Отвлекающий маневр - Сергей Зверев

Лифт, будто ждавший его, гостеприимно распахнул двери и быстро спустился на первый этаж. В холле Альберт едва не столкнулся с двумя парнями, на которых он не обратил никакого внимания. А зря…

Парни были чем-то похожи друг на друга, хотя были они совершенно разного роста и комплекции, но выражение лиц – одинаковое, не оставлявшее сомнений в их корпоративной принадлежности. И если бы Альберт Филозович дал себе труд чуть внимательнее присмотреться к этим парням, то он бы понял, что парни эти из ведомства, родоначальник которого считал, что его подчиненными могут быть только люди с холодной головой, горячим сердцем и чистыми руками. Но что-то не заладилось с самого начала и получилось не совсем так, как предполагал Железный Феликс, а совсем даже наоборот – голова горячая, сердце холодное, а руки неимоверно длинные.

Парни вошли в лифт, и один из них нажал кнопку двадцать седьмого этажа, именно с этого этажа и спустился только что невнимательный Альберт Филозович. И когда бесшумный лифт доставил их на нужный этаж, парни вышли из него и прямиком направились к кабинету Альберта Филозовича.

– Давай, Олежка, вскрывай, – сказал один из парней – тот, что был ниже ростом.

– Не вопрос! – ответил тот, которого напарник назвал Олежкой, и не спеша достал набор отмычек.

Борьба с дверью была непродолжительной, замок поддался уже со второй попытки.

– Прошу! – сказал Олег, распахивая тяжелую дверь.

Напарники вошли в кабинет.

– Ну что, Витя, как всегда. Ты – компьютер, а я по полочкам пошарю.

– О`кей, – согласился Виктор и направился к столу.

Олег быстро просмотрел содержимое ящиков стола, полки шкафа, но ничего интересного не нашел.

– Как у тебя? – спросил он Виктора, просматривающего компьютер.

– Туфта. Но я еще не все просмотрел, – ответил тот, быстро стуча по клавишам.

Олег пошел к сейфу, с ним он возился гораздо дольше, чем с входной дубовой дверью, но наконец и металл поддался умелой руке.

– Ого! На-ка, Витя, посмотри. Может, что интереснее будет, – сказал Олег, протягивая Виктору несколько дисков.

– Да вряд ли, что он, идиот, что ли? – ответил Виктор, беря диски и вставляя тут же один из них в дисковод компьютера.

Этот день не был днем Альберта Филозовича Стремоухова, первый же диск оказался именно тем, который он должен был сразу уничтожить, но забыл в любовном экстазе.

– Есть! Есть, Олежка! – радостно заорал Виктор, но буквально через секунду радость на его лице сменилась крайней озабоченностью.

Виктор вытащил диск из компьютера, аккуратно держа его за ребро – так, чтобы не испортить, не оставить своих отпечатков пальцев и не стереть чужие. А они там были.

– Ты чего? – удивился Олег, глядя на Виктора.

– Знаешь, друг, тут такое, что нам лучше и не знать, а то не сносить нам головы, – задумчиво ответил Виктор.

– Да брось ты ерунду городить!

– К сожалению, это не ерунда. Значит, так: относим, все как есть, и не дай бог тебе сказать, что мы это видели. Скажем, что диски не открывали, не успели. Понял? – произнес Виктор, глядя на Олега снизу вверх.

– Неужели все так серьезно?

– Серьезней не бывает. Ну и жук этот дипломат!

* * *

А ничего не подозревающий Альберт Филозович, войдя во внутренний дворик мидовской высотки, подошел к своей черной «Ауди» и, привычно похлопав по карманам пиджака, вдруг не обнаружил в них ни документов, ни бумажника. Переодев костюм, он совершенно забыл про содержимое карманов, что случалось с ним довольно часто.

«Так что придется вернуться. Ну и ладно, заодно и диск захвачу», – подумал он и, плюнув три раза через левое плечо, направился в здание, из которого только что вышел.

Примета приметой, но без денег и документов в Москве далеко не уедешь.

Вновь поднявшись на лифте на двадцать седьмой этаж, Альберт Филозович быстрым шагом направился к своему кабинету, на ходу доставая ключи. Но, приблизившись к двери, он с удивлением обнаружил, что она приоткрыта, хотя он точно помнил, как запер ее ключом. Еще не успев ничего сообразить, Альберт Филозович распахнул дверь и опешил. Опешили и те двое, что были в кабинете, никак не ожидавшие увидеть вдруг вернувшегося хозяина.

Что происходит – Альберт понял сразу: ящики были выдвинуты, пол засыпан бумагами и мелкими предметами. Внутри у него все похолодело, во рту вмиг образовалась противная сухая горечь.

Тот, что был повыше – Олег, первым вышел из оцепенения и рванулся к хозяину кабинета, но тот успел захлопнуть дверь, и что было сил бросился бежать по коридору, еще не зная, куда и зачем. Его вел инстинкт – инстинкт преследуемой жертвы.

Олег врезался в неожиданно закрытую дверь, больно ударившись плечом, матерно выругался и выскочил в коридор с криком: «Стоять!»

Но Альберт Филозович и не думал стоять, он опрометью мчался по коридору, откуда только силы брались, на ходу соображая, что бы предпринять. «Огнетушитель!» – осенила его мысль. Это единственное оружие, которое было ему доступно в мидовских коридорах. И он резко свернул в левый переход, где, как он помнил, располагался противопожарный щит. Не останавливаясь, Альберт Филозович сорвал огнетушитель и, пробежав еще несколько метров, свернул в правый коридор, резко остановился за углом, ожидая появления преследователя.

Олег, преследовавший дипломата, из осторожности немного сбавил скорость перед поворотом, достав пистолет.

Альберт, сдерживая дыхание, стоял за углом, сжимая в руках тяжелый огнетушитель. И вот, наконец, из-за стены появилась рука с зажатым в ней пистолетом. Дипломат, размахнувшись, со всей силы ударил в то место, где, по его расчетам, должна была появиться голова преследователя. И это ему почти удалось, раздался звонкий удар металла о металл – это он попал по пистолету, затем трехэтажный мат и звук падающего тела. Пистолет, выбитый из руки Олега, упал к ногам Альберта Филозовича, и он, не раздумывая ни секунды, схватил оружие и бросился дальше по коридору, к лестнице.

– Как ты? – спросил Олега подбежавший Виктор.

– Да нормально. По-моему, нос сломал, сука! – прохрипел Олег, размазывая кровь по лицу.

Виктор бросился вслед за дипломатом.

– Осторожно, у него мой пистолет, – крикнул вдогонку товарищу, поднимаясь на ноги, Олег.

– Раззява! – только и сказал на бегу Виктор.

Положение становилось опасным, они не только упустили своего клиента, которого, ясное дело, недооценили, но и вооружили его. Теперь исход схватки становился непредсказуемым. Так думал Виктор, когда бежал вниз по лестнице вслед за Альбертом, перепрыгивая через две-три ступеньки.

Вдруг раздался звук выстрела, гулкий на лестничном марше, и пуля с визгом отрикошетила от стены в каких-то нескольких сантиметрах от головы Виктора, выбив при этом кусок штукатурки.