Автограф ликвидатора - Максим Шахов

Лобовое стекло комаровского «бимера» мигало ядовитым сигнальным светодиодом. Логинову это не понравилось. Выбравшись из машины, он настороженно оглянулся по сторонам.

– Я здесь! – донеслось от темной скамейки, стоявшей в кустах.

Голос, несомненно, принадлежал Комарову. Несмотря на это, Логинов приблизился к кустам со всеми мерами предосторожности. Ему было не совсем понятно, почему подполковник сидит со своим информатором не в машине.

Впрочем, это почти сразу прояснилось. Информатором оказался бодрый старикашка, промышлявший сбором пустых бутылок.

– Гордеич! – представился он, когда Комаров в двух словах объяснил Виктору, что к чему. – Бывший конструктор, сейчас на пенсии.

– Логинов! – кивнул Виктор, не подав руки.

Старичок, конечно, был вроде чистенький, и не воняло от него особо, как от бомжа, но черт знает, какие и после кого бутылки за день он перелапывает… Нетрудно было догадаться, что именно из-за этого Комаров и побрезговал разговаривать с конструктором-пенсионером в своем «бимере»…

А выцепил Гордеича подполковник из очень простых соображений. Отчаявшись разжиться информацией о загадочной любовнице Ломацкого у «штатных» информаторов, Комаров догадался, что можно попытаться зайти с другой стороны.

Это только кажется, что заниматься сексом в машине можно в любом месте. Зацепил телку, вывез в тайгу и трахай до потери пульса. Ан нет… В тайгу на легковой машине не очень-то заедешь. А таких мест, где при этом тебя вдобавок никто случайно не увидит, еще меньше.

Сам Комаров подобным не страдал, но совершенно справедливо рассудил, что трах на природе обязательно сопровождается выпивкой. А раз так, то сборщики бутылок об этих местах должны непременно знать. Дальше путем несложной оперативной комбинации подполковник и вышел на этого самого Гордеича.

По вечерам тот собирал бутылки в парке Ленина, а днем обходил «делянки» за городом. Комаров в подробностях описал бывшему конструктору колымагу Ломацкого и попал в точку!

Неделю назад пенсионер действительно видел в тайге у геодезического знака «пятерку» сотрудника ФСБ. Машина стояла за кустами, но Гордеич был уверен на все сто, что владелец в ней был не один.

– Я, конечно, близко не подходил, но фрау его мельком видел, – шмыгнул носом пенсионер. – Она, видать, по нужде выходила или еще зачем…

– Так! – с благодарностью покосился на Комарова Логинов. – И как она выглядела? Опишите ее, пожалуйста!

– Да как? Как женщина, она выглядела. Я ее, признаться, толком не разглядел. Во-первых, далеко было, а во-вторых, солнце уже опустилось, так что слепило меня. А в-третьих, я только голову ее видел, над кустами, значит…

– Короче, Логинов. Я уже пытался. Фоторобота ты тут не добьешься. Единственное, что Гордеич может сказать наверняка, так это то, что женщина эта была брюнеткой… Правильно?

– Правильно, товарищ подполковник! – энергично закивал старик. – Я как раз сам хотел об этом сказать. Потому как солнце хоть и слепило меня, но зато на ее волосах вроде как блестело! Черненькая она была. Это точно!

– Волосы прямые? – спросил Логинов.

– Не скажу… – после паузы покачал головой Гордеич.

– Ясно. А длина волос какая?

– Средняя. Не короткие волосы, это точно. Но и не длинные, чтоб до самого пояса.

– Прическа типа каре? – на всякий случай продолжил опрос Логинов.

Комаров ему не мешал. Будучи сам оперативником от бога, он прекрасно знал, что в памяти свидетелей, случается, помимо их воли, хранится масса полезной информации. И вот в том, чтобы добраться до нее, дать толчок свидетелю, как раз и состоит настоящее искусство оперативника.