Функция 1 - Виталий Сергеевич Останин

— Я первый мутант, которого ты видишь своими глазами?

— Ну да! Вы же скрываетесь обычно, только всякие видосы иногда в сеть попадают, да и те трут с огромной скоростью.

— А с чего ты тогда решила, что мы существуем? Я имею в виду, до встречи со мной? Не могла же ты считать правдой вот эти вот сказки для психически неуравновешенных пиндосов?

Девушка замялась, похоже, ответ на мой вопрос у неё был, но являлся довольно личным. И сейчас она решала для себя, стоит ли открываться перед мужчиной, которого знала меньше суток.

— Видела, — сообщила она, глядя в сторону. — Ребёнком ещё видела, как один человек разорвал другого на части. Меня потом водили по психологам, говорили про впечатлительную детскую психику, но я всегда знала, что мне не показалось! И я не психичка!

— Да я и не говорю, успокойся. А где ты это видела? Здесь, в Благе?

Скалли кивнул.

— Мы за грибами тогда поехали. В сторону Моховой пади. Бродили там по лесу. Я немного отстала от родителей, вышла к песчаному карьеру, а там двое дерутся. Я спряталась за деревьями и смотрела. А потом один другого с ног сбил и… руку вырвал.

«Как я песику голову! Совпадает!»

— А потом поволок его куда-то. Я долго сидела, боялась пошевелиться. Услышала, как родители меня зовут, и побежала к ним.

— Сколько тебе было?

— Тринадцать лет.

Сейчас ей где-то двадцать плюс-минус. Значит, семь лет назад на песчаном карьере в районе Моховой — я знаю, где это, — она видела, как мутант убил человека? Нет, скорее, другого мутанта. Они же дрались, а какая нафиг может быть драка у сверхсильного и сверхбыстрого мутанта с человеком? Что это мне даёт? То, что я в этом городе не один такой. И ещё то, что на мне не испытали суперсекретную сыворотку по производству суперсолдат. Если бы было так, технологию бы за семь лет уже отработали, и в новых экспериментах нужда бы отпала.

Стало быть, я и правда мутант. Даже не особенно важно, что стало тому причиной: космическое излучение или дремлющий древний ген. Я не человек.

Только вот, а как я таким стал? Почему жил на свете двадцать один год и не знал о своих суперсилах? Что случилось две недели назад, и почему я ничего не помню об этом периоде? Почему очнулся в луже собственной крови у дверей квартиры, и почему внутри моего жилища всё выглядело так, словно там обитал дикий, неразумный зверь? Вроде той собаки из садов? Вечно голодной животины…

Да чтоб тебя!

— Люсь… Слушай, ты не могла бы в магазин сгонять, а? А то в холодильнике мышь сдохла, а я жрать хочу — сил нет!

Да, согласен, так себе переход от обсуждений детской травмы маленькой девочки. Но в желудке уже поселилась сосущая пустота, и как бы я себя переваривать не начал. Или свою хозяйку.

Она подняла на меня взгляд, затуманенный воспоминаниями семилетней давности, и кивнула. Молча встала и пошла в спальню переодеваться для выхода. Крикнув оттуда, чтобы я не заходил. Интересная такая! Будто я собирался! У этих девчонок только одно на уме!

Посмеявшись над своими мыслями, я придвинул к себе её ноутбук и продолжил изучать гиковский сайт. Пустое занятие, скорее всего, но вдруг повезёт найти что-то стоящее?

Глава 5

Полевой выход

Где бы мы ни были — мы всегда в нужном месте и в нужное время

Автор неизвестен

Вернулась Скалли всего часа через два, гружёная, как маленький пони. Видимо, оценила мой аппетит и решила подстраховаться — накупила еды на роту солдат. В прежние времена я бы только пальцем у виска покрутил на такое обилие, мол, нашла, на что деньги тратить. Всё-таки мышление у меня студенческо-холостяцкое: яйца, пельмени, колбаса, макароны с гречкой. А вот все эти фасоли, огурцы, помидоры — баловство одно. Лучше пива купить. Но сейчас я оглядел пакеты и лишь удовлетворённо кивнул. Дня на три-четыре должно хватить. Если без ранений.

Я в её отсутствие продолжал серфить сайт, надеясь отыскать что-нибудь, что сможет помочь понять, кем или чем я стал. Версии с Тузами — был такой супергеройский сеттинг у автора «Игры Престолов», — вампирами, оборотнями и прочими мутантами не устраивали меня от слова совсем. Какие-то они были… не цельные. Будто кто-то пытался натянуть факты на одну из существующих теорий. Трактуя их в зависимости от собственных предпочтений, подгоняя под выводы одно и напрочь игнорируя другое.

Вот где пригодилось высшее образование, которое я считал не более чем поплавком, позволяющим удачно устроиться на работу. Когда с десяток раз подготовишься к экзаменам, посидишь ночами за учебниками и интернетами, появляется умение работать с источниками. Начинаешь критически их оценивать, сравнивать между собой, отбрасывая словесную шелуху и мусор, оставляя самую суть.

Версия с вампирами многое объясняла. Почти всё, я понимал германских гико-готов, сделавших выбор в пользу этой трактовки. По легендам, кровососы имели огромную физическую силу, бешеную скорость и ловкость. Их очень сложно было убить — регенерировали гады буквально из фарша, но при этом боялись дневного света и спали в гробах с землёй. Ещё они пили кровь для увеличения сил. Я же больше на пиццу и бутерброды налегал. Да и светобоязни у меня что-то не наблюдалось.

Можно предположить, конечно, что я был каким-то неправильным упырём, раз вместо гемоглобина предпочитал томатный соус. Блейдом-полукровкой, ага! Но мясо-то жрал — вспомнить монстрособаку или оборотня, согласно немецкой классификации. В общем, работал я на любой еде. Калории, белки, жиры и углеводы, которые так любят считать девушки, для меня были не просто энергией для поддержания жизни, а чем-то большим. В результате изменений, произошедших с моим телом, всё это шло на усиление организма напрямую, а не через сложную цепочку обменных процессов. Круто, конечно, но, блин, как же дорого! И ведь не скажешь даже, что убить меня проще, чем прокормить, ха! Поди ещё убей!

Как моё тело стало таким — тот ещё вопрос. Древний ген и космическое излучение, в принципе, подходили, но я больше склонялся — только не ржать! — к версии с инопланетянином, который передал мне свою память. Уж слишком яркими были последние сновидения, чтобы списать их на вывихи расшалившегося подсознания. Все эти улитки, кальмары и кроты, которыми я считал себя во сне… Можно, конечно, сказать, что я псих,