Выбор оружия - Андрей Кивинов

– На срок намекаете? А за что нас судить, если мы всего лишь свое забрать хотели? Около года назад связались с одним человеком. Мы его и раньше знали, нормальным казался, даже дела какие-то совместные были. Он тему предложил, ничего криминального, но заработать можно было неплохо. Долго рассказывать, как получилось, но в результате оказались мы в должниках. Не думаю, что с самого начала все было подстроено, по-моему, нам просто не повезло. Парень, который всю бодягу и замутил, на Украину к родичам подался, а нам пришлось расхлебывать. Тогда этот Максим и объявился, он с кредиторами нашими был связан. У нас, конечно, тоже бандиты знакомые есть, но что-то не срослось, и защитить нас они не смогли. Может, в молодости с ним по одной «груше» колотили, а может, там и другие расклады – нас, конечно, никто в них не посвящал. Просто посоветовали о машине забыть. Мы и забыли – на какое-то время, пока с долгами рассчитывались. Потом, конечно, обидно стало: и на бабки попали, и без тачки остались. В милицию, ясное дело, соваться не стали…

На втором этаже, в кабинете уголовного розыска, Валентин отложил авторучку:

– Все. Скажите, а меня сегодня отпустят домой?

Прочитав его показания, Кузенков, с трудом! сохранял непроницаемое лицо, побежал искать Волгина. Для обсуждения ситуации они устроились на жестких стульях в конце коридора.

– Казначеев уже несколько дней как не работает, – остудил Сергей пыл коллеги, который собрался мчаться в батальон ППС и всех вязать. Знаешь, у меня такое ощущение, что это именно он звонил по «02», – надо будет завтра переписать пленку, послушать голос.

– Может, мы его через час уже задержим?

– Он снимал квартиру, у меня где-то остался адрес. Но очень сомневаюсь, что он нас там дожидается…

* * *

Облаченные в милицейскую форму, Казначеев и Фролов вели наблюдение за магазином из кабины «фиата». Перед выходом на дело Казначей, незаметно от Семена, успел ширнуться, и потому сейчас не чувствовал страха. Наоборот, ему казалось, что удача повернулась к ним лицом, и до рукопожатия с ней осталось сделать последний шаг.

– Скоро пойдем, – сказал Артем, опуская бинокль. – Смотри, ни одного покупателя!

– Не рано?

Семену очень хотелось, чтобы их затея сорвалась. Сорвалась независимо от них. Что-нибудь вроде внезапного переучета или сломавшегося перед магазином автобуса с ОМОНом. Тогда можно будет сохранить лицо, сказав Казначею, что ковбой в одну лужу два раза не падает. Коли им так не везет, надо продавать пистолет и машину, платить бандитам, а потом думать, как заработать на жизнь. Аргументы, которыми Казначей склонил его принять участие в нападении, больше не казались убедительными, но чувство товарищества мешало изменить принятое решение.

– А может, не будем? – неожиданно для себя предложил Фролов.

– Боишься? – развернувшись к нему всем корпусом, Казначей оскалился, и Фролов замер,не веря своим глазам.

Ему казалось, он смотрит на мертвеца. Пустые глаза, обнажившая скулы истлевшая кожа, два ряда желтых, необычайно крупных зубов.

– Прорвемся, – сказал Казначей. В кармане завибрировал пейджер. Включив подсветку, Артем прочитал сообщение про себя и повторил его вслух:

– «Срочно позвони мне на трубку. Валентин». Ишь ты, приспичило ему! Где ж ты был раньше, когда я тебя сам искал? – Казначей оглядел пустынную улицу. – Неоткуда, да и некогда нам. Вот потом – с удовольствием. И созвонимся, и встретимся…

Убрав пейджер, Артем похлопал Семена по плечу:

– Есть у меня еще одна идейка, где можно заработать.

– Где?

– Потом скажу. Ну что, перекурим, и в путь?

Сигареты сгорели мгновенно. Открыв дверь. Казначей громко выдохнул и перекрестился…

* * *

После того, как Валентин сделал сообщение на пейджер, несколько минут все напряженно ждали, но лежащая посреди стола «Моторола» не звонила.

– Чего и следовало ожидать, – подвел итог Волгин. – Гуляет наш Тема. Вполне возможно, что в эту самую минуту он подъезжает куда-нибудь к Краснодару. Да?

Вопрос адресовался задержанному, и тот не преминул в очередной раз продемонстрировать раскаяние:

– Извините…

– Запросто. Но покаяние должно быть деятельным.

– Я уже все написал.

– Днем ты говорил, что вообще ничего не знаешь. Давай-ка еще раз припомним, откуда ты должен был забрать свою машину?

– Да не знаю я, где у этого человека гараж! – Перекатников приложил руку к сердцу.

– Как вы сами не понимаете, что никто мне такой информации не даст? У него и имя-то

–Иван, – я думаю, не настоящее. Связывались по сотовому телефону, а того человека, который нас познакомил, сейчас вообще нет в городе, он в Штатах по полгода живет, теперь приедет не раньше ноября. Пожалуйста, я написал вам его данные, проверяйте!

– А Брошкин?

– Да не знаю я никакого Брошкина! А что касается моего телефона, то он, простите, может быть у кого угодно, я в бизнесе уже десять лет.

– Звони Ивану.

Перекатников набрал номер и механический голос опять ответил, что обслуживание абонента временно приостановлено.

– Я не знаю, чем еще вам помочь.

– Ты не нам, ты себе помогаешь. Валентина выставили из кабинета за дверь и провели краткое совещание. В его разгар позвонил Катышев. Кратко обрисовав ситуацию, Волгин высказал свои предположения:

– Где дохнет Казначей – неизвестно. Удастся ли установить Ивана без его показаний – под вопросом. Максима установили. У нас он нигде не светился, а более подробно сейчас, как ты понимаешь, не проверить. Вроде бы проживает по месту прописки, но пока его дома нет.

– Надо ставить засаду. Вас там сколько человек?

– Василич, мы весь день отпахали! Тем более, сейчас его задерживать нет смысла. Сомневаюсь, что он расколется на пустом месте. Завтра узнаем результат вскрытия, почитаем уголовное дело по Брошкину, пленку в главке перепишем…

– Слышишь, Волгин, ты мне паникерские мысли прекрати! Поперечному звонил? Плохо! Созвонись с ним, скажи, что нужно дело возбуждать и этих двоих клоунов тормозить на трое суток, а я к вам выезжаю. На месте решим, что к чему.

Катышев был человек действия, и если стояла дилемма: выбить дверь или ждать, пока откроют он не тратил время на звонки.

Сергей набрал домашний номер следователя.

– А он еще не приходил, – сказала мама. – Это с работы? Что-то случилось?

– Пусть перезвонит, у нас для него хорошие новости…

– Надеюсь, ему не придется никуда ехать? Ведь уже так поздно…

На всякий случай Волгин перезвонил в кабинет прокуратуры. Пока тянулись длинные гудки, вспомнил своих родителей. Он отработал в милиции уже лет пять, а мама все рассказывала ему, как опасно пускать в квартиру неизвестных и гулять поздним вечером…