Война Бешеного - Виктор Доценко

Макс положил трубку, а Савелию ничего не оставалось, как дожидаться следующего вечера.

В ночном клубе все было как обычно: грохот музыки, молодежь, одуревшая от наркоты и бесконечных танцев, пестрая толпа, прожигающая деньги и собственную жизнь.

Макса он нашел без труда. Тот был со своим приятелем Ником, которого Савелий тоже видел в прошлый раз.

Бешеный поздоровался с этой мрачной парочкой — вернее, махнул рукой: в этом грохоте все равно никаких слов разобрать было нельзя. Ему нехотя махнули в ответ. Савелий взял за рукав Макса и потащил его ближе к выходу — туда, где музыка не так гремела. Ник поплелся следом за ними.

— Ну что, побазарим? — спросил Бешеный.

— А это еще что за пень с горы? — Ник, казалось, не замечал Савелия и обращался только к Максу.

— Это Серега, москвич. Его Гришка привел. Хочет партию «Голубого глаза». Сделаем?

Ник оценивающе посмотрел на Савелия, видимо, он чем-то ему не понравился. Савелий понял: Ник здесь главный и решать будет он.

«Что ж, поменяем направление главного удара: будем теперь говорить только с Ником…» — решил Савелий.

— Ребята, в чем проблема? Товар у вас хороший, деньги у меня есть… А вот времени сидеть тут у вас без дела и ждать, пока я вам понравлюсь, у меня совсем нет. Давайте решайте быстрее, без тормозов! Да — да, нет — нет!

— Ты не гони… — поморщился Ник, — так дела не делаются. Ты в Москве кого знаешь?

— Кто знает тебя — никого. Тебе мало, что ли, Григория?

— Тогда до свидания. — Его голос был бескомпромиссным. — Я Гришке не доверяю — он трепач и за сотку баксов любого с потрохами сдать может. Когда тебя ко мне кто-нибудь кроме Гришки приведет, тогда и поговорим.

— Что ты комедию ломаешь? — психанул Бешеный. — Я деньги тебе даю, а ты кобенишься! Что тебя не устраивает?

— Не наш ты. Зачем тебе дурь, не знаю. То, что ты новичок, это сразу видно. Кто тебя знает, завалишься по неопытности и нас за собой потянешь. А мы от отсутствия покупателей не страдаем и не будем страдать: к нам очередь стоит на неделю вперед. Так что извини, пока!

Ник отвернулся от Савелия и отправился в глубину зала. Макс, пожав плечами, — наверное, он не был согласен с Ником, но ничего не мог поделать,

— пошел следом за ним.

Бешеному ничего иного не оставалось, как приказать себе набраться терпения. Форсировать сейчас ситуацию означало бы спугнуть Ника и провалить все дело. В принципе он понимал, почему Ник не захотел иметь с ним дело: Савелий действительно был не их поля ягода. Он был старше, одет по-другому, без модных понтов, и главное — фактически пришел с улицы: ему тоже было ясно, что Гриша для таких крутых, как Ник, совсем не авторитет…

Надо было искать обходные пути: теперь без посторонней помощи Бешеный уже не мог обойтись. Он сам был засвечен; нужен был новый человек: молодой, модный, бойкий, внушающий доверие, с надежной легендой. Савелий стал перебирать в уме подходящие кандидатуры. Вскоре он сделал вывод, что никому, кроме Кости Рокотова, он это дело поручить не может. Следовало срочно вызывать его в Петербург, и Бешеный отправился к себе, чтобы засесть за телефон.

* * * Савелий обрадовался, когда после пары длинных гудков услышал в трубке знакомый звонкий голос Константина:

— Да, говорите…

— Привет, Костя, узнал? — спросил Савелий, улыбаясь: он представил, какое сейчас может быть лицо у Костика…

— Да, Сергей, конечно! Какими судьбами? Как дела? Ты в Москве? — обрадовано завалил его вопросами Рокотов.

— Погоди, не все сразу, дай сказать… — взмолился Савелий. — Ты как, свободен?

— В смысле? Сейчас или вообще?

— Вообще. Я сейчас в Питере, помощь твоя требуется. Сможешь приехать на недельку? Лично для меня… — подчеркнул он.

— Найду! Конечно найду. Когда выезжать? Я могу уже утром вылететь.

— Хорошо. Но утром улететь у тебя не получится. Не все сразу. Ты мне нужен с подготовкой. Это, наверное, займет день. А может, и два… Ты должен встретиться с Константином Ивановичем и получить у него все инструкции. Я ему сейчас буду звонить, чтобы он тебя побыстрее ввел в курс дела. Сиди завтра утром дома, тебе позвонят. А пока приготовь всю свою самую модную одежку. Ты в ночные клубы часто ходишь?

— Иногда бываю. Правда, редко, работы много…

— Ну вот, тогда готовь наряд, в котором ты в клубах тусуешься. Обещаю, он тебе пригодится…

Константин положил трубку, а Бешеный стал набирать другой номер. Теперь московского кода не требовалось: у генерала был сотовый.

— Богомолов слушает…

— Алло, Константин Иванович, это я… — Савелий не стал представляться, не сомневаясь, что генерал узнает его голос. — Вы можете говорить?

— Да, могу. Что новенького?

Они, будучи осведомлены обо всех новых прослушивающих устройствах, уже давно не говорили открытым текстом о своих делах. И генерал, и Бешеный вполне обходились намеками; они понимали друг друга с полуслова.

— Я нашел кончик ниточки, ведущей к тому месту, которое нас интересует, — сказал Савелий, — но я за эту ниточку тянуть не могу, боюсь оборвать. Надо мне помощника помоложе.

— Возьми Константина.

— Уже. Я только что ему звонил, предупредил. Но это не все. От вас тоже кое-что потребуется. Костю надо подготовить: познакомить с крутыми московскими людьми, которые занимаются интересующим нас бизнесом. Чтобы он не с улицы в Питер приехал. И еще: я тут с одной интересной парочкой познакомился. Они как раз у конца той ниточки стоят. Зовут их Макс и Ник, их основная точка — клуб «Порт»; по-моему, неплохо о них по вашим каналам побольше разузнать, пригодиться может…

— Понятно, устроим. Все?

— Костя завтра утром будет вашего звонка дома ждать. Отправьте его побыстрее, без него дело встанет.

— Ладно, не волнуйся, сделаем. Ты сам как? Не нарвался еще ни на кого?

— Так, балуем понемногу… — отшутился Бешеный.

— Ну-ну… Поосторожнее там. И Костю побереги, мне за него перед отцом ответ держать.

— Мне, между прочим, тоже…

— Ладно, не обижайся! Завтра же с Константином пообщаюсь. Звони, если что.

— До свидания, Константин Иванович!

Савелий положил трубку. Теперь он был куда более спокоен, чем в «Порту»: генерал Богомолов сделает все, как надо. Только бы Костя не подкачал…

Костя не подкачал. Савелий встречал его через день на Московском вокзале. Поначалу он даже не узнал его — так разительно изменился парень с их последней встречи. Тогда они проходили подготовку перед рейдом в Чечню и Константин выглядел как настоящий мужчина.

Сейчас из поезда выскочил этакий вертлявый хлыщ в модном прикиде, с серьгой в ухе и несколькими обесцвеченными прядями на голове. Дорогие тяжелые и высокие ботинки, черные кожаные штаны, яркая куртка, кисть руки обмотана банданой — пестрым шейным платочком.