Убить бессмертие - Сергей Зверев

— Успокоил! — грозно раздалось в трубке. — Вижу вас на карте всех. Какие планы?

— Проводим рекогносцировку, пытаемся вычислить наиболее вероятные пути движения бандитов. Практически уже выдвигаемся.

— Ясно, — отчетливо послышалось в голосе начальника недовольство. — День впустую, результата ноль, а бандиты от вас ушли. Так?

— Князь, ну, зачем передергивать! — возмутился Стусло. — Мы на хвосте, все под контролем, и завершение операции — дело одного дня. Не забывай, что тут тайга непролазная, а не Невский проспект. Сейчас роли распишем, маршруты наметим и рванем!

— Давай без показного рвения! Включи громкую связь, пусть все послушают. Я получил кое-что на этого шустрого ученого.

Борщевский хмыкнул и нажал кнопку «конференц-связи». Все пододвинулись к нему и настроились слушать.

— Леонид Владимиров, — начал цитировать шеф, — двадцати семи лет. Аспирант научного центра «Байкал», специалист по нанобиомедицинским технологиям, выпускник физического факультета Читинского университета. Работает в теме той самой лаборатории, из которой и произошло хищение нового препарата. Суть изобретения вам не нужна, вы все равно в этом деле лопухи.

— Это многое объясняет, — ехидно ответил Стусло. — А мы-то голову тут ломаем. Аспирант, вот в чем дело!

— Закончил? — ледяным тоном осведомился шеф. — Тогда слушайте дальше. Учтите, что этот Владимиров мастер спорта по армейскому рукопашному бою[12]. В свое время завоевал третье место на Мемориальном турнире, посвященном генералу Маргелову, и первое место на чемпионате военного округа. А кандидата в мастера он получил еще в юниорах до армии. И учтите, что парень этот местный, и не просто местный, а уроженец этих мест. Не попадитесь там ему под горячую руку.

Все трое переглянулись, но никто не стал комментировать информацию.

Хрустя сухими ветками под ногами, Волк подбежал к своим людям. Сыч тяжело дышал, но продолжал ходить кругами, все увеличивая их диаметр. Он проводил спиральный поиск, как это делают собаки, когда теряют след. Вован сидел на поваленном стволе и смачно сплевывал. Точнее, пытался сплюнуть, но во рту у него было сухо, как в Сахаре. Было видно, как под курткой вздымается и судорожно опадает его тщедушная грудь.

— Не… — вытирая лоб рукавом, пытался возразить Вован, — ни хрена. Он как на крыльях улетел. Во лось здоровый!

— След потеряли? — прорычал Волк и со злостью пнул подвернувшуюся корягу. — Попасть в него не могли? Пальбы было, аж в Чите слышно, а толку…

— Он из наших, — проворчал Сыч, присаживаясь и рассматривая какой-то подозрительный участок земли.

— Что значит «из наших»? — тут же заинтересовался немного отдышавшийся Вован и полез нащупывать в кармане сигареты. — «Сиделец» бывший?

— Нет, — спокойно возразил Сыч. — Бывший боец элитного спецподразделения. И навыки, и повадки…

— А если не бывший? — зло вставил Волк, озираясь по сторонам и не выпуская пистолета, который держал стволом вниз двумя руками.

— А если бы не бывший, то он был бы с оружием и перещелкал нас, как куропаток. Как еще мы не напоролись на одну из ловушек. Он, между прочим, спокойно прошел все растяжки.

— Мог просто идти другой дорогой, — с сомнением сказал Волк.

— Мог, — согласился Сыч. — А скажите мне, как он нас нашел?

— Жуть какая, — проворчал Вован, закуривая и с наслаждением выпуская в воздух струю дыма. — Слышь, чуваки, его валить надо. Нам такой подарок не нужен. А если он сейчас зырит на нас? Или целится?

— Было бы из чего, ты бы уже не сидел, — ответил Волк и, плавно переступая, направился в сторону звуков текущей воды. — Сыч, не ищи! Он к воде пошел, к камням. Там следов не бывает.

Они стояли втроем у реки, которая журчала и пенилась под камнями, поднимая периодически фонтанчики брызг. Волк долго осматривался вокруг, потом подозвал уголовника к себе:

— Ну, Вован, ориентируйся, куда мы ушли от лагеря и как нам лучше вернуться.

— Так вон. — Вован повернулся лицом к сопкам и показал на солнце. — Мы на север шли, солнце смещалось вправо. Примерно…

— Давай, рожай быстрее! — прикрикнул Волк. — Куда идти?

— Можно вдоль реки, так мы хоть время сэкономим. А через тайгу опять ломиться…

— Почему ты уверен, что мы этим путем к лагерю вернемся?

— Так… как это… вода, она же все время сверху вниз течет оттуда, где выше, и туда, где ниже. Если здесь таких речушек несколько, то они, ясный перец, сойдутся.

— Сдается мне, что ты, Вован, не самый умный здесь, — задумчиво проговорил Волк.

— Че это? — сразу набычился Вован.

— Наш друг тоже ушел этим путем. Нет тут другой дороги. Она либо мимо нас, либо вдоль реки по камням. Мимо нас он проходил? Все, погнали! За мной! И смотреть под ноги. Я бы на его месте пару растяжек снял, чтобы нам же сюрпризик приготовить. Сыч, замыкаешь!

Размеренный бег вымотал Вована до предела. И когда Волк понял, что уголовник буквально валится с ног, он приказал ему сбавить темп и двигаться самостоятельно. Теперь они с Сычом поднажали и бежали, уже не таясь. Очертания сопок были знакомы, значит, они подходили приблизительно к своему последнему лагерю, где оставили пленницу под надзором Дамира. Странным было то, что оба не чувствовали запаха костра.

Вован не ошибся, знал этот утырок тайгу. Бывшие спецназовцы в самом деле вышли вдоль берега реки к лагерю. Волк, бежавший первым, обернулся и показал рукой на нос. Сыч принюхался и тоже уловил запах крови. Через минуту они подошли к поляне, где висел труп заложника. Брошенное на полиэтилене у воды человеческое мясо исчезло, да и сам полиэтилен был скомкан так, как будто на нем барыню плясали.

Волк присел и присмотрелся к следам небольших лапок. Сыч поймал его многозначительный взгляд и пригнулся с пистолетом на изготовку, обходя поляну по периметру. Ничего подозрительного, если не считать, что лужу крови, натекшую под подвешенным трупом, вылакали хищники: или лисы, или росомахи.

Волк поднял руку и сделал знак двигаться в сторону лагеря линией. Сыч ответил знаком, что понял. Оба выглядели хмурыми и сосредоточенными. Ничего хорошего они впереди для себя не ожидали.

Осторожно раздвигая траву и отодвигая ветки кустарника, бывшие спецназовцы преодолели расстояние до своей поляны и сместились к западу так, чтобы поляна оказалась между ними и рекой. Потом Волк первым двинулся, все так же знаком приказав Сычу прикрывать. Он присел на одно колено на краю поляны, обвел взглядом и дулом пистолета все пространство и только потом поднялся в полный рост. Все было очевидно, все было понятно, все было очень плохо.