Кроссворд для негодяев - Максим Шахов

– Да, хотя в нашей работе это – провал. Но бывает всяко… Ничего, до завтра проспится, покажем ему Аверьянова, а там – посмотрим. Пошли?

Дежурный сразу вскочил из-за стола на звук открывшейся двери и быстро сказал:

– «Волга» на подъезде, сейчас будет!

– Не нужно, мы пройдемся. Отправьте водителя, пусть отдыхает. С семи утра посадите помощника, пусть обзванивает оставшиеся номера. Ясно?

– Так точно!

Подполковник подождал, пока Захаров поставил кабинет на сигнализацию, и они вместе вышли на крыльцо. Сзади щелкнул замок – помощник дежурного запер дверь. Логинов протянул Захарову сигарету, другую взял сам и выбросил пустую пачку в урну.

– У вас тут «Житан» где-нибудь продается?

– Навряд ли, – покачал головой Захаров. – Разве что в «Фортуне».

– Что за «Фортуна»?

– Ночное кафе. Собирается всякая шушера при деньгах – не крутые, но и не «шестерки». Выпивка, музыка и все такое.

– Понятно. Салун для денщиков с девочками. Ладно, потопали. Разберемся…

Они повернули налево и двинулись вдоль пустынного проспекта наверх. Туда, где в двух километрах на северо-запад, если верить карте, располагалась гостиница «Турист». Сильный дождь практически прекратился и лишь едва моросил.

Мельчайшие капли, вернее, водяная пыль, висели в воздухе, искрясь в свете редких фонарей. Было тихо, свежо и прохладно. Недостроенная церковь напротив управления с двух сторон была освещена прожекторами и сильно смахивала на Казанский вокзал в миниатюре. Впереди на перекрестках желтоватым светом мигали светофоры. За пять минут по проспекту проехали всего две машины.

– Ты чего неженатый? – вдруг спросил Логинов.

– Мне и так неплохо, – пожал плечами Захаров.

– В общем-то ты прав, – вздохнул Виктор. – Женитьба – штука взрывоопасная. Как мина с часовым механизмом. Когда-нибудь да взорвется.

– У нас в управлении все только и делают, что разводятся, – добавил Захаров. – Зачем тогда жениться?

Логинов немного помолчал.

– Я тоже развелся, – со вздохом сообщил он. – Жена – хрен с ней. Хуже всего, что дочка растет без отца. Так что ты прав. Лучше не жениться.

– Что – стерва попалась? – осторожно поинтересовался Захаров.

– Да нет, просто дура. Плясала под тещину дудку. А та возомнила себя герцогиней Виндзорской. Тяжелая женщина. В общем, как-то приехала к нам и говорит: «Вы, Виктор Павлович, не оправдали наших ожиданий. Лидочкина подруга, Вероника, вышла замуж за обычного арбитражного судью, живет в трехэтажном особняке за городом и возит маму на „Шевроле“. А вы, работая в такой силовой структуре, вынуждаете мою дочь толпиться со всяким сбродом в метро». А жена сзади стоит, пузыри пускает…

– Ну и что?

– Да ничего. Развелись. Дочку только жалко. Дочка у меня, Степан. В субботу – десять лет… А судью этого подругиного через месяц взорвали в том же «Шевроле». В общем, теща решила жену за судью не выдавать и нашла ей маклера. Нормальный мужик, я против него ничего не имею. Дочка одета, обута. Только – без отца. Самое главное, что он посоветовал теще все деньги вложить в «СБС-агро». Так ее после этого инфаркт хватил. Ничего, выкарабкалась – живучая. А у тебя кто-то есть?

– Да так. Тренерша одна, по плаванию. Я в бассейн хожу по вечерам, там и познакомился.

– Красивая?

– Ага. Вроде «спасательниц Малибу».

– Понятно. У меня тоже когда-то была одна тренерша. По стрельбе.

– Ну и что? Расстались?

– Вроде того. Дали ей «вышку», а потом заменили на пожизненное. Обещала, если выйдет, первую пулю – мне. Киллером она была. Двенадцать доказанных эпизодов. И еще столько же – недоказанных.

В двух попавшихся по дороге ларьках Логинов спрашивал «Житан», но на него только недоуменно таращили глаза. Наконец они свернули на Пушкинскую и двинулись вдоль витрин магазинов и салонов. Народу здесь было побольше, попадались парочки и группы подростков.

Впереди у мигающей неоновой вывески было припарковано прямо на тротуаре с десяток машин. У входа в «Фортуну» топтались три человека. Двое курили, а третий разговаривал по телефону. Они проводили помятых Логинова и Захарова удивленными взглядами.

Внутри «Фортуны» царили тепло и уют. Верхний свет не горел, на стенах мигали светильники в виде факелов, а на столах колебались огоньки масляных лампадок. Слух посетителей услаждала легкая музыка.

Публика была однообразная – бритые бугристые затылки и обнаженные свыше всякой меры бедра, колыхающиеся в глубоких декольте дамские прелести. Небольшой зал столиков на пятнадцать был разделен на две половины невысокой стеклянной перегородкой. Слева располагалась стойка бара.

Логинов направился было к стойке и вдруг оглянулся, втянув носом воздух:

– Вкусно пахнет. Слышь, Степан, давай что-нибудь перекусим. Я голодный как волк.

– Тут цены бешеные, – осторожно проговорил капитан.

– Не боись, я угощаю, – махнул рукой Логинов, направляясь в глубь зала, где за перегородкой он увидел два свободных столика.

Сидевшие за другими столиками дружно повернули головы в их сторону. Бармен за стойкой, оглянувшись, что-то негромко бросил через плечо. Подполковник и неуверенно ступавший следом Захаров были уже почти у цели, когда из служебного помещения, расположенного за стойкой бара, выскочил официант в красной жилетке с бабочкой.

– Эй!–крикнул он, приближаясь. Вид у него был воинственный.

Захаров оглянулся и остановился, а Логинов тем временем отодвинул стул и сел.

– Эй! – повторил официант, обращаясь к Логинову. – Этот столик заказан!

– Садись, Степан, чего стоишь? – сказал Логинов, не обращая внимания на официанта. Он повертел в руках табличку без надписи и переставил ее на соседний стол. – Уже не заказан, – глянул он на официанта. – Я заказ отменил.

– Эти столики зарезервированы, – ледяным тоном повторил официант, багровея.

– Для кого? – насмешливо спросил Логинов.

– Для почетных гостей!

– Ну так это мы и есть! – ухмыльнулся подполковник. – В общем, так. Нам по паре…

– Вы хотите неприятностей?! – задыхаясь, прошипел официант.

Логинов стер с лица улыбку и после паузы жестко произнес:

– Халдей! Неприятности – моя работа. Поэтому, если ты сейчас не примешь заказ, у тебя их будет выше крыши…

– Ладно, – с угрозой процедил официант. И, повернувшись, крикнул через плечо срывающимся голосом: – Андрей! Андрей!..

Четверо бритоголовых, занимавших дальний столик у перегородки, медленно и лениво оглянулись. Остальная публика уже давно с явным интересом наблюдала за происходившим в ожидании развязки. И вдруг из-за бара выскочил здоровенный качок с дубинкой и, вытирая на ходу губы, с грозным видом направился к их столу. Захаров бросил быстрый взгляд на Логинова и тоже остался сидеть.