Возвращение Пираньи - Александр Бушков

И замер в ожидании недвусмысленного разрешения покинутькабинет.

– Я вижу, насколько обрадованы вы и дон Мигель, – мягкосказал Авила, и в сердце у Мазура моментально ворохнулась смутнаятревога. – Увы... Мы покончили с мытарствами и формальностями. Однако, кмоему величайшему сожалению, нам с вами предстоит нынче же обговорить парочкучисто организационных вопросов. К стыду нашему, вынужден открыто признать, чтодепартаменты, в которые вы направляетесь, некоторым образом неблагополучны.Герильеро не ведут там активных операций, но спорадическое появление их группотнюдь не исключено... Я понимаю, дон Влад, что вы готовы благородно снять снас всякую ответственность за вашу жизнь и безопасность, вы горите идеей,подобно Фосетту... но, простите, независимо от ваших благородных побуждений явынужден думать о скандале, который может вызвать любой, э-э, инцидент,связанный с вашими персонами. Вы – члены дипломатического корпуса, что,во-первых, не убережет вас от поползновений и происков безответственныхсубъектов вроде герильеро, во-вторых, любой инцидент не просто принесетнеприятности кому-то из чиновников – ударит по престижу страны на международнойарене. Как дипломат, вы не можете этого не понимать...

– Я понимаю, – кивнул Мазур, так и не сообразив, кудаклонит старый лис.

– В таком случае вы легко простите встревоженному старикувполне уместную настойчивость... – Он слегка развел руками, глядя наМазура взором невинного ребенка – светлым, чистым, искренним. – Тем болеечто инициатор вовсе не я, я был вынужден уступить нажиму смежных инстанций...Короче говоря, дон Влад, главное управление полиции предъявило мне форменныйультиматум. Они хотят, чтобы я отправил с вами какого-то сержанта полиции. Поих уверениям, опытный и гибкий сотрудник, бывавший в диких лесах, в серьезныхпеределках... Разумеется, финансировать его участие в экспедиции вам непонадобится, управление оплатит все расходы... У вас нет возражений против этогоих сержанта Лопеса?

Его незамутненный взор излучал радушие и доброту, а сильнаяладонь лежала на только что подписанной бумаге. Так, словно в любую секундубыла готова смять ее в комок. Все было ясно, как день. Или – или.«Ладно, – подумал Мазур, выругавшись про себя. – Как-нибудь управимсяс этим Лопесом, не столь уж и велико препятствие...»

– Помилуйте, почему у меня должны быть возражения? –пожал он плечами со столь же искренним видом. – Мы у вас в гостях, мнепонятно ваше беспокойство, участие этого вашего сержанта, я думаю, в чем-тодаже облегчит работу...

– Полицейского сержанта, не нашего, – вежливо поправилдон Себастьяно. – Наше министерство не располагает собственнымиполицейскими либо военными, если не считать вооруженных сотрудников лесной охраны,но это совсем другое... Мы – насквозь мирная организация. Что, увы, неизбавляет нас от... некоторых треволнений. Вот, не угодно ли посмотреть?

Он с молодой легкостью поднялся, подошел к стене. Там виселос полдюжины импозантно выглядевших бумаг в застекленных рамках – то литипографская имитация старинного шрифта, то ли в самом деле написано вручную,тисненые золотые разводы, солидные печати. Видимо, дипломы, а может, и указы онаграждениях – там же красуется рамочка с полудюжиной орденов.

Однако Авила снял самую невзрачную рамку, неизвестно кактуда попавшую, – обычный лист писчей бумаги со смазанной эмблемой наверху– нечто вроде перекрещенных мачете и автомата и несколькими строчками от руки,несколько размашистых подписей, алая неразборчивая печать.

– Вот, не угодно ли полюбоваться? – Авила положилрамочку перед Мазуром. – Смертный приговор от имени «Капак Юпанки», повсей форме вынесенный вашему покорному слуге. Подписано сеньоритой ВикториейБарриос и двумя ее, с позволения сказать, генералами.

Судя по лицу Кацубы, бегло прочитавшего документ, все так иобстояло. «Крепкий старик, – не без уважения подумал Мазур. – Его,конечно, должны после такого охранять, но это не снижает риска. Держит настене, молоток...»

– Простите, но за что? – спросил он, и в самом деленедоумевая. – Ваше мирное министерство...

– История проста. Месяцев семь назад я получил от сих господпространный ультиматум с требованием в сжатые сроки самым кардинальным образомреконструировать заповедник. Откровенно признаться, он существует более набумаге. Господа из «Юпанки» требовали провести комплекс крупных мероприятий –природоохранные зоны, биосферные исследования, разветвленная сеть патрульных итак далее и тому подобное... Признаюсь, план довольно толковый, однако,во-первых, в ведении моего министерства – не более тридцати процентовзатронутых вопросов, во-вторых, сумма, в которую должны вылиться расходы,немного превышает четыре годовых бюджета республики... Примерно так я ипрокомментировал по телевидению данный ультиматум. Тогда получил это –отчего-то только я один. Я не считаю, что должен был оказаться в к о м п а н ии смертников, – просто отчаялся понять логику сеньориты Барриос и ее«капитано»... Теперь понимаете, почему о благополучном исходе вашей экспедициидумаем не только мы, но и полиция?

– Понимаю, – сказал Мазур. – Ситуация, в самомделе, щекотливая.

– Рад, что понимаете, – удовлетворенно кивнулАвила. – Надеюсь, вы теперь отнесетесь с пониманием и к инициативеминистра внутренних дел? Он по своим каналам еще неделю назад... не знаю, какэто называется на их полицейском жаргоне... кажется, «запустил». Да, примернотак. Он з а п у с т и л в «Юпанки» информацию о том, что два русских дипломатавыполняют рекогносцировку заповедника по просьбе своего правительства, котороенамерено вложить некие средства в совместный с нашей республикой проект –реконструкцию заповедника. Надеется, что герильеро, узнав об этом, отнесутся квам лояльно, применительно к нашим условиям – оставят в покое... Министрискренне хотел вам помочь, надеюсь, вы не в претензии?

– Ничуть, – сказал Мазур.

Их экспедиция обрастала ложными версиями, дезинформацией ипрочими дымовыми завесами, как катящийся с горы снежный ком...

– Первоначально он вообще собирался отправить с вами взводполицейских, – обрадовал Мазура дон Себастьяно. – Но потом все ещераз изучили ситуацию, провели расширенное совещание, пришли к выводу, чтореальная опасность не столь уж и велика, можно обойтись одним сержантом...

– Разумно, – сказал Мазур. – Взвод – эточересчур...

Хороши бы они были в сопровождении взвода! Предположим, и совзводом разделались бы, возникни такая нужда, но как потом объяснить бесследноеисчезновение своего почетного эскорта? Разве что нелегально уходить черезграницу, благо границы, собственно, в дебрях практически нет...

Он послал собеседнику вопросительный взгляд, словно бымельком зацепивший и подписанную бумагу.

– И еще одна, на сей раз действительно последняядеталь... – сокрушенно развел руками старый лис. – Мне неприятноговорить, но я вынужден отяготить экспедицию и четвертым членом. О, непугайтесь, это действительно последнее условие! Кроме того... Быть может, этовас и не отяготит вовсе? Коли уж речь идет об очаровательной сеньорите,безусловно, служащей неким противовесом полицейскому Лопесу...