсионная группа. «Тюлень» - Андрей Негривода

– Так точно! – гаркнул Сергей, подбегая к строю. – Тащ старш, шерше тать трой?[4]

– Я тебе не «тащ», салабон!!! Так! После занятий, вы оба, ко мне! На «чистку чайников»! А потом, за нарушение пойдете в «ЧК»! Стать в строй! На-пра-во!!! На полигон, на «форсаже» бегом ма-арш!!!

...Отделение бегом отправилось на водолазный полигон, чтобы отработать очередные учебные погружения...

...Сергей смотрел на пузырьки воздуха, поднимавшиеся к поверхности воды, и чувствовал, что если он пробудет под водой еще хоть немного, то всплыть на поверхность уже не сможет... Здесь, на водолазном полигоне, на глубине 12 метров, его измученный желудок, казалось, сжался в комок и замер. Только вот... Боль... Боль стучалась в висках и ушах, не давая сосредоточиться...

«...Терпи! Еще немного, Серый! Совсем немного!..»

Ему казалось, что время замерло... Ему хотелось двигать секундную стрелку, которая почему-то стояла на месте, быстрее, но... Он ждал сигнала...

Резкий рывок «конца» вывел Сергея из странного состояния полуспячки, полу-«непонятно чего»...

«...Все! Я выдержал! Теперь наверх!..»

Он, как и положено, всплыл не торопясь, поднялся в своем, «легководолазном костюме» по небольшому трапу на пирс, снял маску, загубник и...

– Такое бывает, матрос... С непривычки... – к нему подошел «старый» мичман, начальник по водолазной подготовке, и участливо склонился над Сергеем. – Со всеми бывает... И со мной было когда-то... Водички попей – оно и полегчает...

Но водичка не помогла... Желудок Сергея дергался внутри его организма, как припадочная бешеная селедка, и пытался выбраться наружу, заставляя своего хозяина издавать звуки дикого осла...

«...Дурак! От же дурак! – думал Сергей. – На кой хрен я эти абрикосы ел?! Ведь зеленые же еще совсем! Вот же идиот!..»

– Что тут у вас, Бабич?

К «комоду», который уже и сам успел испугаться за салагу, подошел командир взвода лейтенант Караулов:

– Что происходит, старшина?

– Не знаю, тащ нант... Рвет малого... Уже наизнанку весь вывернулся...

Лейтенант нагнулся над лежавшим на досках пирса в позе эмбриона Сергеем и посмотрел в его бледное лицо:

– Давно это у тебя, матрос?

– Всю ночь... – простонал Сергей.

– Почему не доложил своему старшине? – грозно свел брови взводный.

– «Скафандр» получить хотел... Я же сегодня норму сделал...

Офицер уже с удивлением смотрел на Сергея:

– А если бы завернул ласты, на хрен? Если бы под водой «травить» потянуло»?

– Я не утону, тащ нант... – вымученно улыбнулся Сергей. – Я плавать умею, почти как барракуда...

– Так! – Лейтенант выпрямился и посмотрел на «комода». – Эту, бля, барракуду бегом к «Айболиту»! Возьми еще кого-нибудь, старшина, и бегом! И доложить мне потом!

Понятное дело, что «вторым» был Сашка Наливайко! Они подхватили Сергея под руки и действительно бегом понесли его в медсанчасть...

...Сергей тогда задержался у медиков на целую неделю, – зеленые абрикосы сделали свое поганое дело, – а когда вернулся в родной «кубарь», то сразу же предстал пред ясные очи взводного:

– Тащ нант! Матрос Губочкин по вашему приказанию прибыл!

Сухощавый, невысокий лейтенант Караулов хоть и был «всего лишь лейтенантом», но пользовался в отряде заслуженным уважением – он уже успел побывать «за бугром»... Два года назад... И поучаствовать, активно поучаствовать(!) в разминировании египетского порта Хургада, за что и носил на кителе орден Красной Звезды...

Строгий, но справедливый Атас, он никогда не придирался «зазря» к своим подчиненным, за что те отвечали ему своей преданностью и, наверное, любовью...

– Объясни-ка мне, салага, почему ты, будучи в состоянии дохлой камбалы, не доложил об этом своему старшине или НачВП и полез под воду?

– Виноват, тащ нант!

– Ну, это и так понятно!

– Думал, что сумею выдержать...

– И выдержал?

– Так точно!.. Это мне только потом плохо стало...

– А до погружения, значит, было хорошо?

Сергей помялся немного и признался наконец.

– Плохо было... – сказал он и тут же остро взглянул на лейтенанта. – Только я с Сашкой вместе призвался, и мы всегда погружались в паре! Если бы я не пошел тогда, то и Санька со значком пролетел бы...

– Кто такой Санька?

– Матрос Наливайко.

Атас внимательно посмотрел на Сергея:

– Не хотел, значит, друга подставить?..

– Так точно!

– А если бы захлебнулся?

– Так Санька же рядом был!

– Значит, вы команда?

– Наверное... – пожал плечами Сергей.

– Значит, так! – лейтенант, видимо, принял какое-то решение. – Раз вы команда... Доложишь Бабичу, что я за нарушение дисциплины объявил вам обоим по два наряда вне очереди.

– Есть два наряда вне очереди!

– Хм-м... Команда...

Офицер прошелся по крохотной канцелярии и остановился в метре от Сергея:

– Ты в школе как учился?

– Средне... – признался Сергей.

– А с химией и физикой у тебя как было?

Вот тут-то матрос и расплылся до ушей:

– А с этим – «отлично»!.. Я вообще механику люблю всякую, а с химией... Реакции там всякие... Раз как нахимичил, чуть полшколы не взорвал!.. Целый угол как зубами кто выгрыз!.. Хорошо, хоть не узнали, а то точно выгнали бы...

– Зубастый, говоришь? – улыбнулся взводный. – И плаваешь, как барракуда?

– Мастер спорта...

– Ну, что ж... Плыви, Барракуда, к старшине, бери на буксир своего Сашку и вперед, на камбуз к шефу – на «ЧК»!

– Есть!

– А потом мы разберемся, как применить твои пристрастия к химии и физике...

... С того самого момента Сергей и стал Барракудой. И никто никогда даже не и пытался оспорить это его новое имя – очень уж «зубастым» оказался этот паренек... А «школьные пристрастия» с подачи лейтенанта пошли Сереге на пользу – теперь его все больше и больше тренировали именно в минно-взрывном деле...