Заявка на подвиг - Иван Стрельцов

Через двадцать минут он заехал за приятелем. Чика уже его поджидал, в нетерпении танцуя на промозглом ветру возле пивной.

– Наконец-то, – недовольно буркнул бывший уркаган, обиженно хлюпая носом.

– Что-то выяснил?

– Выяснил, выяснил. – От Чики разило дешевым пивом и соленой рыбой. Вместо того чтобы начать излагать разведанную информацию, он небрежно бросил: – Приедем к Тарану – там и расскажу. Чего лишний раз помелом махать? Не дворник же…

Сергей обиделся, но виду не подал, свои новости также выкладывать не торопился…

Запасная точка бригады Тарана находилась в нескольких километрах от Питера, на заброшенном хуторе. Анатолий когда-то скупил здесь у районной администрации три полуразвалившихся двора, оформив их на «липовый» паспорт, как фермерские хозяйства. Дома восстановили, сделав изнутри вполне комфортабельными, а по периметру обнесли трехметровым забором, больше походившим на крепостной частокол времен Степана Разина. Внутри постоянно находились четверо крестьян из ближайшей деревни, они следили за хозяйством, топили зимой печи, прогревая дома, и кормили сторожевых собак – четырех азиатских овчарок.

«Хуторок» имел двойное назначение. Сперва Таран думал, что это будет аэродром подскока в стратегии «завоевания» Санкт-Петербурга, но позже «хутор» стал запасной базой, куда теперь перебрался и сам пахан.

Поездка за город нисколько не удивила Чикского. Матерый уголовник давно привык к тому, что криминальная жизнь полна внезапных изменений.

Когда «Нива» подъехала к массивным воротам из листовой стали, Бес надавил на клаксон, на рев которого вскоре появилась пара «батраков», бросившаяся тут же отворять тяжелые створки. Рыкнув форсированным двигателем, внедорожник въехал в широкий проем. Весь двор «хуторка» был плотно забит «братскими» тачками. Как парнокопытные на скотном дворе, различные иномарки занимали все пространство.

– Ого, вся армия трясогузки в сборе, – наигранно хохотнул Чика, его наметанный глаз из груды самодвижущегося металлолома выхватил знакомую «Тойоту». Он не удержался от комментария: – И эти здесь, чудны дела твои, господи. Прямо как в сказке: чем дальше, тем страшнее.

«В самую точку подмечено», – согласился в мыслях с напарником Сергей, но промолчал, все еще держа на него обиду.

Покинув салон, братки вразвалочку подошли к центральному зданию, двухэтажному срубу, возведенному по хозяйской прихоти в виде Берендеевого терема.

Внутри оказалось полно народа, все кресла, диваны, стулья и даже доставленные из кухни табуретки были заняты крепко сбитыми, коротко стриженными парнями. У большинства лица были отмечены шрамами бандитских спаррингов.

Сам Таран вместе с двумя азиатами сидел в центре гостиной.

Оказавшись в большой комнате, Чика стащил с головы вязаную шапочку, кивнул собравшимся в знак приветствия и отошел к стене, Сергей встал рядом с ним.

– Все собрались, можем начинать, – обведя присутствующих тяжелым взглядом, деловито проговорил Таран.

– Ты глянь, чисто колхозное партсобрание. Только трибуны не хватает, – скривив рот, шепотом произнес Чика, обращаясь к Бесу. Тот лишь крепче сжал зубы.

– «Тема», в которой мы заняты с нашими партнерами, – Таран кивнул на азиатов, – немного изменилась.

– Чего, «бобра» окучивать не будем? – подал голос один из братков.

– Будем, – сказал пахан. – Только позже. А сейчас нам предстоит другой расклад. Прошу вас, дружище. – Таран кивнул маленькому желтолицему человеку с густыми черными волосами, обильно набриолиненными. Тот встал с массивного деревянного стула, развернул свернутый рулоном большой плакат на манер тех, что изображают различных «звездулек». С этого плаката на братков смотрел молодой человек явно кавказской национальности.

– Для того чтобы надавить на барыгу, нам нужен этот парень. А он сбежал и где-то скрывается. Сперва мы обратились к Анатолию Васильевичу с просьбой отыскать его. Но вскоре выяснилось, что к барыге приехал неизвестный гость.

С этими словами азиат развернул второй плакат, где был запечатлен крепко сбитый мужчина лет сорока, с волевым лицом и подозрительным прищуром. Внешность самая обычная, весьма распространенная в современную эпоху. Тип с плаката мог быть как уголовным авторитетом, чекистским или ментовским опером, «солдатом удачи», так и профессиональным телохранителем.

– Мы вовремя навели о госте справки, оказалось, что это московский высококлассный частный детектив, некто Глеб Кольцов, – сообщил браткам Джон Лонг сведения, полученные от своего милицейского информатора. Он даже не подозревал, что получил лишь верхушку айсберга. «Архивариус» сообщил заказчику только то, что удалось снять с открытых источников. И умолчал о том, что основные сведения засекречены ФСБ. – Наш оппонент хочет с его помощью отыскать беглеца. После некоторых размышлений мы решили, что не стоит путаться у профессионала под ногами. Это только затянет процесс поиска. Поэтому мы пойдем другим путем. Сыщику нужно прицепить мощный «хвост» и ни на секунду не выпускать его из виду. А когда москвич найдет беглеца, оттеснить его и захватить мальчишку. Как в этом случае действовать, не мне вас учить. Вопросы будут?

Обсуждение мелких деталей заняло меньше получаса, потом восточные гости сдержанно попрощались и покинули «хуторок»…

Отъехав с километр, «Тойота» остановилась. Миниатюрный Джон Лонг посмотрел на гиганта Ван Ю Ву и с бесстрастным лицом спросил:

– Они не скоро найдут нашего «клопа»?

– Не скоро, – с обычной самодовольной усмешкой заверил его Ван Ю. – «Жучок» я спрятал за иконой в красном, как это у русских называется, углу. А они туда заглядывают только по большим праздникам, чтобы протереть пыль.

Ван Ю толстым пальцем нажал несколько клавиш автомагнитолы, ярко вспыхнула приборная панель приемника, а из динамика донесся гул множества голосов, как это обычно бывает в дешевых пивных заведениях. Видимо, братва что-то бурно обсуждала. Наконец пробился голос Тарана, он сразу заставил всех замолчать, а когда наступила тишина, веско заявил:

– Ты, Чика, мастер народ шугать, если до старости доживешь, будешь для внуков придумывать сказки-страшилки, чтобы они с перепугу обсирались.

Кто-то из бандюков засмеялся, но тот, к кому обращался пахан, оставался непреклонен.

– Говори что хочешь, Таран, только знай, что твои косоглазые дружки подставляют не только тебя, но и нас всех. Тебе в уши эти желторылые обезьяны ссут про Кутепова – и «барыга», и «бобер», и «разденем», «разведем», а то, что в советском прошлом этот «барыга» был орденоносным полковником КГБ, сообщить забыли. Как, кстати говоря, забыли добавить, что в Питере, да и в других городах России, все группировки типа тамбовских, солнцевских, казанских обходят его десятой дорогой и даже в мыслях не держат бодаться с этим «барыгой». А знаешь, почему?

В динамиках на несколько секунд повисла мертвая тишина, потом глухо прозвучал голос Тарана: