Чемодан. Вокзал. Обойма - Кирилл Казанцев

– Ты заплатил ментам меньше, чем сто тысяч, – убежденно проговорил Тофик. – Выворачивай карманы и отдавай то, что украл.

– Возьми, если хочешь, – Андрей расстегнул «молнию» и отвел полу куртки, как бы предлагая.

Хайдаров протянул руку, но Ларин тут же схватил его за запястье и крепко сжал. Директор «Гермеса» даже присел от неожиданности и боли. Не ожидал он подобного от какого-то бригадира.

– А теперь слушай сюда, – спокойно проговорил Андрей, разжимая пальцы. – Я не люблю, когда со мной так разговаривают. Ты понял это?

Тофик тяжело задышал, опустился на стул и, морщась от боли, принялся ощупывать запястье.

– Я сегодня спас твою задницу, а ты даже спасибо сказать не хочешь. Допустим, я и взял бы из этой пачки половину. В чем проблема? Я назвал тебе сумму, и ты согласился ее заплатить за то, чтобы рабочие вернулись на стройку. Остальное – мои проблемы, мое искусство. Или я не прав?

Хайдаров смотрел на Ларина широко открытыми глазами, словно видел впервые. До этого никто из его людей не позволял себе говорить с ним в подобном тоне.

– Запомни, Тофик, всякое умение должно оплачиваться. Ты не сумел дать взятку, но зато это получилось у меня.

– Я тебя просто проверял, – проговорил директор «Гермеса». – Подозрительно мне стало, что тебе с ментами так легко договориться удалось.

– Не забывай – я бывший опер, и связи у меня остались. У тебя деньги не возьмут, а я подходы знаю. Ты для них чужой, а я свой. И в этом моя ценность. Если не веришь мне, так и скажи. На этом и расстанемся. Только учти – временами я злопамятный. Может так случиться, что к вечеру опять менты приедут и всех заберут. Что ты тогда делать станешь? Ну как, я пошел?

Хайдаров сопел, понимая, что перегнул палку. Он сам не заметил, как стал зависеть от своего же бригадира.

– Ладно, без обид, – наконец, проговорил он, – дело-то общее.

– Вот это уже разговор, – согласился Ларин, присаживаясь на шаткий письменный стол. – Просто я не люблю, когда со мной грубо разговаривают. Гордый я, понимаешь? И злюсь, когда из-за амбиций дело страдает. Ну, так что дальше делать будем?

Однако гордость – правда, своеобразная – была и у Хайдарова. Обычно люди его склада сильно зациклены на деньгах. Сумма может быть и небольшой, но свои интересы они блюдут свято, часто пренебрегая здравым смыслом.

– Хорошо. Ты остаешься. Работаем как раньше. Но деньги, которые у меня взял, – верни, – необдуманно поставил условие Тофик.

Ларин вытащил из кармана одну пачку пятисотенных купюр и бросил на письменный стол.

– Забирай мои пятьдесят тысяч, если я их не заработал, – сказав это, Андрей хлопнул дверью и вышел на улицу.

Он глянул на уже рассыпавшихся по металлическим конструкциям своих рабочих, на Фиделя Ивановича, в руках которого, переливаясь на ветру, играл бумажный план стройки. Махнул им рукой и зашагал к воротам.

«Павел Игнатьевич сказал бы мне сейчас, что я не прав. Возможно. Но я эту публику знаю отлично», – подумал Ларин.

Он шагал по разъезженной, разбитой колесами тяжелой строительной техники дороге, и подавлял в себе желание обернуться. Хотя точно знал, что несколько десятков глаз смотрят сейчас ему в спину. Однако умение «держать марку» являлось одной из сильных сторон Андрея. Ведь очень важно, чтобы это не ты сделал предложение, которое будет принято, а чтобы сделали его тебе, а ты бы еще поломался – принять ли его.

Кольцевая была все ближе и ближе. Уже явственно различался тяжелый гул машин, проносящихся по ней.

«Неужели я ошибся? Дугин мне этого не простит», – засомневался Ларин.

Андрей уже шагал по обочине Кольцевой. Проносящиеся машины обдавали его потоками ветра. Впереди виднелась автобусная остановка. Сзади посигналили. Ларин так и не обернулся – продолжал широко шагать. Сигнал повторился, на этот раз уже настойчивее. Рядом с ним поравнялся знакомый пучеглазый «мерс».

– Слушай, ну кто так делает, а? Я же только проверить хотел, – кричал, опустив стекло, директор «Гермеса». – Садись ко мне. Поговорить надо.

– Мы уже обо всем поговорили. Хватит.

Хайдаров тряс пачкой денег.

– Деньги возьми. Ты же их заработал и еще заработаешь, если ко мне вернешься.

Ларин почувствовал, что «клиент созрел». Если такой человек готов расстаться с деньгами, значит, другого выхода у него нет. Ведь в этом мире практически никто не платит за уже сделанную работу, если у него есть возможность не заплатить. Платят только за то, что будет сделано в перспективе.

Водители машин, вынужденные тащиться в хвосте у «Мерседеса», уже нетерпеливо сигналили. Андрей не стал искушать судьбу. Рванул дверцу, сел рядом с Тофиком. Машина набрала скорость.

– Ну вот и порядок, – произнес директор «Гермеса», протягивая пачку пятисоток. – Извини, – не слишком охотно добавил он.

– И ты извини за резкость, – примирительно произнес Ларин, опуская деньги в карман.

– Понимаешь, нервы ни к черту, – разоткровенничался Хайдаров. – Я же тебя почти и не знал до этого. Так, сестра твоя троюродная порекомендовала. Если б не она, я бы и не согласился. А теперь вижу – польза от тебя есть. И немаленькая. Всякий талант денег стоит. У меня тут дело одно крупное намечается, развернусь скоро сильно. Люди, вроде тебя, мне нужны.

– Я не отказываюсь, только едем мы не в ту сторону. Стройка-то позади осталась. Мои мужики там.

– Забудь ты и об этих мужиках, и об этой стройке. Там без тебя разберутся. Нового бригадира им пришлю. Не с твоими талантами этой работой заниматься. Втрое больше получать будешь. Согласен?

– Тогда я даже не спрашиваю, какая работа меня ждет, – усмехнулся Ларин.

– Вот видишь, умные люди всегда договорятся. Может, поспорят немного, но в итоге придут к общему мнению. А вообще, Андрей, я тебя поздравляю – ты на новый уровень выходишь.

– Ну прямо как в компьютерной игре, – рассмеялся Ларин. – Только жилье мне нужно. В Москве у меня никого нет. И еще два дня выходных, как компенсацию за отсидку.

– И это не проблема. Все устрою. По рукам?

– По рукам, – ответил Андрей и ударил ладонью о ладонь Хайдарова, как это делают продавцы с покупателем на восточном базаре.

Тофику явно хотелось поговорить еще о чем-то важном для него. Но он тянул с разговором. Пока директор «Гермеса» явно желал вернуть к себе доверие Андрея. Несложный психологический прием: сперва сделать человеку приятное, исполнить его желания, а уж потом перейти к делу.

– Два дня отдыха, – зевнул Хайдаров. – Я бы тебе и неделю дал, но дел выше крыши. Понимаешь? Сейчас мы тебе все в лучшем виде устроим. Хочешь, и девочку найду. А?

– В вопросах с женщинами у меня свои заморочки, – предупредил Ларин. – Женщина должна у мужчины быть одна. Ни с кем ее делить не собираюсь.