Наемник - Борис Бабкин

— Вот и все. Зайка, — весело проговорил Серов, поднимаясь со стула. — Обычай соблюден, перед дорогой посидели. Мне пора.

— Можно я провожу? — на него умоляюще смотрели мокрые от слез глаза.

— К черту ливни в очах прекрасных, — смеясь продекламировал Серов. Подхватив девушку за талию, чуть приподняв от пола, он прошелся в вальсе, потом, остановившись, отпустил девушку.

— У солдат удачи есть поверье: провожают со слезами — будет плохо. А я почти «дикий гусь», — тихо проговорил Сергей.

— Я не плачу, — клятвенно прижав руки к груди, заверила Зоя. — Просто какая-то соринка в глаз попала.

— Впрочем, — невесело улыбнулся Ковбой, — меня никогда и не провожали. Сначала нельзя было. Потом некому.

Подхватив небольшой туго набитый рюкзак, он пошел к двери. Уже открыл ее и остановился.

— Зайка, — подняв голову, Серов, смущенно взглянул на девушку. — Знаешь... — Не находя нужных слов, шумно выдохнул.

— Знаю, — быстро согласилась Зоя. — Я с самого детства, сколько себя помню, мечтала о брате. Умном и сильном, честном и веселом. Чтобы было кому пожаловаться, чтобы было кому за меня заступиться.

Сергей пораженно молчал, с нескрываемым удивлением рассматривая девушку.

— Вот это номер, чтоб я помер, — наконец сумел выдавить он. — То же самое хотел сказать и я. — Серов тряхнул головой и весело улыбнулся. — Но раз мы родные, смотри, — он шутливо погрозил кулаком. — Не дай Бог, без меня замуж выйдешь! Попадет.

Пряча снова выступившие слезы, пытаясь улыбнуться, Зоя покачала головой:

— Ты у меня один родственник. Без тебя не выйду.

— Вот и отлично, — довольно сказал Сергей. — И вот еще что. Я уже говорил, но повторюсь. Живи здесь. Деньги в серванте. Месяца на три хватит. Если что-то случится и потребуется помощь, звони Федору. Номер под телефоном. Он о тебе знает. Поможет во всем. Мои сигареты не таскай. Жди меня и не сори в квартире. Будет грязно, попадет. — Махнув на прощанье рукой, Серов быстро вышел.

— Помоги ему, Господи, — тихо прошептала девушка.

* * *

— И запомни, — задержавшись в дверях, Фаина посмотрела на Боярина, — покупателя не ищи. Это может для тебя очень плохо кончиться.

— Все будет как надо, — самодовольно ответил мужчина.

— Я чувствую, ты доволен, что я уезжаю, — тонкая улыбка скользнула по губам женщины.

— Я же предлагал: давай я поеду, — обиделся Иван. «Ты бы там все испортил, — подумала Змея. — Если, конечно, есть, что портить».

— Почему молчит твой Шакал? — спросила она, пытливо взглянув на Боярина.

— А чего ему спешить? — неохотно отозвался тот.

— Я вижу, ты уверен в нем, — женщина как-то принужденно улыбнулась и тут же с явным сожалением проговорила. — Жалко ты ничего у этого Руслана не узнал. — Так я и еду, не зная Ковбоя.

— Хлипкий больно этот очкарик, — равнодушно махнул рукой мужчина. — А насчет Ковбоя не волнуйся, — вдруг важно добавил он. — Я в аэропорту тройку парней поставил, которые его морду знают. Они тебе и покажут.

* * *

Сергей быстро сбежал вниз по лестнице. «Жалко девчонку», — вздохнул он. После того, что она ему рассказала о себе, было совершенно ясно — не зря он ей поверил. Вспомнив, как Зоя морщится от боли, поворачивая голову, Ковбой пожалел о том, что ударил ее в машине. Мужики и те несколько дней с трудом головой ворочают, а тут девчонка. Правда, ударил он несильно, да и цирковое она закончила, крепкая девушка, но все равно жалко. Остановившись у выхода из подъезда, он внимательно и быстро осмотрелся. Увидев чуть в стороне зеленые «Жигули», спокойно вышел.

— Ковбой! — весело окликнул его из машины мужской голос.

— Здорово, Тиф, — улыбаясь, Серов подошел к «Жигулям».

— Садись, — широкоплечий человек с коротким седым ежиком встретил его крепким рукопожатием, открыл дверцу машины. Как только Ковбой сел радом, человек серьезно спросил:

— Что у тебя за дела? На кой ты солдатиков поломал?

— У тебя что, температура? — заботливо поинтересовался Серов и, жестко прищурившись, спросил: — А что мне оставалось делать? Лапы вверх и за всех пятерых жмуриков под вышку идти? Знаешь, — усмехнулся он, — быть застреленным, даже по приговору суда, у меня нет ни малейшего желания.

— Это понятно, — улыбнулся Тигр. — Но солдатиков жаль. Да и Семена ты чересчур.

— Обижается?