Первый чемпион Земли - Nezloi

От себя любимого перешёл к странной надписи «Мировой чат», но как и утверждала надпись ниже, чат был не доступен.

Пожав плечами перешёл к последней строке.

Топ лист.

Мысленно кликнув на короткую строку, получил пустую страницу.

«Ну да, логично. Какой топ, когда Система не активна».

Ещё несколько раз закрыв-открыв лист со своими характеристиками, убедился, что как-то ещё взаимодействовать с Системой нельзя, решил, что дальше валяться смысла нет и пора бы уже вставать. Под возмущённый скрип продавленного дивана, сел опустив ноги на пол, почесал безволосую грудь и легко поднялся, хрустнув коленом, мысленно перебирая список дел по хозяйству на сегодня.

Жил я в деревне вместе с родителями, после развода и раздела имущества, в котором я не участвовал, я вдруг оказался самым натуральным нищим бомжом, правда узнал я об этом, только когда освободился. Но к счастью для меня, родители были ещё живы и я как блудный сын из притчи вернулся в отчий дом, где был принят и обласкан, правда телёнка забивать ради меня никто не стал, по причине его отсутствия.

По старой армейской привычке быстро оделся и вышел на кухню. Отец сидел за кухонным столом у окна и держа газету на вытянутой руке, пытался читать, несмотря на очки висевшие на кончике носа, получалось у него не очень.

— Здорова бать.

— Здорово коли не шутишь.

Ответил отец не отрываясь от газеты.

— Бать. Да купи ты себе нормальные очки!

Сказал я проходя к умывальнику, в деревне их почему-то называли рукомойники.

— Поговори мне ещё.

Дежурно проворчал отец.

Отфыркиваясь как лошадь на водопое, умылся. Дождавшись когда я отниму от лица полотенце, отец сложил газету и глядя на меня поверх очков спросил.

— Что сегодня будешь делать?

— Да хочу пол в сарайке перестелить.

— Вот это правильно.

Поддержал мои начинания отец.

— Вечером думаю к Маринке зайти, давно просит шифоньер передвинуть.

Батя бросил на меня насмешливый взгляд.

— Эх Серёга, давно бы уже перебирался к Маринке, хорошая же баба. Что ещё надо?

— Я только помочь.

— Вот и сходись с ней, будешь на постоянной основе шкаф двигать.

— Бать. Да хорош уже со своими шутками!

После завтрака остаток дня провёл выдергивая и сортируя подгнившие доски в сарае, прервавшись, только на обед. После обеда с рынка вернулась Александра Валентиновна, по не известной мне причине батя всю жизнь так звал свою жену и мою маму.

После, чего нам с отцом пришлось выслушать монолог о том, какая же все-таки Арам жадная сволочь и что торговли сегодня нет. Дождавшись паузы в потоке слов, спросил.

— Мам, ну, что там Арамчик больше не грубит?

Мама довольно улыбнулась.

— Да какой там. Меня теперь, только по имени-отчеству кличет. Здороваться бежит, едва только завидет. Даже интересно, что ты такого ему сказал?

Улыбнувшись матери покачал головой.

Арам Хачатурян был хозяином небольшого рынка в районном центре, что располагался от нашей деревни в трёх километрах. Так же Арам или как звала его большая часть знакомых Арамчик, был моим однокласником. Пока я за счёт государства ездил по свету с немирными заданиями, ушлый одноклассник умудрился приватизировать рынок и заделаться большой шишкой, в нашей сельской местности. Причём от свалившегося на него богатства у него быстро случилось «головокружение» и Арамчик вдруг понял, что его окружает одно быдло, которое можно обманывать и вообще уважать таких не за что, даже если ты прожил с этим «быдлом» в соседстве всё своё детство.

Как раз после моего освобождения у Арамчика с моей матерью, что приторговывала на рынке дарами своего огорода, случился конфликт, бизнесмен хотел, чтобы Александра Валентиновна платила за место на рынке, мама же не понимала, почему это она должна что-то платить какому-то сопляку, за место на котором она торговала ещё до его рождения. После мата и угроз в адрес матери, расстроенная женщина пожаловалась бате, я оказался рядом. Услышанное взбесило меня, не откладывая дело в долгий ящик, пообещал матери, что схожу поговорить с Арамчиком. Через полчаса, я был уже на рынке, хотя из за размеров правильнее было бы назвать его рыночек, не останавливаясь проследовал к вагончику, что заменял хозяину рабочий кабинет и не утруждая себя стуком, вошёл. Арамчик с двумя земляками сидел за столом завалеными бумагами и что-то горячо обсуждали на родном языке. Едва увидев меня мужчина побледнел.

«Не знал, что я уже освободился».

— Эээ ти кто такой⁈ Вийди!

Заблажил один из гостей и даже сделал вид, что собирается встать, но стоило перевести на него взгляд, как крепкий мужчина враз утратил боевой задор и отвел глаза.

В страхе, что я внушал людям не было ничего удивительного. Мало кто может сохранить самообладание, когда на него с недружественными намерениями надвигается мрачный мужик с шрамированным лицом, ростом под два метра, квадратными плечами и весом далеко за сотню. Причём по уверениям моей бывшей самым страшным во мне были не габариты, а жуткий неподвижный взгляд.

Арамчик меня знал со школы, поэтому догадывался, что будет дальше.

— Завтра извинишся перед моей мамой. Смуглая кожа мужчины посерела, он даже вспотел, хотя в вагончике работал кондиционер.

«Как был трусишкой, так и остался».

Подумал я глядя на испуганно кивающего мужчину.

— Арам, это кто⁈

Второй более молодой земляк нагло ткнул в мою сторону пальцем. Шагнув к молодому коротко ударил его в грудь кулаком, выбив дыхание одним ударом, мужчина упал на пол и захрипел пытаясь протолкнуть воздух в лёгкие.

— Иди сюда.

Сделал приглашающий жест Арамчику.

— Серёг, ну ты чего, я же извинюсь.

Испуганно забормотал «хозяин жизни».

— Конечно извинишься, а теперь иди сюда.

Второй наконец-то поборол свой страх и вскочил с кресла, но получил короткий тычок в грудь перелетел стол с грохотом сыпался на пол и затих. Арамчик на подгибающихся ногах поднялся со своего роскошного кресла и сделал в моём направлении два шага.

— Серёга не надо.

Совсем как в детстве заканючил Арамчик.

Молниеносно выдал мужчине строго дозированную двойку в живот и грудь. Арамчик закатил глаза и рухнул на пол пытаясь одновременно изобразить нокаут и вдохнуть воздух.

Больше не говоря ни слова развернулся и вышел.

С того дня прошла уже неделя, ни полиции ни толпы смуглых земляков с битами, я так и не дождался, впрочем был уверен, что Арамчик не решиться со мной конфликтовать.

Время шло,