Напарник - Сергей Кулаков

Принесли вино. Официант плеснул в бокалы, подождал с почтительнейшим выражением на лице, пока Виктор не даст свою оценку.

– Отлично, Жан, – одобрил Виктор. – То, что нужно. Как вам, Роман Евгеньевич?

Роман сделал глоток. Вино словно пело во рту. Не хотелось даже проглатывать его. В чем в чем, а в жратве и выпивке бывший майор ГРУ знал толк. Это Роман помнил еще с Ирака, где они впервые встретились.

– А! – воскликнул Виктор. – Я же тебе говорил! Моему другу нравится, Жан. Это ясно без слов.

Жан просиял, оставил бутылку и с поклоном удалился.

– Ну, что, дорогой друг! – сказал Крохин, наполняя бокалы. – За наше освобождение!

– О деле когда поговорим? – проворчал Роман, мало расположенный к дружескому застолью с человеком, который дважды предавал его мучительной смерти.

– Поговорим, поговорим! – воскликнул Виктор, чокаясь о его бокал. – Наслаждайся минутой, капитан. О делах после!

Принесли рыбу, зелень, тушеные овощи, черепаховый суп. Крохин с жадностью набросился на еду и, пока не наелся, не вымолвил ни слова, относящегося к делу. Только все пошучивал, попивая вино, да как-то загадочно подмигивал, вызывая у Романа неприятное ощущение собственной неполноценности.

– Куда потом? – поинтересовался Роман, когда Виктор отвалился от стола и вытер маслянисто блестевшие губы.

– Ты почти ничего не ел, капитан, – огорчился тот. – Только зря деньги выбросим.

– Попроси, чтобы завернули с собой, – посоветовал Роман.

– Они-то завернут, – вздохнул Крохин. – Нести некуда.

Принесли сыр, кофе. Он принялся выбирать из тарелки с сыром кусочки попривлекательнее, подолгу обнюхивая каждый из них.

– Вот же французы, – сказал он. – Что за поразительная нация. Ведь чистым дерьмом пахнет. А – вкусно. Опять же, полезно.

– Ты не ответил на мой вопрос, – напомнил Роман.

– А, – потягивая кофе, отмахнулся Виктор. – Ну сколько можно о делах? Я тебя умоляю, капитан.

«Тянет время, – понял Роман. – Значит, нас ждет встреча. Интересно, с кем?»

– А похоже, – все в той же ленивой манере произнес Виктор, – «хвоста» и вправду нет.

Роман как раз подумал о том же. И еще подумал о том, что Крохин все-таки классный профи. Вроде ни разу даже и не покосился в сторону. А все заметил, гад.

– Я же тебе говорил, – счел уместным вставить он.

– Так ведь я и не спорил, – кротко заметил Виктор.

Ужин закончился. Виктор подозвал официанта, вручил ему кредитку, приказал взять на чай двадцать процентов. Официант рассыпался в благодарностях и ушел спиной вперед, гибко лавируя в проходах.

– Люблю доставлять людям маленькие радости, – ковыряя во рту зубочисткой, сказал Крохин. – Ничто так не ценится, как маленькие радости. Но многие проживают жизнь, так и не осознав этого. Согласен со мной, капитан?

– Куда теперь? – спросил Роман.

– А ты зануда, – разозлился Крохин. – Хоть бы за вино спасибо сказал.

– Спасибо.

Вернулся официант, отдал обеими руками кредитку. Метрдотель проводил их до выхода и при этом благодарил так, точно они спасли ему жизнь.

– Кризис, – длинно сплюнув на тротуар, сказал Крохин. – Нищие берлинцы не больно жалуют чужаков. А турист нынче повывелся. Поди заработай.

– Ты-то не бедствуешь, несмотря на кризис, – озирая улицу, сказал Роман.

– Так на мою работу кризис не распространяется, – засмеялся Крохин. – Он только способствует ей.

– Или такие, как ты, способствуют ему?

Крохин качнулся на каблуках, заглянул ему за спину.

– Что-то не вижу крылышек, капитан.

– Оборвались, пока гонялся за такими, как ты, – сердито парировал Роман.

– Да ладно, – не обиделся Крохин. – Мы с тобой – что близнецы-братья. Только я умный, а ты дурак.

– Какого черта мы тут торчим, умный? – спросил Роман.

– Слушай, – удивленно сказал Виктор, – а мы и в самом деле одни. Как ты это сделал?

– Вежливо попросил.

Виктор окинул его быстрым взглядом. Он был трезв и собран, и Роман снова ощутил легкий холодок между лопатками.

– Что теперь? – в который раз спросил он, отворачиваясь.

– Как что? – прежним дурашливым тоном отозвался Виктор. – Продолжение банкета! Я не прикасался к женщине целую неделю, а это очень нездорово для организма. Так что не знаю, как ты, а я двигаюсь в том направлении, где есть быстрая и недорогая любовь.

– Это ты о борделе, что ли? – сообразил Роман.

– Ну да. А ты против? Я угощаю.

Роман пожал плечами.

– Ты хоть понимаешь, что происходит? – спросил он.

– А что? – повернулся к нему всем телом Крохин.

– Я отвечаю за тебя своей головой. И если ты надумаешь от меня сбежать…

– То что?

– Я тебя пристрелю.

– А если не успеешь? – прищурился Крохин.

– Займу твое место в подвале полковника Кирша.

Крохин махнул рукой, призывая такси.

– Не бойся, капитан, – быстро сказал он. – Не для того я тебя выписывал, чтобы сбегать. Садись.

Роман сел на заднее сиденье подоспевшего такси, Крохин устроился рядом и назвал адрес.

Водитель, дюжий турок, осклабился.

– Знаешь это место?

– Я все знать, – сказал водитель, трогая машину.

Крохин слегка налег плечом на Романа, склонившись к его уху.

– Ты где остановился, капитан?

– Swisshotel, – испытывая сильнейшее желание отодвинуться, сказал Роман.

– Если не хочешь в бордель, давай возьмем девочек и поедем к тебе. Я даже сниму отдельный номер.

– А может, к тебе? – спросил Роман.

Он повернул голову и встретился взглядом с Виктором. В свете фонарей глаза у того светились, как у дикого животного, и улыбающийся рот казался оскалом приготовившегося к прыжку хищника.

– Ко мне нельзя, – вздохнул Виктор, отодвигаясь.

– Почему?

– Здесь я бездомный. Случайный гость. Временные пристанища, которые мне предоставляли друзья, нельзя считать домом. К тому же там небезопасно. Влетят фараоны на самом интересном, сделают на всю жизнь импотентом. И как потом жить?

– Где же твой дом? – спросил Роман, не позволяя сбить себя с толку дурашливой болтовней.

Виктор усмехнулся:

– Возможно, когда-нибудь я тебе об этом расскажу.

– Когда?

– А ты все так же живешь в своей «хрущевке»? – помолчав, спросил Виктор.