Ловушка для Бешеного - Виктор Доценко

А в результате? — нетерпеливо перебил Лайн.

До результата было еще очень далеко. Лето. Время отпусков. Персоны, от которых зависело принятие решения, благополучно отсутствовали. За это время неутомимый Кларк разработал уже и план операции.

Толковый? — ревниво спросил Лайн.

Мне его никто не показывал. Ты забыл, что ли, как в Пентагоне да и в нашей конторе, в Лэнгли, относятся к чужим планам, особенно если они плод, созревший в недрах администрации?

Прекрасно помню.

Но самое возмутительное было дальше! Президент дал команду согласовать план операции против «Аль–Кайеды» и довести его до ума, а пентагоновские мудрецы отказались его финансировать, ссылаясь на то, что их приоритетная программа — противоракетная оборона. Дошло до позорного торга, кто будет оплачивать стоимость беспилотного самолета–разведчика «Хищник».

Кто же торговался?

Наши боссы с боссами Пентагона.

Вот стыд‑то какой. — Лайн всегда подозревал, что борьба между собой силовых ведомств в любой стране, даже в Америке, намного важнее для них, нежели защита граждан.

Дальше больше. ФБР, исходя из распоряжения президента, попросила у министерства юстиции пятьдесят миллионов долларов на обучение специалистов- арабистов, аналитиков, на подготовку и внедрение агентуры в вызывающие подозрение исламские организации… Короче говоря, на довольно серьезную программу. И что ты думаешь?

Им, естественно, отказали, — вздохнул Лайн. — Похоже, наша вашингтонская бюрократия пострашней «Аль–Кайеды» будет, — невесело пошутил он.

Незаметно за разговором они выпили почти целую бутылку виски.

Могу тебе выдать страшную государственную тайну, о которой уже на всех углах трезвонят пресса и телевидение. Планируется крупная военная операция в Афганистане. Цель — уничтожить талибов и «Аль- Кайеду». Будут задействованы авиация и сухопутные специальные подразделения. Решение уже принято президентом.

Молодец! — одобрил Лайн.

Думаю, тебя изрядно позабавит то, что русская разведка обещала нам максимально возможную помощь во время операции. У них агентов в Афганистане осталось немало. Кроме того, решается вопрос об использовании нами бывших советских военных аэродромов в Узбекистане и Киргизстане.

Вот это здорово! — произнес Лайн и задумался.

— Слушай, «Джо», только не смейся над моим вопросом. — Не кажется ли тебе, что мы в Афганистане воевали не на той стороне? Если бы мы поддержали тогда русских, обе башни в Нью–Йорке были бы сейчас на месте. — Лайн был по–своему честный человек, и если задевались интересы Америки, то был способен признаться не только в чужих ошибках.

«Джо» помолчал. Он тоже всегда мыслил, учитывая интересы Америки:

Исходя из сегодняшней ситуации, ты безусловно прав. Поддержи мы тогда русских, не было бы ни талибов, ни «Аль–Кайеды». Но тогда, как ты помнишь, действовал непреложный закон «враг моего врага — мой друг». Политики считали, что в борьбе за мировое лидерство все средства хороши. А мы, люди служивые, просто выполняли приказ.

Таким неожиданным выводом закончилась встреча

двух старых американских «рыцарей плаща и кинжала»…

Благодаря «Джо» опытный оперативник Лайн ясно представлял себе, что происходило в верхних эшелонах американской власти… Обычная мышиная возня, целью которой было первым откусить от финансового пирога, и вечное чиновничье разгильдяйство.

Теперь перед ним стояла более сложная задача: установить, что же все‑таки происходило на нижних этажах, то есть в региональных отделениях ФБР. Любые прямые контакты были невозможны — никто ему правды не скажет. Но Лайн, как и его предки — фермеры и плотники, был хороший и дальновидный хозяин. У его давнего друга и помощника Эндрю Уайта имелась племянница Кейт, шустрая и пронырливая журналистка и при этом правильных, твердоконсервативных взглядов.

У нее, естественно, были прочные контакты в ФБР. Лайн, знавший ее с самого детства, попросил эту журналистку покопаться в этой истории как можно глубже. И Кейт действительно нарыла совершенно немыслимые истории.

Она примчалась с докладом к нему, дрожа от негодования:

Дядя Роджер, ну, это же просто черт знает что, чтобы не сказать крепче. Хоть ты можешь объяснить мне, что происходит в этой стране?

Пока, увы, не могу, дорогая девочка, — невесело улыбнулся Лайн. — Но давай все по порядку, может, твой печальный рассказ хоть что‑нибудь прояснит.

Тогда слушай. Летом региональные отделения ФБР получили из Вашингтона указание проверить лиц в основном мусульманского вероисповедания, проявляющих интерес к самолетам. Поскольку формулировка была обтекаемой, большинство просто не обратили на это внимания, а продолжали заниматься текущими делами. Но один парень, Кен Уильямсон из города Феникс в Аризоне, обнаружил нескольких подозрительных лиц, которые учились в летной школе в Аризоне. Он написал соответствующий рапорт и направил региональному руководству и в Нью–Йорк.

Он получил премию или повышение в звании? — ехидно предположил Лайн, догадываясь, каким будет ответ.

Представляешь, он получил… ноль реакции. — Кейт была искренне возмущена. — Но это еще не все. Вот тебе история почище. Некий марокканец по происхождению, но француз по паспорту, — Закария Мусади, — явился в Международную летную академию, что в штате Миннесота, и потребовал обучить его управлять «Боингом-747» за пять дней, при этом, естественно, скрывал, что он мусульманин. Все это показалось руководству академии подозрительным, и они сообщили о нем в ФБР. Мусади задержали, но никакого обвинения предъявить не смогли…

И отпустили? — — кипя от негодования, перебил Лайн.

Еще хуже, дядя Роджер, — вполне разделяя его чувства, продолжила Кейт. — Не отпустить его ума у них хватило. Но они вступили в длительные переговоры с французами — ведь он был гражданин Франции. А те так и не дали никаких конкретных фактов, позволивших сделать вывод о том, что он представляет хоть какую‑то опасность. Только после 11 сентября выяснилось, что этот тип не только должен был участвовать в захвате самолетов, но был одновременно казначеем всей группы, распределяя поступавшие к ним деньги…

Боже праведный! — воскликнул Лайн. — Откуда ФБР набирает таких идиотов!

Думаю, тут дело не только в идиотизме бюрократов, — задумчиво сказала Кейт. — Вот тебе напоследок еще одна фантастическая и таинственная история. Ты слышал, наверное, о Джоне О’Ниле?

Как же, он был руководителем управления по борьбе с терроризмом в ФБР. Крепкий и толковый мужик.

Когда в двухтысячном году террорист–самоубийца из «Аль–Кайеды» взорвал набитую взрывчаткой резиновую лодку под бортом нашего эсминца «Коул», стоявшего на рейде Адена, семнадцать воен–нослужащих погибли, а сам корабль чудом не затонул…

Да, большая трагедия, — тяжело вздохнув, кивнул Лайн.