Гражданин Винс - Джесс Уолтер

— Может, и вернулся бы, если бы что-то забыл.

Молодой полицейский всматривается в него, потом согласно кивает.

— Я об этом не подумал. Предположим, вы вернулись домой и поняли, что одна из ваших перчаток пропала. Вы боитесь, что она упала рядом с телом. Тогда вы придете пораньше, надеясь, что полицейские еще не обнаружили тело, и заберете перчатку.

— Ну да, вроде того.

— Черт. Я должен был просчитать это. — Полицейский понимающе смеется. — Наверное, поэтому меня тут и оставили, не позвали туда с нашими умниками, да?

— Откуда мне знать.

Полицейский пожимает плечами. Его веселые зеленые глаза вспыхивают.

— Меня взяли временно из патрульных. Двоих детективов попинали за то, что они бесплатно столовались в этом картежном ресторане. Начальство три месяца не могло найти им замену, вот я теперь… за кофе бегаю. — Он протягивает руку. — Алан Дюпри.

Винс пожимает ему руку.

— А вы были знакомы с жертвой? С этим… — Он смотрит в протокол. — Дагом.

— Нет. — Винсу уже легче врать этому неопытному следователю. — Просто случайно шел мимо и увидел полицейские машины.

Дюпри кивает.

— Четверть седьмого. Вы самый ранний хлопотун из всех, кого я видел, мистер…

— Я шел завтракать.

— Правда? И куда же?

— В «У Чета».

— А, в центр города. Да, я много раз проходил мимо этого кафе, но внутрь не заглядывал. Что у них там подают? Жареные картофельные оладьи? Домашнюю картошку-фри?

— Я точно не знаю.

Дюпри смеется.

— В такую даль идете и даже не знаете, в каком виде вам подадут картошку, мистер…

— Мне по-всякому нравится. — Винс оглядывается на магазин, где работают опытные детективы. Они указывают руками за прилавок, наверное, на тело Дага. — Так что тут произошло?

— В магазине? Понятия не имею. Наши думают, что ограбление. — Дюпри отпивает кофе.

— А вы не согласны с ними?

— Да ограбление-то было. Но его не поэтому убили.

— В каком смысле?

— Ну, смотрите. Этот человек закрывает магазин каждый день в шесть часов, правильно? Но стреляли в него между полуночью и четырьмя утра. Кому придет в голову грабить его через шесть часов после того, как он обычно заканчивает работать?

— Может, это было преступление под влиянием момента? — предполагает Винс. — Взломщик не ожидал его увидеть.

— Может быть. — Алан Дюпри делает глоток кофе. — Но если бы вы были взломщиком, вы додумались бы поживиться в фотоателье? После закрытия? Там же нет денег. Нет стереооборудования. Так что же — ехали мимо и вдруг подумали: «О, круто, сопру-ка я поддельный паспорт»? Абсурд. А вот если Даг еще чем-то занимался… тем, что не обозначено на вывеске… Улавливаете мою мысль?

Винс молчит.

— Я скажу вам, что думаю по этому поводу, — продолжает Дюпри. — Между нами, ладно? — Он прислоняется к капоту одной из патрульных машин и дышит на озябшие руки. — По-моему, к Дагу кто-то пришел в полночь. И кто бы это ни был, Даг его знал. Доверял ему. Значит, друг. Или сообщник. Тот, с кем он работал — и, вероятно, не над паспортами.

— Почему в полночь?

— После его никто живым не видел. Жена говорит, он вышел из дома без десяти двенадцать.

Винс всматривается в лицо молодого полицейского, которое не так уж молодо. Господи. Да парень играет с ним в «кошки-мышки». Все это время гад вел допрос. Без адвоката. «Вы вернулись бы сюда утром?.. Вы были знакомы с жертвой?.. Вы самый ранний хлопотун из всех, кого я видел… В такую даль идете и даже не знаете, в каком виде вам подадут картошку… Жена говорит, он вышел из дома без десяти двенадцать…»

Но дело в том, что Даг не был женат. Черт! Винсу вспомнилось, как однажды он оказался на заднем дворе наедине с доберманом. Двигайся медленно. Не паникуй. Он делает правильное лицо и сочувственно качает головой.

— Вот беда-то. А детишки у них есть?

— Четверо. — Дюпри тоже опечаленно мотает головой.

— Нет. — Винс прикрывает рот и качает головой. — Четверо! Боже, какой ужас.

Дюпри отстраняется от машины, на которую опирался. Винс сглатывает. Облажался конкретно. Сказал, что не знаком с Дагом. И теперь вот стоит тут с десятью тысячами в кармане рядом с магазином, в котором ему подделывали кредитки, в тот день, когда владелец этого заведения был убит.

Дюпри хочет спросить еще что-то, но дверь магазина открывается и выглядывает высокий бледный полицейский постарше, с моржовыми усами и в резиновых перчатках.

— Дюпри! Ты что там, мать твою, делаешь?

Дюпри оборачивается.

Высокий полицейский выходит на улицу. На нем узкий вельветовый пиджак с заплатками на локтях. Он похож на профессора философии — переростка.

— Где мой кофе?

— Я тут… беру показания у свидетеля, — откликается Дюпри. При слове «свидетель» морж что-то бормочет себе под нос и идет к ним.

— Холодина какая.

Полицейский направляется прямо к Винсу и останавливается в нескольких сантиметрах от него. Он огромный, под два метра ростом. Рукава пиджака плотно охватывают руки. В усах остатки еды — яичница, что ли?

— Детектив Фелпс, — представляется он Винсу. — Ну что, поведайте мне, что видели, мистер…

— Ничего, — слишком быстро отвечает Винс. Он переводит взгляд с одного полицейского на другого. — Я ничего не видел. Я уже сказал офицеру Дюпри, что шел завтракать, смотрю — машины полицейские. Я ничего об этом не знаю.

— Ага.

Фелпс еще несколько секунд смотрит на Винса, потом его лицо багровеет, он поворачивается к Дюпри.

— Дюпри, мы называем свидетелями тех, кто что-то видел. Парень улыбается, как человек, привыкший выходить из трудностей с помощью своего обаяния.

— Да, мы до этого еще не дошли.

Фелпс поворачивает толстую шею и улыбается Винсу.

— Офицер Дюпри — натура увлекающаяся. Извините, что он отнял у вас время.

— Ничего страшного. — Винс пятится.

Дюпри открывает рот, чтобы возразить, но Фелпс бросает на него выразительный взгляд.

— Где мой гребаный кофе, салага?

Дюпри снова косится на Винса, потом садится в машину, берет еще один стаканчик кофе и протягивает его Фелпсу. Винс поворачивается и уходит прочь.

Через десять шагов он слышит, как Дюпри кричит ему вслед:

— Вкусных вам картофельных оладий, мистер…

— Спасибо, — бросает Винс через плечо.

* * *

Офис авиакомпании «Пан-Ам» открывается ровно в девять. Первый клиент, вошедший в дверь, — высокий статный мужчина в черных слаксах и красной рубашке. Его каштановые волосы острижены под ежик в парикмахерской напротив. Он проводит рукой по щетине на затылке и пытается вспомнить, когда еще стригся так коротко.